Чтение онлайн

Нянька подчинилась. Перестала хныкать, всхлипывать, поднялась и оделась, помогла Ариане принять ванну, вымыла ей голову, одела в синие брючки и свитер. После чего принялась расчесывать волосы и расчесывала до тех пор, пока они не стали потрескивать.

– Сейчас нам нужно завтракать с господином Наем, – доложила Нелли.

Ари не возражала. Завтрак удался на славу – стол дяди Денниса ломился от разных вкусностей. Ари уписывала лакомства за обе щеки. Дядя Деннис торопился и сообщил, что Ари и Нелли могут оставаться в квартире все время, а когда Нелли придет пора отправляться в госпиталь, то присмотреть за Арианой вменяется в обязанность Сили.

– Ясно, господин, – учтиво сказала Ари. Все было и одновременно ничего не было в полном порядке. После вчерашних событий девочке было решительно все равно, кто с нею рядом. Она собиралась спросить Денниса, куда подевалась мама, куда она собиралась отправиться. Но не спросила, поскольку все пока было в порядке, а она все еще испытывала усталость.

Да и если бы Деннис даже назвал место, куда улетела мама, название все равно ничего бы ей не сказало – из всего мира юная Эмори знала пока что только Ресион.

И потому она, усевшись, позволила Нелли почитать ей какие-то рассказики. Иногда Ариана принималась плакать без видимых причин. Время от времени ложилась поспать. Проснувшись в очередной раз, она услышала голос Нелли – ази предупреждала, что теперь за нею присмотрит Сили.

Сили без конца приносил ей напитки – стоило только попросить. И еще поставил видеофильм. Он вообще старался выполнить любое ее желание.

Потом молодая Эмори спросила у Сили, нельзя ли отправиться на прогулку и покормить рыбок. Прогулка была организована немедленно. А по возвращении Ари вновь принялась за напитки и выпила столько, что в какой-то момент даже пожалела, что не слышит слов матери, предупреждающих о вреде прохладительных напитков. А потому вскоре прекратила пить и попросила Сили принести бумагу. Усевшись, девочка занялась рисованием.

Рисовала она долго – до самого возвращения дяди Денниса. Затем был ужин, за которым дядя Деннис обстоятельно рассказывал, чем Ари предстоит заняться завтра, и обещал купить ей все, что она пожелает.

Юная Эмори как раз знала, о чем попросит щедрого опекуна. Во-первых, она мечтала об игрушечном космическом корабле с огнями. И о новом пальто. А если дядя Деннис действительно готов был не поскупиться, Ари могла попросить что-нибудь еще – например, что-то дорогое, что мама не купила бы ни за что на свете.

Но все равно никто не смог бы заставить ее чувствовать себя по-настоящему счастливой. Даже Нелли. Ари рассудила, что окружающие дарят ей подарки, а ей остается только просить нужное и немедленно получать его, а потом просить еще больше и делать вид, будто для нее это очень важно, и изображать великую радость. Но недавние переживания не желали забываться. И вряд ли вообще могли забыться.

7

Грант вспотел, томясь ожиданием в приемной Янни Шварца – он не записывался на прием, и только благосклонность Мардж позволила ему прорваться к кабинету. Через дверь слышалась ругань, которую Янни не замедлил обрушить на Мардж. Правда, ази не смог различить отдельных слов. Тем не менее ему показалось, будто Янни твердил о помехах в работе и Джастине Уоррике.

В какой-то момент Гранта стало одолевать сильное желание подняться и поскорее уйти, ибо он вдруг сообразил, что своим появлением здесь мог навлечь на Джастина неприятности. Ази также не был уверен, что способен противостоять бешеному темпераменту Янни и не сболтнуть лишнего. Ведь Янни относился к числу урожденных людей, с которыми Грант предпочитал не иметь дел, – такие люди вели себя чересчур эмоционально, шумно и на каждом шагу излучали неприкрытую угрозу. Именно таковы были похитители, пытавшие его в хижине в горах. И Жиро во время допросов вел себя таким же образом. Грант сумел усидеть в приемной лишь потому, что «выключил» страх и не думал о худшем – и так до тех пор, пока Мардж не вышла из кабинета начальника и не объявила:

– Он готов принять тебя.

