Чтение онлайн

За время моего недолгого обморока ситуация в общем зале кардинально изменилась. Теперь здесь творилось настоящее столпотворение, видимо, в преддверии скорого ужина. Не только постояльцы, но и обитатели ближайших деревень торопились занять местечко за одним из длинных столов, дабы затем опрокинуть стаканчик-другой крепкой пенной браги и заесть ее тушеной капустой или же домашней кровяной колбасой.

Благо что почти сразу я заприметила свободное местечко около широкоплечего угрюмого мужика, в полном одиночестве попивающего что-то явно покрепче браги. Замялась было, но почти сразу равнодушно пожала плечами. А чего мне беспокоиться? Стараниями Ульрики я выгляжу сейчас так, что на меня вряд ли кто позарится.

И, уверовав в собственную безопасность, я смело подошла к незнакомцу.

– Свободно? – на всякий случай осведомилась я, кивком указав на лавку.

Тот, услышав женский голос, явно обрадовался. Приосанился было, проведя ладонью по жидкой пегой бороденке, затем взглянул на меня – и тут же блеск в его глазах потух.

– Страшна ты, – пробормотал он, распространяя вокруг крепкий запах перегара. – Ишь, как боги над тобой поиздевались, когда лепили в чреве матери. Но ладно уж, садись. Будем вместе горе запивать.

После чего, не спрашивая моего разрешения, ливанул в свободную кружку из кувшина и придвинул ее ко мне. Я изумленно вздернула брови, заметив в этот момент, что его руки почему-то перебинтованы. Ой, надеюсь, мой новый знакомый не страдает от какой-нибудь препротивной кожной болезни!

– Пей! – практически потребовал он, заметив, что я не тороплюсь воспользоваться его предложением, предпочитая вместо этого глазеть на его бинты. – В такую погоду сами боги велят выпить. И не боись, я не заразен. Это мои, так сказать, боевые раны.

Я с некоторой опаской понюхала любезно предложенное пойло. К моему удивлению, пахло оно очень даже ничего. Не сивушными маслами, а хмелем и едва уловимым ароматом полевых трав. Затем осторожно пригубила кружку. Да, на вкус тоже неплохо. Правда, крепкий напиток, даже очень. Как бы не набраться незаметно на голодный желудок. Тогда я точно пропущу поединок между Седриком и Дани.

Мужик тем временем, уже не обращая на меня ни малейшего внимания, залпом выпил плескавшиеся в кружке остатки и налил себе еще. После чего, ловко орудуя длинным ножом, нарезал прямо на столешнице кружки колбасы и длинные толстые ломти свежего мягкого хлеба. Любезно взмахнул рукой, предлагая мне угощаться.

Удивительно, но именно сейчас я поняла, насколько голодна, поэтому второй раз повторять приглашение не пришлось. Я моментально забыла о своей брезгливости и набросилась на еду, чуть ли не урча от жадности. Да, если сегодня нам придется сразиться с Дани, то я должна набраться сил. Мало толку будет от моей помощи, если меня от голода шатать начнет.

– Как звать? – коротко осведомился мужик, с усмешкой наблюдая за тем, с какой скоростью я поглощаю нехитрую снедь.

– Ми… Милкой, – проговорила я, вовремя спохватившись и произнеся придуманное имя.

– А меня Кирк.

От неожиданности я едва не подавилась. Это Кирк? Несчастный обманутый муж прелестницы Алисии? Но что он делает здесь? Почему набирается брагой, а не хлопочет по хозяйству?

Одно хорошо: теперь я могу есть и пить без всякой опаски, поскольку его бинты скрывают ожоги от огненной слюны Дани, а не какие-нибудь отвратительные язвы.

– Кажется, я про тебя слышала, – осторожно проговорила я, решив последовать примеру помощника хозяина постоялого двора и не разводить лишнюю вежливость. В конце концов, не на королевском приеме сидим.

– Про меня тут все слышали. – Кирк криво ухмыльнулся. Указательным пальцем показал себе на голову. – Не растут еще?

– Что не растет? – ошарашенно переспросила я, не поняв, о чем он говорит. О волосах, что ли? Вроде бы шевелюра у него нормальная, ни намека на лысину.

– Я о рогах, – пояснил с той же болезненной ухмылкой Кирк. – Любимая женушка тут такое устроила, что для всей округи я превратился в посмешище. Пожалуй, теперь мое имя еще долго будет означать глупого обманутого мужа, не видящего, что творится у него под самым носом.

В словах Кирка под напускной веселостью послышалась такая боль, что мне невольно стало не по себе. Действительно, ничего хорошего нет в его ситуации. Мало того, что он узнал об готовящейся измене жены, так еще об этом же стало известно всему постоялому двору, а сплетни и слухи разносятся со скоростью лесного пожара. Люди злы на языки. Кто-то посочувствует, а кто-то и посмеется над незадачливым муженьком. Недаром говорят, что семейные тайны надо держать под семью запорами.

А еще я очень глупо себя чувствовала в этот момент. Никогда не умела утешать, особенно незнакомых людей. Что мне сказать-то надо? Мол, не переживай, все забудется и наладится? Но разве можно забыть о том, как видел любимую жену в объятиях другого? А может, стоит развязно хохотнуть, хлопнуть мужика по плечу и поздравить с вступлением в славную компанию рогоносцев и рогоносиц? Пошутить о том, что не бывает верных супругов, бывают лишь те, кто хорошо скрываются? Нет, пожалуй, за такое горе-утешение он мне тоже глаз подобьет. И будем мы с Алисией на пару веселить народ.

– Впрочем, забей! – Хвала богам, Кирк не дал мне вымолвить и слова, хотя я уже открыла рот, чтобы проблеять нечто невнятно-сочувствующее. – Не обращай внимания на мое брюзжание. В конце концов, я сам выбрал себе жену. А ведь Витенций предупреждал меня, что у его племянницы нрав тот еще. Под стать ее матери, которая умерла почти сразу после родов. Так прямо и сказал, что женщины семейства Виолт чрезвычайно слабы на передок. Но Алисия выглядела такой чистой, такой невинной… Что скрывать, я был влюблен в нее с того первого момента, как увидел, хотя тогда она еще была сопливой девчонкой, и не помышляющей о замужестве. Я приложил все свои усилия, чтобы стать правой рукой и ближайшим другом Витенция, поскольку понимал, что только он может дать разрешение на наш брак. Витенций не был слепцом, он сразу разгадал мои чувства и предупредил, что если я позволю себе что-нибудь большее по отношению к его племяннице, пользуясь тем, что мы проживаем в одном доме, где так легко завлечь ее в темный уголок, то лично расправится со мной. Но я ждал. Терпеливо ждал. За эти годы я очень хорошо научился ждать и смирять свои чувства. С облегчением и радостью я встречал каждый вечер, потому что миновал еще один день, а следовательно, Алисия стала чуть старше и чуть ближе к тому моменту, когда принято начинать замужнюю жизнь. А какой я был счастливый, когда все-таки наступила наша первая брачная ночь!

Я смущенно кашлянула, не испытывая ни малейшего желания выслушивать настолько интимные подробности семейной жизни почти незнакомых мне людей. Но Кирка было не остановить. Он говорил и говорил, уставившись остекленевшим взглядом в изрезанную ножами столешницу, словно не осознавал уже, где находится и кто сидит с ним рядом.

– Естественно, я понимал, что Алисия вряд ли испытывает ко мне любовь, – продолжил он. – Но я постарался стать ей другом. Ты думаешь, первая наша брачная ночь наступила сразу после свадьбы? Нет и еще раз нет! Целых полгода я приручал эту дикарку. Сначала добился того, чтобы она перестала вздрагивать от моих самых невинных прикосновений. Затем осмелился на поцелуй… Демоны, да я вел себя так, словно сам был невинным юнцом, еще не познавшим все тайны женского тела! А ведь имел полное право взять свое как законный муж! Даже более того, я специально порезал себе руку и запачкал простыни кровью после нашей первой совместной ночи, во время которой не тронул Алисию и пальцем. И все ради того, чтобы ее дядя с радостью и гордостью продемонстрировал на следующее утро сие доказательство невинности племянницы, которая на самом деле так и не познала моей ласки. Потом, когда она все-таки допустила меня до своего тела, я так долго ласкал ее, просто ласкал, не переходя ни к чему конкретному, что у меня чуть пар из ушей не повалил. Но я не позволил себе ни единого торопливого движения. И был вознагражден за это, как тогда искренне считал. Алисия пусть и не полюбила меня, но стала хорошей женой. А потом явился этот хмырь и все испоганил!

Я отчаянно заерзала на скамейке, жалея о том, что вообще подсела к незнакомому мужчине и решила разделить с ним трапезу. Далась мне эта колбаса и эта брага! Поголодала бы еще немного, авось ничего не случилось бы. В конце концов, сама виновата, что не позавтракала как следует, когда была такая возможность. А теперь я вынуждена выслушивать слезливые признания, настолько откровенные, что мои щеки того и гляди запылают румянцем смущения.

Но я не могла не признать очевидный факт: если Кирк говорит мне правду, а в этом можно было ручаться, то тогда он очень хороший человек. И желание Алисии натравить дракона на мужа становится просто омерзительным. Ишь ты, страсти в отношениях ей захотелось, чтобы за нее дрались, как в стародавние времена. Глупышка и не подозревает, что честного поединка все равно не получится. Скорее, Дани просто сожжет ее мужа заживо. И ей придется до конца дней своих жить с мыслью, что именно она послужила причиной столь жуткой гибели пусть не любимого, но любящего супруга.