Чтение онлайн

— А мне это и не нужно. Вероятно, вы удивитесь, мисс Свенсон, но я хорошо обдумал этот вариант и пришёл к выводу, что из вас получится прекрасный ассистент. Мне необходим человек, отлично знающий городок и всех его обитателей, знакомый со всеми его секретами и сплетнями, но вместе с тем отдалённый от всех и не связанный ни с кем тесными узами. Словом, такой человек, который может сказать мне правду обо всём, что происходит здесь, причём правду, увиденную собственными глазами. По-моему, вы идеально подходите для такой роли, я не ошибаюсь?

Подумав, Кори решила, что она действительно соответствует всем этим требованиям, особенно в том отношении, что ни с кем не связана и ни от кого не зависит.

— Разумеется, для вас это означает повышение по службе, — пошутил Пендергаст. — И соответствующее повышение жалованья до ста пятидесяти долларов в день. В машине у меня есть все официальные бумаги, включая письменное разрешение на проведение определённых работ на месте преступления. Правда. Но это означает, что вы беспрекословно подчиняетесь всем моим приказам. И никакой самодеятельности. Если я сказал, что нужно ждать в машине, значит, вы должны сидеть и ждать меня. Подробности вашей новой работы мы обсудим позже.

— Кто будет мне платить? ФБР?

— Нет, я, из собственного кармана.

— Бросьте, Пендергаст, вы же прекрасно знаете, что я не заслуживаю такого доверия. Неужели вы не понимаете, что выбрасываете деньги на ветер?

Он посмотрел на неё таким пронзительным взглядом, что Кори попятилась. Его глаза выражали странное напряжение, не объяснимое словами.

— Одно мне уже ясно, — тихо сказал Пендергаст. — Мы имеем дело с необычайно опасным преступником, и я не имею права терять ни минуты. Мне нужна ваша помощь, мисс Свенсон. И если мы спасём хотя бы одну человеческую жизнь, наши усилия будут не напрасны. Поэтому любой риск здесь полностью оправдан.

— Да, но чем мне помочь вам? — допытывалась удручённая Кори. — Ведь, по сути, шериф прав — я действительно доставляю людям одни неприятности.

— Мисс Свенсон, прекратите самобичевание. Ну что, договорились?

— Ладно, я согласна, но имейте в виду, что речь идёт только о моей добровольной помощи, не более того. Все остальные идеи выбросьте из головы.

Пендергаст удивился.

— Простите, не понял, о чём вы?

— О том, что вы мужчина, а значит, понимаете, о чём я говорю.

Пендергаст взмахнул рукой.

— Мисс Свенсон, ваши подозрения беспочвенны и абсурдны. Мы с вами принадлежим к разным мирам, между нами огромные различия: в возрасте, темпераменте, воспитании, образовании и так далее и тому подобное. Кроме того, мы из разных социальных слоёв, я уж не говорю о вашем проколотом языке. На мой взгляд, любые отношения между нами, кроме деловых, абсолютно исключены.

Он так долго и путано объяснял своё понимание проблемы, что Кори почувствовала раздражение.

— А при чём тут мой проколотый язык?

— Возможно, ни при чём, но и это характеризует человека. Пирсинг — чрезвычайно древний ритуал, его до сих пор используют дикие народы. Так, например, женщины племени уимбу, проживающего на Андаманских островах, прокалывают себе половые органы и продевают туда сухожилия с колокольчиками. Представляете, как они звенят во время движения? А их мужчины находят это очень привлекательным.

— Но это же полное дерьмо! — возмутилась Кори.

Пендергаст рассмеялся.

— Стало быть, вы не относите себя к беспрекословным последователям древних традиций и ритуалов?

— Вы знаете, мистер Пендергаст, что производите впечатление странного и чудаковатого человека?

— Да, и весьма давно. Впрочем, меня это ничуть не волнует. — Он взял у неё фонарь и осветил труп собаки. — А сейчас вы, как мой ассистент, должны рассказать мне всё, что знаете об этом животном.

Кори растерянно заморгала и нехотя посмотрела на смердящий труп собаки.

— Это Джифф, Лабрадор Энди, сына Свида Качила.

— А у этого Джиффа был ошейник?

— Да.

— Он всегда свободно бегал по полям?

— Большинство собак в нашем городе чувствуют себя вполне свободно, хотя и существует закон об обязательном контроле над животными.

Пендергаст кивнул.

— Видите, мои надежды на вашу помощь уже начинают оправдываться. Значит, я не ошибся в вас.

Кори посмотрела на него с нескрываемым любопытством.

— С вами не соскучишься, мистер Пендергаст.

— Спасибо. У нас, кажется, много общего. — Он снова направил луч света на труп собаки.

Наступила мёртвая тишина. Кори не понимала: расценивать его слова как комплимент или как оскорбление. И тут её охватила жалость к бедному псу. Энди Качил ужасно огорчится. Кто-то должен сообщить ему об этом чудовищном происшествии, и, похоже, это придётся сделать ей. Во всяком случае, у неё это получится лучше, чем у шерифа, который не упустит случая поиздеваться над парнем. И уж тем более этого не сделает Пендергаст, поскольку его почти никто не знает в этом городке. Конечно, он деликатный человек, но о таком жутком событии должен сообщить кто-то из своих. Подняв глаза, Кори увидела, что Пендергаст пристально смотрит на неё.

— Да, мисс Свенсон, — тихо проговорил он, — думаю, именно вы должны сообщить эту неприятную новость Энди Качилу.

— Как вы…

— И ещё, мисс Свенсон, не затруднит ли вас осторожно выяснить у него, когда он видел собаку в последний раз, при каких обстоятельствах и куда его Джифф мог направиться.

— Иначе говоря, — слабо улыбнулась Кори, — вы хотите, чтобы я сыграла роль детектива?

Пендергаст кивнул.

— В конце концов, вы мой новый ассистент.

Марджери Тилендер сидела за старым деревянным столом в своём спартанском офисе, старательно вырезая купоны и следя одним глазом за популярным телешоу «Правильная цена». Изображение на её старом чёрно-белом телевизоре было очень плохим, поэтому она усилила громкость до предела, чтобы не пропустить что-нибудь любопытное. Правда, сегодня телешоу не отличалось разнообразием, а состав участников оставлял желать лучшего, но Марджери наблюдала за ним по привычке, комментируя все подробности. Участники шоу вели себя совершенно нерационально и никак не могли назвать правильную цену выставленных на продажу вещей. Как правило, они либо завышали цену товара, либо преуменьшали её. Наконец осталась лишь одна худощавая девушка лет двадцати азиатского происхождения.