Поднявшись, ази вежливо наклонил голову:

– Спасибо, Мардж.

И, оказавшись в кабинете, направился к массивному столу и начал:

– Господин, я пришел поговорить о моем КВ.

То была речь истинного ази. Джастин упомянул как-то, что Янни достаточно обходителен в общении со своими подопечными, и поэтому теперь Грант старался держаться как можно скромнее.

– Я не консультирую, – сухо ответил Шварц.

Стало быть, благосклонности не дождешься, понял гость. И потому отбросил за ненадобностью позерство, пододвинул свободный стул и сел:

– И все-таки, господин, мне нужно переговорить с вами. Джастин воспользовался вашей любезностью, но я считаю, что это большая ошибка.

– Ошибка.

– Ведь вы собираетесь поручать ему только черновую работу, не так ли? Где же он будет через двадцать лет? Да нигде. Он просто будет топтаться на месте, как сейчас.

– Учеба – именно это ему нужно больше всего. Уж тебе пора бы это знать. Так ли необходимо обсуждать твоего напарника? Его проблемы тебе известны. Я не собираюсь растолковывать их тебе.

– Скажите, в чем они, по-вашему, заключаются.

До этой фразы Янни был относительно спокоен. А тут вдруг стиснул челюсти, выпятил подбородок, откинулся на спинку стула – весь его вид не сулил ничего хорошего. Помолчав, Шварц бросил:

– Тебе бы лучше отправить своего КВ ко мне для разговора. Это он послал тебя? Или ты пришел по собственной инициативе?

– По собственной инициативе, господин, – отозвался юноша, с неудовольствием отмечая свою скверную реакцию – потливость ладоней. Загвоздка заключалась как раз в том, как снова вернуть КВ в спокойное состояние. И Грант осторожно заметил: – Я боюсь вас. Против собственного желания. Но Джастин не захочет говорить с вами – во всяком случае, правды не скажет точно.

– Почему не скажет?

«Янни просто не свойственно спокойствие», – подумал ази. «Потому что, господин… – Грант сделал глубокий вдох, стараясь не вспоминать о неприятном сосании под ложечкой. – Вы – его единственный наставник. Если вы откажетесь от него, Джастину просто не у кого будет учиться. Вы для него – как Старший. Ему приходится полагаться на вас, а вы его унижаете. Мне тяжко смотреть на все это».

– Грант, мы не обсуждаем психоработу с ази. Ты не понимаешь, что происходит – во всяком случае на операционном уровне – и очутился в весьма опасном положении. Я имею в виду твой умственный шаблон. Не стоит проводить параллелей. Ты должен догадаться, о чем я. Если не…

– Верно, господин, вы вправе порекомендовать мне обучающую ленту. Я знаю, насколько велики ваши возможности. Но все-таки прошу выслушать меня. Послушайте! Я не знаю, что вы за человек на самом деле. Но я видел вашу работу. Уверен, что вы, возможно, пытаетесь помочь Джастину. Кое в чем вам это удалось. Но он все равно не должен работать так, как сейчас.

Янни взревел, точно заглушаемый двигатель, и откинулся на спинку кресла, поглядывая на гостя из-под кустистых бровей. И заявил:

– А все потому, что он не приспособлен для актуальной работы. Я прекрасно это знаю. И ты знаешь. И Джастин. Я надеялся, что он остепенится, но он не из таких – он не в состоянии схватить перспективу. Для стандартной конструкторской работы ему не хватает терпения, а повторение доводит его до безумия. И поскольку он – парень изобретательный, мы подключили его к проекту «Рубин». Идею выдвинул Деннис, а я его поддержал. Это лучшее, что мы способны сделать для твоего брата – позволить ему заниматься теоретическими разработками, а не собственными дурацкими фантазиями, иначе он просто не в состоянии сосредоточиться на чем-то конкретном. Уж кому, как не мне, знать это! Он даже упрямее Джордана – если втемяшит себе что-нибудь в голову, так потом будет биться за свою идею до последнего. Может, у тебя есть готовое решение проблемы? Все предельно ясно: Джастин должен заниматься либо проектом «Рубин», либо обычной конструкторской работой. Я не могу позволить себе роскошь разрешать одному из сотрудников целых три недели заниматься проектом, которому место в мусорной корзине, понятно?