Чтение онлайн

Весь стол был завален деталями и инструментами. Флориан выбрал необходимые для работы. Задание оказалось не слишком сложным.

Следующее задание было чьим-то проектом. Требовалось только посматривать на приборную панель и докладывать инструктору, какие операции происходят.

Сноровки Флориану было не занимать. Работал он как заводной – легко и непринужденно. Затем работа усложнилась. Третье задание, знал Флориан, всегда подразумевало нечто еще. На сей раз ему отводилось пятнадцать минут.

Наконец паренек доложил Инструктору, в чем было дело.

– Покажи, как ты действовал, – потребовал Инструктор. Флориан мгновенно подчинился.

Инструктор, слушая с серьезным видом, время от времени кивал, а потом сказал:

– Флориан, придется увеличить объем занятий по программированию вдвое.

У Флориана упало сердце.

– Простите, – удрученно отозвался он, – что-то не так?

– Конечно, все так. – Инструктор улыбнулся. – Но я не вправе поручать тебе подобные задания. Изучишь основы по расширенной обучающей ленте, а там посмотрим. Договорились?

– Да, – отозвался мальчик. Конечно, он не мог не ответить утвердительно. Но молодого ази мучило беспокойство. Ведь он подолгу работал бок о бок с Взрослыми. Работа была тяжелая и занимала много времени, а Взрослые твердили, что он часто неверно тратит предусмотренное расписанием время и что ему лучше бы заняться своей основной работой.

На свою основную работу Флориан и без того здорово опоздал, и Энди хмурился, хотя и помогал больше, чем Флориану хотелось.

Молодой ази решил в конце концов поговорить с Инструктором. Но все так радовались, когда он помногу работал! Даже очень устав, Флориан готов был выполнять дополнительную работу, после которой падал на койку и тотчас засыпал.

Инструктор отпустил его, а он снова припозднился. Энди проворчал, что свиньи не воспринимают его график и потому ему, Энди, пришлось самому их кормить.

– О воде я сам позабочусь, – отозвался Флориан и сделал не только свою часть работы, но и часть работы Энди. Так было честно, и Энди оттаял.

Энди настолько повеселел, что позволил юному помощнику почистить вместе с ним Лошадь, после чего они пошли в сарай, где жила маленькая лошадка – между прочим, девочка. В сарае она была в полной безопасности, и ази покормили жеребенка, вдвоем поддерживая ведро на весу. Правда, пока Флориан был маловат для того, чтобы поддерживать ведро. С жеребенком следовало быть особенно осторожным: перед тем как войти в конюшню, требовалось принять душ, переодеться и вести себя осмотрительно – как-никак, обращаться с малышкой необходимо было так, как обращалась бы с нею мать. Но вовсе не потому, что она была больна, напротив. Жеребенок забавлялся, уворачивался и обнюхивал гостям руки, после чего снова принимался скакать и подпрыгивать.

Флориан очень удивился, когда Энди сообщил, что лошадей разводят не для еды. «А для чего же?» – с замиранием сердца спросил мальчик, боясь услышать какой-нибудь другой ужасный ответ.

– Они – Экспериментальные, – пояснил Энди. – Вообще-то точно не знаю, но говорят, будто лошади – рабочие животные.

Иногда рабочими животными бывали и свиньи. Свиньи, как никто другой, унюхивали проникавшие на территорию комплекса сорняки и их корни, причем хрюшкам хватало ума не пожирать эту дрянь. Свиньи так хорошо справлялись с задачей, что в штате числились особые ази, в обязанность которых входило выгуливать свиней на территории комплекса и прилегавших к нему полей. Этим свиньям не угрожала участь пойти на колбасу – они тоже работали, выискивая малейшие ростки сорняков, так и норовившие проползти под заборами. Конечно, в Ресионе имелись автоматические детекторы ядовитых трав, но Энди был убежден, что свиньи все равно справлялись с этой задачей успешнее.

«Так вот что имели в виду обучающей ленты», – думал Флориан, которому постоянно внушали, что первым правилом является умение становиться полезным.

2

Уяснив суть проблемы, Ари попыталась разобраться в накопленных знаниях, после чего обратилась к матери:

– Мамочка, разве так важно, сколько рождается мальчиков и сколько – девочек?

