Сайтин: Измена
Шрифт:
Кетлин нравилась Флориану. Мальчик не сразу пришел к такому выводу, ибо составить впечатление о Кетлин было непросто – уж слишком колючей та оказалась. Но оба ази множество раз прошли испытания в Комнате, и лишь единожды Флориана «достали», и то потому, что первой «достали» Кетлин – да и Врагов было полно, и все оказались из числа Взрослых. Всего Кетлин «доставали» дважды, но во второй раз она завопила «уходи!» и дала ему время взорвать дверь и вырваться наружу; Флориан винил себя: он действовал медленнее, чем следовало, поэтому Кетлин успела «достать» всех Врагов, кроме одного, который «достал» саму Кетлин. Но зато Флориан позднее «достал» Врага припасенной гранатой, чего Враг не ожидал: как-никак, Флориан считался техником, и потому руки у него были вроде бы заняты. Кетлин потом сильно гордилась продемонстрированной им хитростью.
Флориан радовался, что то была всего лишь тренировка, и сознался Инструктору в своей вине, отметив, что Кетлин ни при чем. Однако Инструктор возразил, что они действовали командой и потому не имеет значения, кто именно виноват.
Инструктор дал им на отдых половину свободного времени.
Этого, однако, хватило, чтобы прийти сюда. Флориану удалось уговорить напарницу пойти с ним, познакомиться с Энди и посмотреть всех зверей.
Мальчик не был уверен, что Энди и Кетлин найдут общий язык. Но Кетлин отметила, что Лошадь – существо особое.
Так что Флориан уломал Энди, и тот согласился показать ей жеребенка.
– Она – что надо, – прокомментировала Кетлин, посмотрев Лошадь-девочку. Лошадка играла с молодыми ази, смешно задирая хвост и постукивая копытцами по пыли возле конюшни. – Ты только посмотри! Посмотри, как она движется!
– Твоя напарница – тоже что надо, – подметил Энди, кивая в сторону Кетлин.
Подобная похвала от самого Энди – это было что-то! Флориан почувствовал себя на седьмом небе, ибо все, что было ему дорого – Кетлин, Энди и прочее – удобно сложилось в единый целостный узор.
А потом мальчик вдруг припомнил, что необходимо вернуться до наступления комендантского часа. Время было уже позднее, а потому требовалось поторопиться.
– Пора, – обронил он. И пообещал Энди: – Зайду, как только выдастся свободная минутка.
«До свидания», – сказал Энди. «До свидания», – с полупоклоном попрощался Флориан. «До свидания», – вторила Кетлин, что несказанно удивило Флориана: право говорить со всеми, кроме работников службы безопасности, она предпочитала предоставлять ему. А здесь вдруг…
Нужно было торопиться. Флориан уже успел показать напарнице обходные тропки, так что теперь она знала все назубок – такая уж она была, эта Кетлин.
Ноги у Кетлин оказались длиннее, чем у Флориана, и потому она не отставала. Раньше юный ази считал, будто мальчишки непременно должны быть выше и сильнее девчонок. А Инструктор сказал, что в семь лет такая разница еще не проявляется.
Так что у Флориана отлегло от сердца. Он шагал быстро, чтобы не отстать от напарницы, и когда оба добрались наконец до Зеленых казарм, дышал тяжелее ее.
Но едва молодые ази подошли к стойке отметиться, как узнали, что их поджидает сюрприз. Дежурный ази взглянул на экран компьютера и сообщил:
– Доложите Старшему в Белом квадрате.
То бишь предстояло топать почти через весь городок. Белый квадрат – не что иное, как больница. А больница подразумевала программирование. Программирование вместо явки в расположение. «Так точно», – отчеканила Кетлин, прицепляя магнитную карточку на прежнее место – к рубашке. Флориан последовал примеру напарницы.
– Распоряжение распространяется и на вас, – добавил дежурный.
– Интересно знать почему? – произнес Флориан, когда они вышли на улицу и направились в Белый квадрат.
– Интересоваться нам не пристало, – отрезала Кетлин, хотя ее беспокойство было более чем очевидно. Да и шагала она быстро, так что Флориану то и дело приходилось догонять ее.
Солнце давно уже село за Скалы. Небо все больше розовело, и по расчетам Флориана выходило, что возвращаться им придется, когда уже зажгутся фонари. Улицы и переулки почти опустели – все разошлись ужинать. Подумалось: для программирования выбрали необычное время. Флориану стало совсем не по себе.
Придя в больницу, молодые ази предъявили дежурному чиновнику свои карточки; тот внимательно их рассмотрел, после чего растолковал, кому куда идти.
Флориан посмотрел на напарницу, когда та пошла в указанном направлении. Мальчику стало страшно, хотя страх оказался беспричинным – просто юного ази не оставляло неприятное чувство, что им с напарницей угрожала опасность. На программирование в больницу ходят днем. И вовсе не вместо ужина. Пустой желудок противно урчал, и паренек решил, что им, наверное, устроят тренировку с элементом неожиданности: подобные тренировки устраивали Взрослым – те посреди ночи вскакивали с кроватей и очертя голову мчались неизвестно куда.
Но здесь Комнаты не было. Здесь действительно размещалась больница. Можно было делать лишь то, что велели; думать в больнице запрещалось. Здесь только снимали рубашки, вешали на крючки, карабкались на столы и сидели, стараясь не дрожать, пока не появлялся Старший и не начинал отвечать на вопросы.
На сей раз Флориана поджидал незнакомый Старший. Старший-мужчина. Он включил аппарат для программирования, даже не посмотрев на вошедшего. И только потом пробасил:
– Привет, Флориан. Как поживаешь?
– Господин, мне страшно. Почему нам нужно программироваться прямо сейчас?
– Обучающая лента все объяснит. Не пугайся. – Взяв со столика шприц, он взял мальчика за руку и ловко сделал укол. Флориан дернулся – звуки подобного рода всегда его тревожили. Старший похлопал его по плечу и отложил шприц. И тотчас сжал Флориана: впрыснутый препарат оказался быстрого действия, и мальчик уже в полной мере ощущал это.
– Молодец, парень, – похвалил Старший. Руки у него оказались удивительно осторожные, хоть он и говорил не так доброжелательно, как другие Старшие. Он так и не отпустил Флориана – напротив, развернув программируемого, врач помог ему подтянуть ноги на стол. Мальчику казалось, будто ловкие руки Старшего снуют по лбу, плечам, лопаткам. – Начинается сеанс глубокого программирования. Теперь бояться нечего…
– Нечего, – повторил Флориан, чувствуя, как волна страха схлынула, уступив место ощущению незащищенности, открытости.
– Еще глубже. Флориан, как можно глубже. Иди в самый центр и жди меня там…
13
– Не нужна мне вечеринка, – буркнула развалившаяся в кресле Ари, пока дядя Деннис увещевал ее. – Не хочу дурацких вечеринок, не хочу видеть глупых ребят. Не хочу вести себя с ними вежливо.
Отношения с дядей Деннисом и без того были подпорчены из-за магнитной карточки Нелли, ибо нянька, будучи нянькой, все выложила дяде Деннису и дяде Жиро, едва дядя Деннис задал ей первый вопрос. Нелли не хотела впутывать ее в неприятности. Но она все равно попалась. Нелли ужасно расстроилась. А дядя Деннис провел с Нелли и ее воспитанницей серьезную «беседу», в которой обстоятельно рассказал, что такое режимы секретности и безопасности и куда ей, Ари, ходить не следует.