Чтение онлайн

Следующий автомобиль встал напротив. Из-за тонированного стекла я не видел, кто был за рулес. Однако автомобиль казался знакомым. Странно, где я мог видеть эту тачку? Голова наполнилась мыслями, мозг сосредоточенно шерстил воспоминания. Тем временем, тонированные стекла опустились, и я увидел мужскую волосатую руку с татуировкой красного дракона на всем доступном взгляду месте. Рисунок очень запоминающийся сразу бросился в глаза из-за необычного вида зверя и обвивающейся вокруг него зеленой змеи. Машина проехала вперед. А наша полоса продолжила стоять, спокойно дожидаясь, когда впереди стоящие продолжат движение.

Через час я, наконец, оказался на месте. Теплый дворик с мягко шуршащими листьями деревьев встретил холодной дрожью. Ветер гулял по нему, как единственный хозяин, заставляя все вокруг недовольно шуметь и ругаться. Я тоже ругался, копаясь на заднем сиденье в поисках толстовки. Нашел. Сделав дозвон Семену, стал дожидаться появления Сашки. Пока девчонка собиралась, решил закурить. Затянувшись, легко выпустил сигаретный дым через рот, с наслаждением разглядывая звездное небо. Оно призывно мигало мне своими маленькими глазками и звало присоединиться к забегу до солнца. Но я помотал головой и опустил взгляд на Сашкин подъезд. Оттуда громко крича, выбежал мужик, в руках у него был «ствол». Он что-то прокричал своему напарнику, быстро выбежавшему из припаркованной рядом машины. Затем этот странный тип снова скрылся в подъезде.

Я с интересом ожидал развязки необычного действия. Хорошо, что мне пришло в голову остановиться подальше в кустах, откуда меня было не так просто разглядеть.

– Эй, держи ее. – Расслышал, наконец. И из подъезда появилась знакомая фигура. Точнее, не сама появилась, некто очень большой тащил ее на плече, связанную, с кляпом во рту. Опешив, я даже забыл, как двигаться.

– Что за херня? – вырвалось невольно.

– Эй, держи девчонку, щас матку ее вынесу. Да, держи, держи, не бойся, она уже больше не брыкается.

Подождав пока второй амбал в черной маске скроется, я, с трудом переборов гнев, кинул SOS Семену и поспешил к черной машине. Дело пары секунд – постучаться в окно и спросить, что за дела. Еще пара секунд – и удар прилетел водителю в лицо. Однако я недооценил своего противника, так как задние двери тут же открылись, и из них появились еще два амбала.

Что, думаете, было дальше? Правильно, поломанные кости и мое безразличие. Когда к дому подкатили друзья, я уже не мог даже вздохнуть.

– Эй, брат, ты как? – открыв глаза, сощурился от яркого света мигающей надо мной лампы. Попытался повернуть голову, чтобы оценить свое состояние, но тут же пожалел об этом. Все плыло и вертелось перед глазами. Тяжело сглотнул и, отлепляя язык от неба, прохрепел:

– Воды дайте… - звук льющейся жидкости заставил рот напряженно застыть в ожидании.

– На, только немного. – С трудом разомкнув потрескавшиеся губы, сделал глоток живительной влаги. Когда Гриха убрал руку со стаканом, я попытался вдохнуть поглубже, но тут же пораженно охнул: вся грудь горела огнем, было чувство, будто по мне проехались асфальтоукладчиком.

– Че так хреново-то, Грих? – друг усмехнулся, я почувствовал это.

– Ты бы еще спросил почему небо голубое, брат! – он хлопнул меня по плечу, стараясь не задеть вколотую в вену трубку. – Тебе здорово досталось! Хорошо, хоть они добивать не стали… - пальцы на плече сжались сильнее. – Прости, что приехали так поздно…

– Грих, где Сашка? – друг притих, я пошевелился, желая разглядеть его, чувствуя, что по глазам смогу прочитать, но тело не слушалось своего хозяина, отчего я лишь пораженно выругался. – Что там? Не томи!

– Никто не знает, где они. Мы машины не видели, похитителей тоже. Полиция, как узнала о твоем пробуждении, сразу же примчалась. Только ты можешь им помочь.

Я прикрыл глаза, стараясь вспомнить хоть что-то… Но в голове гулял шальной ветерок. Широко распахнув глаза, удивленно моргнул пару раз, но ничего не происходило, мозг, будто спрятал всю информацию где-то глубоко в недрах. Ее не вытащить.

– Нихрена не помню. Туман.

– Хреново, брат, хреново… Тут, кстати, это…мать твоя пришла. Позвать? Она боится заходить.

Вот тут я уже не выдержал и повернул лицо к Грихе.

– Что? Моя мать пришла? Она еще здесь? С кем? Что ей нужно?

– Она беспокоилась. Она даже трезвая.
– Отметил последнее друг.

– Не хочу ее видеть. Не сейчас. Лучше ментов позови, может, они помогут вспомнить. Черт… Это я виноват, что их похитили.
– Я сжал кулаки, цепляясь ногтями за мягкую ткань ладошек. Но даже маленький отголосок боли не смог затушить пожара в груди.

– Алекс ты сделал все, что мог…

– Грих, просто позови, пожалуйста. – И он ушел, осторожно притворив за собой дверь.

Через пару минут раздался тихий стук, и в палату вплыла женщина в полицейской форме. Показав свое удостоверения, попросила об одолжении: отвечать четко и по делу. Наверное, потерпевшие часто приставали к ней или позволяли себе некоторые вольности, потому что она была…очаровательна. Но мне было не до этого. Сашка сейчас находилась не понятно где, и только я ей мог помочь. А значит, я сделаю все, что от меня зависит, всю черепушку переворошу только, чтобы вспомнить.

– Спрашивайте.

– В каком часу вы покинула квартиру своих друзей?
– прозвучало холодно.

– Около двенадцати. – Она сделала пометку в блокноте и снова посмотрела на меня.

– Во сколько вы прибыли к дому девушки?

Я задумался. Нечеткие воспоминания пролетали мимо, не давая возможности зацепиться за них.

– Я помню, как стоял в пробке… Помню, девчонка в соседней машине хныкала… Помню руку… Она…из машины высовывалась. Я повернул. Наверное….предположительно…не знаю, около часа, может, позже.

– То есть вы затрудняетесь ответить?
– переспросила следователь.

– Думаю, час, полтора.
– Повторил я.

– Хорошо. А вы помните, что случилось дальше?

Прикрыв глаза, попробовал сосредоточиться только на мыслях о вчерашнем вечере. Или не вчерашнем?

– А сколько я здесь лежу?

– Два дня.

– Что? – я даже приподнялся над кроватью от шока, но сломанные ребра не позволили надолго оторваться от матраса, и я тяжело опустился назад. – Два дня. Черт. Два дня. Гребанные два дня! – Я попытался поднять руку и закрыть ею глаза, потому что мигающая лампочка приводила в бешенство. Но рука была в гипсе и в локте не сгибалась. – Черт! Черт! Черт!