Чтение онлайн

В тот момент мне хотелось догнать его и заставить забрать свои мерзкие и такие лживые слова обратно, потому что никто из нас не заслуживал услышать такое. Дурацкий стереотип, который не имел ничего общего с моими друзьями – мы бы с радостью обменяли возможности, которые открывали перед нами родительские деньги, на свободу выбора и шанс распоряжаться своими жизнями.

Слишком часто за идеальной картинкой, которую так рьяно оберегают в нашем окружении, скрывается все самое худшее, что может быть в человеке.

Мэган. Ее отец не желал принимать выбор дочери, всячески препятствуя их отношениям с Риком, который любил мою подругу так сильно, как это только возможно. Он не из тех, кто открыто демонстрирует свои чувства в обществе, но мы знали, с каким трепетом он относится к Мэгги, и на что он готов ради нее.

Рик. Мы частенько встречались на разных мероприятиях, и он всегда мне казался очень замкнутым и серьезным парнем. Но когда начались их с Мэгги отношения, я поняла, что Рик просто не любит пустую болтовню, предпочитая действовать. Его решительность и острый ум были настоящим подарком для отца – он нарадоваться не мог, что сын решил участвовать в управлении их предприятиями. Но вот уже несколько месяцев моего друга мучала ситуация с отцом Мэгги.

Лилли. Ее мать, выходя замуж во второй раз, выбирала далеко не сердцем, и напрасно – отчимом для Лилли стал жестокий человек, наделенный, к несчастью многих, огромной властью.

Миссис Райт, получившая столь желанное положение в обществе и финансовое благополучие, готова была терпеть любые выходки супруга, в то время как ее дочь часто оставалась у меня, боясь возвращаться домой. Это держалось в строжайшем секрете от Спенсера. Даже я не узнала бы, что порой вынуждена переживать хрупкая Лилли, если бы однажды ей не пришлось неделю залечивать синяки, скрываясь от Спенса у меня дома.

И все же ей удавалось сохранять веру в добро, а в сердце не было места для ненависти – даже к домашнему тирану она испытывала лишь жалость.

Спенсер, как и Рик, даже не думал противиться роли преемника и уже год успешно справлялся с ней. Но друг как-то признался, что все еще мечтает связать себя с кулинарией, которую его родители сочли недостойным их семьи занятием. А мы все надеялись, что однажды это произойдет – его грибные равиоли и лимонный пирог уносили на вершину блаженства.

Он с первых секунд знакомства попал под чары нашей рыжеволосой бестии и счел целью своей жизни любить и оберегать ее. Я не раз порывалась рассказать ему правду о мистере Райте, и останавливало меня даже не то, что я поклялась Лилли молчать, а то, что подруга была права – у ее отчима слишком много власти.

Пожалуй, единственным, кто чувствовал себя в этом мире, как рыба в воде – Марк. Но он попал в нашу компанию позже всех, поэтому дружба с ребятами у него была условная, и все наши разговоры по душам проходили без участия моего бывшего жениха, который просто не мог нас понять.

Иногда меня охватывал страх однажды проснуться такой же холодной и жестокой, как он или мои родители. Что ж, благодаря Марку и последним событиям я оказалась одной ногой на той самой, темной стороне.

До ужина у Верики оставалось еще несколько часов, когда мужская половина компании удалилась в одну из спален, странно переглянувшись.

Мы с девочками расположились на диване и обсуждали планы на завтра, в надежде, что погода хоть немного наладится – Лилли расписывала нам чудодейственные свойства местных термальных источников, запустив пальцы в мои волосы и массируя голову, от чего я разве что не мурлыкала.

– Ты ведь понимаешь, что все это сказки? – спросила Мэгги, удобно разместив голову на моих коленях.

– Мы в любом случае ничего не потеряем, – резонно подметила Лилли. – А если хоть что-то из написанного про эти источники окажется правдой, так вообще замечательно.

– Совсем забыла, что наша Лилли верит в волшебство, – усмехнулась Мэган.

– Уже давно известно, что термальные источники несут пользу.

– И ты, Брут? – Мэган удивленно посмотрела на меня снизу. – Вот уж от кого не ожидала.

– Предпочитаю жить с верой в чудеса, иначе будет совсем скучно и мрачно, – ответила я, пожав плечами.

Наше внимание привлекло настойчивое покашливание, и мы втроем синхронно повернулись на звук.

Перед нами в ряд стояла вся троица, каждый держал в руках по небольшому букету – Спенсер сжимал свой до побелевших костяшек, а у Рика еще был какой-то пакет.

– Дамы, – подал голос Рик, улыбаясь максимально широко. – Нижайше просим вас присоединиться к нам и испить по фужеру игристого.

Мэгги даже села от удивления, настолько пафосно это прозвучало.

– Вы что-то натворили, не так ли? – спросила она осторожно.

– Лучше сразу признайтесь, – присоединилась я, разглядывая их до ужаса довольные лица.

– Обещаем, что бить не будем. – Лилли поднялась на ноги. – Возможно.

– Вот и радуй их после такого, – шутливо проворчал Рик, переглядываясь со своими подельниками. – Никакой благодарности.

– Ладно, идемте за стол. Сейчас достану фужеры, – сказала Мэгги, но вдруг замерла и широко распахнула глаза. – Иисусе, только не говорите, что эти цветы вы сорвали с одной из хозяйских клумб.

По взглядам парней мы поняли, что именно так они и поступили, но Рик поспешил нас успокоить.

– Верика нам разрешила, – заверил он, протягивая Мэгги связку пионов. Щеки подруги залились румянцем, и она поцеловала парня.

Ко мне подошел Марк и вручил небольшой букетик ирисов.

– Спасибо, они чудесные, – поблагодарила я, но он скорчил милую мордашку и указал пальцем на свою щеку, хитро улыбаясь. Смеясь, я все же чмокнула засранца, поддавшись общему настроению и проигнорировав внутреннее сопротивление.

Пока Рик помогал Мэган, а Марк сверлил меня невинным взглядом, Спенсер все еще сжимал несчастные ромашки, что грозило им неминуемой гибелью, и не моргая разглядывал Лилли. Я же начинала догадываться, что тут происходит.

Марк подошел к нему и пихнул застывшего друга локтем. Спенс, наконец, расстался с несчастным букетом и на глазах ошарашенной Лилли опустился на одно колено. Мэгги выронила фужер, который с громким звоном разлетелся на куски, но этого словно никто и не заметил – все взгляды были направлены на Спенсера.

– Спенсер, что происходит? – прошептала Лилли, наблюдая за его действиями с ужасом и трепетом одновременно. Я приготовилась в любой момент ловить впечатлительную подругу, если та лишится чувств.

– Лилли, – начал он, достав из кармана голубую коробочку. – С нашей первой встречи я знал, что ты – особенная.

Лилли прижала ладошку к губам и всхлипнула. Я закусила и без того истерзанную губу, чтобы не разрыдаться вместе с ней, и заметила, что Мэгги сделала то же самое.

– Но вскоре понял, ты не просто особенная, а уникальная. Твое доброе сердце навеки пленило меня, и я не хочу ни единого дня проводить вдали от тебя.