Чтение онлайн

– Нет, я… – Я запнулась. – Я не уверена, что…

– Ты не голодная? – Лео с надеждой склонил голову набок. – Я могу уговорить тебя поужинать? Потому что я проголодался. И мы еще не обсудили мой сад.

– Ну, если ты так ставишь вопрос…

Он улыбнулся, и мое настроение стало таким, как прежде: на грани легкости и напряжения.

– И куда мы поедем? – спросила я.

– А это сюрприз.

Мы подошли к машине, и водитель в длинном сером плаще выскочил наружу, чтобы открыть дверцу пассажирского сиденья, а Лео остановился, чтобы открыть для меня дверцу заднего.

Я почти уже села, но тут заметила на шофере черные перчатки, сразу напомнившие о кадрах из криминальной хроники. Папин голос в моей голове мог бы многое об этом сказать. Садиться в машину с человеком, которого я почти не знаю? Поступок из списка тех, которые папа велел мне никогда не совершать, как и 1) не одалживать парню деньги, 2) не верить всему, что он говорит, 3) не садиться на мотоцикл. (И так далее. И тому подобное. Но эти пункты были основными.)

Я сражалась с внутренними голосами: один утверждал, что папа был прав, второй говорил мне, что папа слегка свихнулся из-за выходок Келли и что не все мужчины такие, как Кристофер Далтон. Лео уж точно не походил на Кристофера – во-первых, у него не было бороды, а во-вторых, я видела, как он сам расплачивается. Но я мало что знала о нем, хотя инстинкты и говорили, что он куда больше принц, чем Рольфу когда-либо светит стать.

– Извини, но… – И вот как это сказать, чтобы не прозвучало слишком грубо?

– Что?

– Я ведь тебя почти не знаю, – выпалила я. – Ты не похож на похитителя, но ведь никто обычно не похож на него? В смысле, я не знаю, куда мы едем, и никто не знает, что я здесь…

Отлично, Эми. Именно это и сообщают потенциальному похитителю: «никто не знает, где я».

К чести Лео, он не стал смеяться или злиться.

– Ты права. Хочешь, поедем вместо этого на такси? Я не против. Или можно позвонить Джо. Если желаешь, продиктуй ей номер машины. – Выражение лица при этом у него было искреннее.

– Это могут быть фальшивые номера.

– Правда. – Он поджал губы. – А что, если я дам тебе свой бумажник?

Он сунул руку во внутренний карман и действительно протянул его мне.

А я действительно обдумала его предложение, но решила, что если он похититель, документы тоже могут оказаться фальшивкой.

– Нет, не нужно. Но имей в виду, я очень метко и больно пинаюсь.

– Я учту, – мрачно сказал он и первым нырнул на заднее сиденье «рендж ровера». После секундной паузы я последовала за ним.

Мы направились от Беркли-сквер по освещенной дороге для экипажей Гайд-парка на другую его сторону, к огням Кенсингтона, а затем машина остановилась на площади возле белых таунхаусов, окруженных огороженным садом с высокими деревьями, голые ветки которых изгибались над идеально подстриженной живой изгородью, скрывавшей сады от взглядов с улицы.

Лео выпрыгнул из машины, обошел ее, чтобы поговорить с шофером, а затем открыл для меня дверцу.

– Что мы здесь делаем? – спросила я. – Это здесь ты живешь?

– Да, поблизости.

«Вот черт», – подумала я. Даже квартиры в этом районе стоили миллионы, не говоря уже о домах. У нас с Тедом редко бывали клиенты из этой части города, потому что те, кто мог позволить себе здесь дом, могли позволить и постоянного садовника, а также няню, повара, шофера и личного ассистента.

Лео подошел к закрытым воротам и сунул руку в карман. Оттуда появился старомодный ключ на кольце, которым он отпер замок и распахнул для меня калитку.

Остатки моей паранойи тут же выдуло дичайшим любопытством: мне всегда хотелось сунуть нос в подобный частный сад. Их очень редко открывали прохожим, даже в Дни открытых садов Лондона, и я не знала, что смотрители делают с кустарниками, и живая изгородь всегда оказывалась настолько густой, что с улицы ничего не разглядишь. Даже если сунуть голову в эти кусты (кхе-кхе).

