Чтение онлайн

Она обратилась к вождю тано. С удивлением увидела, что он стар, по меньшей мере, лет семидесяти. Лицо отражало спокойствие и достоинство. Это был не молодой, злобный активист, какого она себе воображала. Другие индейцы тоже были в годах, шерстяные одеяла придавали их телам округлую форму. Старый автобус, на котором они приехали, — настоящая рухлядь — был незаконно припаркован на подъездной аллее музея, и его, без сомнения, эвакуируют.

— Y'aah shas slit dz'in nitsa, — сказала она вождю.

Тот уставился на нее, потеряв дар речи.

— Y'aah shas, — поспешно сказал он, опомнившись. — Как…

— Некоторое время я провела в Тано Пуэбло, — объяснила Нора. — К сожалению, это все, что я запомнила, так что не трудитесь отвечать!

Она улыбнулась и протянула ему руку.

— Нора Келли, один из кураторов выставки. Думаю, я говорила с одним из ваших коллег.

— Вы говорили со мной.

— Тогда вы, должно быть, мистер Уаметова.

Старик кивнул.

— Что я могу для вас сделать? — спросила Нора.

— Они хотят молиться! — закричала Мерсо.

Нора проигнорировала ее, обратив все свое внимание на Уаметова.

— Мы молимся маскам, — сказал он. — Все, чего мы хотим, — это поговорить с нашими масками.

— Поговорить с масками?

— Да. Сказать, что мы рядом, что заботимся о них. Хотим пообещать, что они не будут забыты.

Нора заметила, что Манетти закатил глаза.

— Это так возвышенно, — сказала кинозвезда, повернув голову, чтобы телекамеры зафиксировали ее профиль.

Еще один десяток камер полыхнул вспышками.

— Мы верим, что маски живые, что у них есть душа. Долгое время они были разлучены с нами. Мы пришли благословить их и утешить.

Неожиданно к Норе пришло решение.

Она сделала вид, что задумалась. За короткую неделю, проведенную в студенчестве в Тано Пуэбло, она узнала, что быстрое решение индейцы рассматривают как плохое решение.

— Вряд ли это место подходит для молитвы, — сказала она.

— Ну, так я об этом и говорю, — вмешался Манетти.

Нора не обратила на него внимания.

— Я думаю, где бы найти место получше.

— Есть такое место, — сказал Манетти. — Вон там, на тротуаре.

Нора метнула в него разъяренный взгляд.

— Нам хотелось бы быть поближе к маскам, а не дальше, — сказал Уаметова.

— Отчего же вы не входите? — спросила Нора.

— Нас не пустят.

— Входите как мои гости. Я подведу вас к маскам прямо сейчас, и вы сможете поговорить с ними лично, прежде чем зал откроют для посетителей.

— Доктор Келли, уж не сошли ли вы с ума? — запротестовал Манетти.

Вождь тано с минуту смотрел на нее. Потом его широкое древнее лицо осветила сияющая улыбка. Он с достоинством поклонился.

— Eesha lat dzil. Вы настоящий человек, мисс Нора.

— Браво! — закричала Мерсо.

— Я не допущу этого, — сказал начальник охраны.

— Мистер Манетти, я беру на себя полную ответственность.

— Вы не можете провести этих людей в зал до того, как разрежут ленту. Это невозможно!

— Ничего невозможного. Все так и будет. — Она повернулась к индейцам. — Ну что, джентльмены, пойдете за мной?

— Мы будем счастливы, — ответили тано.

Кинозвезда взяла под руку изумленного старого индейца, и они пошли вслед за Норой. Далее двинулась толпа журналистов и зевак.

— Освободите дорогу старейшинам тано! — крикнула Мерсо. — Освободите дорогу!

Ее платье мерцало в свете прожекторов, лицо сияло: она счастлива была оказаться в центре внимания.

Толпа, словно по волшебству, расступилась, и они поднялись по красной ковровой дорожке. Тано начали тихонько напевать и бить в барабаны, как только миновали ротонду и вошли в зал «Небо», и Норма увидела перед собой замерших от восторга людей, пришедших на выставку: да и как было не поразиться? Ведь они увидели американских аборигенов. Наверняка подумали, что эта процессия — часть программы. Тут и мэр подоспел, почувствовав, как и Мерсо, шанс для саморекламы.

Манетти бежал сзади, лицо его раскраснелось, однако он помалкивал: очевидно, понимал, что неразумно было бы продолжать дискуссию на глазах всего города.

Вперед бросился Коллопи.

— Нора! Что вы себе позволяете?!

Она нагнулась к нему и быстро прошептала:

— Тано хотят провести несколько минут наедине с масками, прежде чем разрежут ленту.

— Зачем?

— Помолиться и благословить маски. Вот и все.

Коллопи нахмурился.

— Нора, сейчас не время. Это наверняка подождет!

Нора посмотрела ему в глаза.

— Доктор Коллопи, пожалуйста, доверьтесь мне. Я хорошо знаю индейцев с юго-запада. Я несколько лет бок о бок жила и работала с ними. Они пришли сюда не для того, чтобы причинить вам неприятности или возмутить общественное мнение. Они просто хотят, чтобы им дали провести немного времени наедине с их масками. Когда обряд закончится, они тут же уйдут. И вся ситуация рассосется. Это лучший способ уладить дело. Я знаю, если вы подумаете над этим, то согласитесь. — Она заговорила еще тише. — К тому же они сделают вам великолепную рекламу.

Коллопи смотрел на Нору. Его лицо патриция выражало изумление, затем он перевел взгляд на Манетти. Наконец пошел к ожидавшим индейцам. Прокашлялся, пригладил волосы, лоб избороздили глубокомысленные морщины.

Неожиданно лицо его расплылось в приветливой улыбке. Он протянул руку вождю тано. — Добро пожаловать! Мистер…

— Уаметова.

— Да, конечно! Добро пожаловать! Администрация музея счастлива принять вас и вашу группу как представителей народа тано. Вы, насколько я понимаю, проделали большой путь, чтобы увидеть маски Великой Кивы.

— Две тысячи миль.

По толпе прошел гул. Стрекотали камеры.

— Мы рады, что вам удалось преодолеть такое расстояние. Вы оказали большую честь музею и лично мне.

Пресса ловила каждое слово. Нора почувствовала огромное облегчение: кажется, все должно было пройти благополучно.

— Начальник охраны, мистер Манетти, проводит вас в зал, и вы без свидетелей навестите маски. Мистер Манетти? Надеюсь, вы заранее предупредите посты охраны и оставите наших гостей одних: пусть помолятся.