Чтение онлайн

– Алло

– Алло, кто это?

– А кого вам нужно?

– Мне нужен Илья. Это Дима, его друг, - голос в трубке был необычайно взволнованным.

– Илья... Скажем так, он сейчас не может подойти...

– Знаете, это очень важно. Передайте ему... Это действительно вопрос жизни и смерти. Я подумал, посоветовался со знающими людьми... Скажите, что я бы пошел наверх, уворачиваться от пуль.

Игра

Всю жизнь я любил и ценил Игру. Мне нравилось играть людьми, мыслями и словами. Но никогда не задумывался я над тем, какой тяжкий урон может нанести Игра, проведенная не по правилам.

Любая Игра всегда проходила для меня бесследно, какой бы авантюрной и коварной она ни была. Так было до сегодняшнего дня. Теперь правила изменились.

Впервые я начал проигрывать в Игру, начатую мной же, так тщательно спланированную и осуществленную.

Я стою и смотрю на свое отражение в зеркале.

– Что, друг, - ухмыляется оно, - не нравится, а?

Самое страшное - это то, что я уже не могу остановиться.

Игра, поначалу казавшаяся такой безобидной, обернулась лезвием ножа в мою сторону.

Покачиваясь из стороны в сторону, нож выбирал наиболее уязвимое место в моем теле, пока не понял, что это душа.

Отражению все равно, что со мной будет. Оно может ухмыляться, смеяться, хохотать над моей беспомощностью, но все что оно делает - это просто отворачивается.

– Какого черта!
– хочется кричать мне, - Ты же видишь, что я не виноват! Помоги мне, ты ведь можешь помочь!

– Я не помогаю глупцам, - отвечает отражение, чуть повернув голову в мою сторону, - выбирайся сам.

Тогда я беру с тумбочки пистолет, вставляю обойму.

Привычным движением переправляю пулю в ствол.

Проигрывать тоже надо уметь.

Капля

Дул холодный северный ветер. Он заглянул в ее глаза.

– Ты будешь меня ждать?

– Буду, - тихо прошептала она, - Буду, - теперь уже чуть громче.

– Точно?
– последовал второй вопрос.

– Да, - кивнула она, - Точно.

– Постарайся не забыть все то время, что мы были вместе, все эти волшебные минуты.

– Просто помни их, и я буду жить. Я вернусь. Скоро.

Девушка опустила голову.

– Не плачь, - улыбнулся он, - не стоит.

– Когда?
– спросила она, - Когда ты вернешься?

– Важно не когда, важно как, детка. Скоро будет дождь. Дождь долгий, противный. Потом землю покроет снег. Такой белый-белый. И наблюдая, как тает снежинка у тебя на руке, как капелька дождя, оставляя мокрый след, скатывается по твоей щеке, вспоминай обо мне.

– Хорошо, - она снова кивнула.

К перрону, свистя, подошел поезд.

– Это твой, - тихонько сказала она.

– Да, - кивнул он.

– Не уходи, не надо, - шептала она ему.

– Я должен.

– Постой, возьми это, - она сняла со своего пальца серебряное кольцо.
– Возьми, и тоже помни меня.

– Мы еще встретимся, - сказал он, до боли сжав ее руку.
– Главное уметь ждать.

Он рывком вспрыгнул на ступеньку и исчез внутри вагона.

Перед тем как войти в свое купе, он вытащил из кармана маленький кожаный мешочек. Слегка подкинул его, пытаясь определить вес, потом развязал тесемку и положил туда кольцо. Серебряное.

"Сколько же их там...
– подумал он, заглядывая внутрь, - Сотня, не меньше". Мешочек исчез в кармане. А за окном стояла она. И по щеке ее скатывалась капля. Капля, от которой остается соленый привкус. Она верила.

Клоун

– Мальчик, а, мальчик, хочешь леденец?
– слышится за моей спиной. Реплика относится явно ко мне, но оборачиваться нет никакого желания. Я ненавижу этот голос и интонацию, с которой произносится эта фраза.

– Мальчик, а, мальчик, - существо не отстает. Оно догоняет меня и хлопает по плечу.

Я продолжаю упорно идти вперед и смотрю куда-то вдаль.

– Мальчик, - я слышу шепот у самого уха, - возьми леденец.

– Не хочу, - грубо отвечаю я.

Вдалеке видны дымящиеся трубы, наверное, там стоят заводы по изготовлению вот таких вот леденцов, которые мне сейчас предлагают. Странно, я никогда не пробовал эти леденцы, но знаю, что они липкие и противные на вкус.

– Эй, - голос существа звучит уже где-то в моем мозгу, - мальчик, ну попробуй. Просто обернись и возьми. Это так просто, всего лишь один леденец, один леденец - и мы отстанем от тебя. Навсегда.

"Отстанут навсегда", - как заманчиво и между тем неправдоподобно звучит эта фраза. А вдруг он не врет? Интересно, откуда у меня такое отвращение к этим леденцам, которые я реально ни разу и не пробовал. Липкие и противные? Ну и что, в конце-концов, это просто леденецы, не более того.

Приостанавливаюсь и не оборачиваясь спрашиваю,

– Говоришь, отстанете?

Существо чувствует, что я сломался. Во фразах, к которым они привыкли на протяжении уже семи лет моей сознательной жизни, наконец-то появилось что-то новое.

– Да, - завораживающе шепчет существо, - больше никто, я клянусь, никто из нас не будет приставать к тебе и просить о чем либо. Обернись, не бойся.

Медленно оборачиваюсь. На этот раз это клоун. Обычный клоун, из тех, которые выступают в цирке. Он фальшиво улыбается, а в руках его горсть разноцветных леденцов.

– Мальчик, выбирай любой, - обольстительно нашептывает клоун, - они все такие вкусные. Одного из них, всего лишь одного достаточно для того, чтобы мы навсегда потеряли интерес к тебе.

И чего я так волнуюсь? Подумаешь, съесть один, всего лишь один леденец. Я понимаю, будет противно, но ведь то, что они делают сейчас, намного противнее.

Клоун продолжает глупо улыбаться, но я понимаю, что он уже чувствует победу.

– Давай-ка обговорим условия сделки, - официальным тоном произношу я, и клоун радостно кивает головой.

– Говоришь, больше не будете меня преследовать?
– мой вопрос содержит нотку недоверия.

– Никогда, - отвечает существо.

– И я больше не увижу вас?