Эти сады были эксклюзивным глотком чистого лондонского воздуха, практически недоступным, – даже владение одним из фантастически дорогих домов, расположенных вокруг, не гарантировало права в них войти. Существовали целые комитеты для пропуска, контракты на получение допуска, ежегодные платы за посещение.

У знакомой Джо был знакомый, живущий рядом с одним из теннисных кортов в центре этих садов, и попасть туда было не проще, чем поиграть на Центральном корте Уимблдона.

Я шагнула в личный сад Лео, и мой взгляд заметался, пытаясь охватить все и сразу. Сад был среднего размера, идеально ухоженный, с парковыми скамьями и кольцами для крокета, всеми признаками того, что владельцу действительно нравится проводить здесь время. Спланирован сад был очень формально, строгими квадратами, как торт «Баттенберг»; между тематическими клумбами располагались секции низкой зеленой изгороди, испускавшие в зимний воздух тяжелый живой аромат. Переделанные под электричество викторианские газовые фонари заливали клумбы теплым желтым светом, согревая уже пробившиеся подснежники, посаженные не кучно, как привыкла я, а элегантными завитками на манер кружевных бумажных снежинок.

– Ух ты! – выдохнула я, совершенно завороженная.

– Я думал поесть в летнем домике, – сказал Лео, указывая на деревянную беседку в центре, с белыми ставнями и зубчатыми фестонами крыши. – Ты не против? Я знаю, что погода не летняя, но там есть обогреватели. И пледы.

– Я совершенно не против, – сказала я, едва ли не бегом направляясь к беседке, чтобы взглянуть, что же там внутри.

Лео последовал за мной и защелкал выключателями. Электрический свет испортил эффект таинственного сада, но Лео тут же его выключил и начал открывать буфеты, ориентируясь в свете луны.

– Здесь должны быть свечи… Ты не против пока что взглянуть на сад? – спросил он, жестом заставляя меня выйти.

Шагать по гравию на шпильках было непросто, но я не хотела снимать туфли. К счастью, третий бокал вина слегка притупил жжение в мозолях. Я прошла по одной из дорожек к каменному фонтану и сделала вид, что рассматриваю скульптуру выпрыгивающего лосося. Но я не могла сосредоточиться. Я буквально жужжала от радости.

Этим вечером реальным, а не сказочным, казался только камешек, забившийся мне в туфлю. Я достала телефон, чтобы написать Джо и доказать себе, что все это действительно со мной происходит, но остановилась. Плохая идея. Она спросит меня, где я, а я могу проболтаться насчет Рольфа, и тогда ей станет интересно, с кем я.

Я знала, что должна рассказать ей или хоть кому-то, где была, – но каждая минута, проведенная с Лео, шла в копилку ощущения, что мы очень давно знакомы. А самым плохим, что могло случиться, было как раз сообщение Джо или, еще хуже, Теду.

– Эми?

Я увидела, как Лео машет мне со ступеней летнего домика, и ноги сами понесли меня ему навстречу. Внутри пахло чем-то тяжелым, растительным, но запах был приятным. Деревянный стол был накрыт белой скатертью, в центре горели три большие свечи, углубляя и без того черные тени в углах комнаты. На столе расположились две фарфоровые тарелки с идеальными серебряными приборами и белоснежными салфетками, а между ними – три накрытых серебряными крышками блюда.

– Откуда все это взялось? – спросила я.

– Я попросил шеф-повара клуба о доставке срочного заказа навынос, а Билли принес это сюда из машины. Посуда и приборы всегда здесь, на случай пикника. – Лео выглядел довольным. – Это была моя идея. Летом этот сад идеален для пикников – после них можно сыграть в крокет, сжечь лишние углеводы…

Ощущение того, что я попала в чудесный сон, только усилилось. Это так Лео представляет себе еду навынос? Серебряные блюда и фарфор? А что под крышками? Фрикасе из лебедя? Безумный Шляпник?