Сборник рассказов
Шрифт:
Мазай тогда даже в книгу рекордов Гиннеса попал. Еще бы, он не заметил поворот русла реки и метров двести «проплыл» по лесистому берегу, сметая все на своем пути. А уж в лесу его зайцы спрятали от преследования. Потом выяснилось, что не спрятали, а скиднепили, в смысле, похитили. И затребовали с бабы Мазаихи выкуп — два самосвала морковки.
А Муму поворотов не пропускала и когда, наконец, догнала, сообразила, что перед ней не лодка, а огромный корабль. Не мудрено, она так увлеклась, что не заметила, как кончилась речка и начался океан. Кругом айсберги и холодно жутко. Муму замерзла, как собака. И жалостливо попросила что-нибудь для согреву:
— Дайте мне водки крепкой напиться, (Пресняков «Странник») Водки покрепче дайте мне. Я заблудилась, могу простудиться, Если не выпью — лежать мне на дне.А пассажиры только смеялись над бедной собачкой. Некоторые даже плевались. Тогда Муму перешла на угрозы:
— Если не дадите водки, («Дюна» «Если б море было пивом…») Станете подводной лодкой!Но угроза не подействовала на богатых путешественников. Они продолжали смеяться и показывать фигушки. Осерчала Муму. Нырнула и отгрызла у корабля дно. Тот, естественно, затонул. Муму только и успела прочитать на корме название. «Титаник».
И про Мазая, и про Муму волк только потом из газет узнал. А тогда он не успел даже отдышаться, как вдруг стоящая на берегу скульптура «Баба с веслом» ожила и двинулась на серого. Приглядевшись, он понял, что это и не скульптура вовсе, и не баба, а Герасим. И прикидывался он не только бабой, а и глухонемым. Разведчик, одним словом. И ни при чем было самодурство барыни в определении участи собачки. На самом деле Герасим получил приказ из Центра убрать Муму.
— Не думай о собаках свысока («Мгновения» из к/ф «Семнадцать мгновений весны») Казалось, их топить занятье легкое Кирпич на шею, в омут и: «Пока! До скорого, до скорого, до скорого!» Но суки выплывают иногда Наперекор судьбе и силе гравитации, Приходится с веслом стоять тогда, Чтоб завершить заданья кульминацию.Волку, вроде как, нечего было бояться. Не конфликтовал он со спецслужбами. Он преспокойно смотрел на приближающегося Герасима с веслом наперевес. Но когда тот подошел совсем близко, и серый смог посмотреть ему в глаза, понял, как жестоко ошибся. Видно, куснула шпиона взбесившаяся собачка. И еще он понял, что козлы, банда и кабаны вместе взятые — фигня, по сравнению со сбрендившим Герасимом.
— Сволочь, спугнул мою собачку, (Алена Свиридова «Я слишком много знаю») Спугнул мою собачку, Тебя пора убить!В очередной раз волк бросился наутек. Но натренированный Герасим не отставал.
— Тебя пора убить, тебя пора убить…
— По шкуре сейчас каждый брат с облезлого сдерет.
К погоне присоединились кабаны.
— Ты мне бабки гони, ведь нужны они мне, (Газманов «Ясные дни») Или пять мокрых дел приклепаю тебе.Пристроился сзади Иван-царевич на своем мотоциклете.
— Гоп-стоп, тупой волчара, ты попал…
— Он же оскорбил нашу маму…
Короче, погоня приобрела угрожающие масштабы. Волк проскользнул в какие-то двери с надписью «Служебный вход» и дальше продвигался по многочисленным коридорам и закоулкам. Его много раз пытались задержать, но спасая свою шкуру, серый проявлял чудеса ловкости и акробатики. Даже где-то в глубинах подсознания зародилась мысль, что не только люди произошли от обезьян, но и волки. Неожиданно он выскочил на сцену. А перед ним огромный зал, полный народа. Все визжат, хлопают и зажигалками размахивают. Волк решил, что спасти его может только гласность, и пожаловался:
— Круто я попал, бога мать! (Фабрика звезд «Круто ты попал») Все звездец, мне звездец. Будут щас меня убивать Но я не хочу умирать…На жалобу народ отреагировал бурными аплодисментами. В зале появились плакаты с портретами волка и надписями: «Мы тебя любим!!! Твои тамбовские товарищи». Оказалось, он попал на финальный концерт «Фабрики звезд».
А погоню тормознули еще у служебного входа. Чтобы не вызывать подозрений, преследователи сказали, что являются фанатами волка и гнались за ним с целью получения автографов. И их проводили в зрительный зал. А когда жюри прознало, что в поклонниках у серого и представитель спецслужб, и ментовское начальство, и криминальные авторитеты, да и рядовой свинско-козлиный электорат широко представлен, то не стало рисковать и присудило волку первое место, с формулировкой: «За харизму», потому что пел он отвратительно.