– Вообще-то важно, – отозвалась Джейн, подумав секунду. – Но если нет, можно переработать.

– Для чего?

– Потому что – и это нужно знать – некоторые вещи в определенных ситуациях не слишком важны; и пока ты только учишься решать проблемы, обходя вопросы, не имеющие существенного значения, это поможет тебе запомнить, чт`o именно в преодолении той или иной трудности важнее всего. Все в мире важно для решения проблемы – погода, мальчики и девочки, получают ли они достаточное питание, есть ли угроза, что их сожрут хищники – но в данный момент главное – только гены. Как только ты научишься справляться со всеми этими проблемами, тебе объяснят, как решать проблемы помельче. В том числе и эту. И ни за что не скажут, что ты всему научилась. Возможно, они – то самое, о чем никто еще не задумывался. Но если ты решишь, будто все знаешь, можешь попасться на крючок. А потому все начинается с простейшего и усложняется лишь по мере развития – начиная с самого того факта, появилась девочка и мальчик. Понятно?

– Выходит, это все-таки важно, – упрямо настаивала Ари. – Потому что рыбки-мальчики дерутся. Если никого не сожрут, вырастет двадцать четыре синих. Так и будет, потому что синие хорошо заметны, а спрятаться им нельзя. Зато если подсадить к ним рыбину покрупнее, не останется ни одной синей.

– Как по-твоему: рыбы различают цвета?

– Действительно – различают ли?

– Давай пока не будем об этом. Что произойдет, если самки станут предпочитать синих самцов?

– С какой стати?

– Просто представь такую ситуацию. Допустим, речь зашла о следующем поколении.

– Насколько оно лучше?

– На 25 %.

– В таком случае крупная рыба благодаря синим растолстеет, и у них будет множество детишек. Все усложнится.

Мама сделала уморительное лицо – точно собиралась чихнуть, засмеяться или обозлиться. А потом вид у нее сделался еще более странный – но уже не смешной. Мама обняла Ари и прижала к себе.

В последнее время мама часто вела себя так, что Ари думала: теперь бы ей следовало чувствовать себя гораздо счастливее – раньше мать уделяла ей меньше времени. И Олли тоже.

Но интуитивно девочка предчувствовала недоброе. Мама отчего-то ходила грустная. И Олли тоже. Олли вообще превратился в заправского ази, и они с Юлией больше не ссорились. Мама уже ни на кого не кричала. Нелли тоже постоянно смущалась, а Федра следовала примеру Олли – вела себя, как подобает бесчувственной ази.

Ари тревожилась и порывалась спросить маму о причине столь зловещей перемены, но всякий раз не решалась, боясь, что мать расплачется. В последнее время глаза у Джейн постоянно были на мокром месте. А стоило ей заплакать, как Ари становилось совсем невмоготу.

И потому девочка просто предпочла безмолвно прильнуть к Джейн.

Наутро она отправилась в игровую школу. Ари уже подросла настолько, что ее отпускали в школу одну. Уже в дверях мама обняла ее, обнял и подошедший Олли – чего не делал давно.

Когда у нее за спиной захлопнулась дверь, Ариана оглянулась. «Странно», – подумала она. И пошла в школу.

3

«Ресион-1» оторвался от взлетно-посадочной полосы, и пальцы Джейн яростно впились в подлокотники обитого кожей кресла. Женщина даже не выглянула в иллюминатор, не желая наблюдать, как тает внизу Ресион. Закусив губу, госпожа Штрассен закрыла глаза, чувствуя, как по щеке катится предательская влага, а самолет все набирал высоту, отчего тело вжималось в пухлое кресло.

Когда самолет набрал нужную высоту, Джейн повернулась к Олли:

– Принеси чего-нибудь выпить – двойную порцию!

– Да, госпожа, – ази отстегнул привязной ремень и пошел вдоль прохода.

Федра, сидевшая в следующем ряду, повернулась на винтовом кресле и взглянула на Джейн через столик:

– Госпожа, я могу что-нибудь сделать для вас?

«Боже, – сообразила Джейн, – да она просто напрашивается на работу – ей хочется заняться, отвлечься хоть чем-то! Она в ужасе». И распорядилась: