Чтение онлайн

Логика поведения Тегерана и Вашингтона одинакова. Они, как говорится, нашли друг друга!

Курс, избранный новым иранским президентом Махмудом Ахмадинежадом, несомненно, представляет угрозу для Израиля. А разве от политики Буша безопасность Израиля укрепилась? Разве не американцы дестабилизировали своими действиями весь регион?

Руководство Ирана делает откровенно экстремистские заявления. Но дальше словестных угроз в Тегеране не пошли, да и пойти не могут. Даже пугающая многих ядерная программа этой страны, находится пока на достаточно ранней стадии.

Нет слов, экстремист с ядерным оружием представляет угрозу для человечества. Именно поэтому все так боятся Джорджа Буша.

Хорошо известно, что единственный раз ядерное оружие на практике применили именно Соединенные Штаты, сборсив две бомбы в 1945 году на Японию. А ведь тогда в Вашингтоне была гораздо более умеренная и ответственная администрация, чем сегодня. Разумеется, происходило это на фоне продолжавшейся уже шесть лет Второй мировой войны. Кто мешает нынешнему хозяину Белого Дома сначала развязать войну, а потом уже применить атомный арсенал?

Можно надеяться, что до подобных ужасов всё-таки не дойдет. Политическая логика требует от обеих сторон демонстрации жесткости, а, следовательно, эскалация конфликта неизбежна. Но власти США и Ирана находятся всё же не в безвоздушном пространстве. Так или иначе, им приходится оглядываться на другие страны, которым совершенно не нужна большая катастрофа в регионе. В конце концов, полной уверенности в своих силах нет ни в одной из двух борющихся команд. Иранцы не могут не понимать, что у них нет шансов победить Америку, но и в Вашингтоне не могут не знать, что придется иметь дело с серьезным государством, завоевать и эффективно оккупировать которое вряд ли удастся.

Скорее всего, обе стороны, обмениваясь угрозами, в глубине души уверены, что в какой-то момент им удастся остановиться. Только вот удастся ли?

Специально для «Евразийского Дома».

Всемирный экономический форум в Давосе для мировой буржуазии - это как Пленум ЦК КПСС для советских коммунистов.

Именно здесь принимались или, по крайней мере, публично провозглашались все важнейшие решения, от которых зависела жизнь сотен миллионов людей, даже не подозревавших, что их судьбу определяют за неспешными беседами в этом тихом швейцарском городке. Здесь идеологи из Европы и США планировали экономические реформы для Латинской Америки, здесь отечественные олигархи договаривались о том, как обеспечить повторное избрание Ельцина президентом России в 1996 году.

В начале 1970-х годов, когда форум в Давосе был организован, его задача состояла в том, чтобы объединить мировую бизнес-элиту и ее политических помощников для борьбы против социального государства. Стратегия и идеология неолиберализма вырабатывались именно тут. Первоначально Давос был просто не слишком рекламирующим себя штабом контрреволюции. Затем, когда настала эра Тэтчер и Рейгана, идеи, сформулированные в Давосе, стали пропагандироваться на государственном уровне и превратились в правительственную доктрину большинства стран мира. 1990-е годы стали для Давоса временем триумфа. Неолиберализм был закреплен в виде «Вашингтонского консенсуса». Правители бывших «коммунистических стран» соревновались между собой за право называться самыми радикальными реформаторами. Свободный рынок стал всеобщей религией. Социальная защита - преследуемой и успешно подавляемой ересью, государственное регулирование экономики объявлено пережитком прошлого. Права трудящихся, считавшиеся к середине ХХ столетия важнейшим завоеванием цивилизации, были заклеймены позором и отменены.

Поездка в Давос стала обязательным актом инициации для любого серьезного лидера в политике и бизнесе. Самодовольство и роскошь давосских завсегдатаев славились на весь мир. Но к концу десятилетия положение дел вновь изменилось. Торжество свободного рынка обернулось сопротивлением огромного большинства населения планеты. Антиглобалистские выступления превратили каждое международное сборище элиты в настоящий кошмар. Правда, Давос антиглобалисты пытались штурмовать всего один раз, в 2000 году. Тогда для защиты экономического форума были задействованы силы армии и полиции. Протестующих поливали холодной водой на морозе и арестовывали десятками. Швейцарские бюргеры жаловались, что все дороги были перегорожены бронетехникой.

«Первоначально Давос был просто не слишком рекламирующим себя штабом контрреволюции»С 2001 года в качестве альтернативы Давосу стал проходить Всемирный социальный форум. Сначала он три года подряд проводился в бразильском Порту-Алегри, затем в индийском Бомбее (Мумбае), снова в Порту-Алегри. И наконец, нынешней зимой ВСФ решили провести на трех континентах сразу - в венесуэльском Каракасе, в Бамако (Мали) и в Карачи (Пакистан). В последнем случае, правда, пришлось форум отложить: из-за землетрясения он пройдет не в январе, как в Латинской Америке и Африке, а в марте.

В отличие от Давоса, где собиралось полторы-две тысячи человек, на ВСФ стали приезжать десятки тысяч. Именно поэтому форум пришлось расщепить. Один город уже не вмещал всех участников. Всемирные социальные форумы были дополнены континентальными (следующий европейский форум проходит в Афинах в мае) и национальными. Первый Российский социальный форум состоялся в апреле прошедшего года в Москве.

Тем временем давосское мероприятие тоже эволюционировало. Триумфальный тон сменился более осторожным, появились даже нотки извинений и самооправдания. Два форума пытались - безо всякого, впрочем, результата - вести диалог. А некоторые государственные деятели, например президент Бразилии Игнасиу Лула да Сильва, старались поспеть на оба мероприятия.

Теперешний Давос стал менее идеологическим и более деловым. Лидеры неолиберальной политики встречаются здесь, чтобы решить свои технические задачи, повидать знакомых и партнеров, обсудить рабочие вопросы. Громогласные заявления и пышные пресс-конференции уходят в прошлое. Правда, для российского начальства участие в Давосе по-прежнему остается престижным и «знаковым». Если ты в Давосе, значит, ты «в обойме». Именно поэтому, когда премьер Фрадков неожиданно, толком не объяснив причины, отказал министру финансов Алексею Кудрину в поездке в Давос, это было воспринято как смертельная обида. Минфин возмутился, в правительстве началась неприличная перебранка.

В нынешнем году Давос принимает более 2300 бизнесменов и политиков из 90 стран. Их охраняют 6 тысяч солдат (2,5 швейцарских стражника на одного приезжего начальника), воздушное пространство наглухо закрыто. Российскую делегацию в итоге возглавил Герман Греф. Главной задачей министра будет подготовка к вступлению России во Всемирную торговую организацию. Как и положено, проводится куча официальных мероприятий (журналисты уже насчитали не менее 240 встреч и семинаров), а также бесчисленные вечеринки с участием звезд. Развлекать гостей прибыли Боно, Майкл Дуглас, Анджелина Джоли и Питер Гэбриэл.

Вряд ли давосская деятельность Грефа вызывает большой энтузиазм у руководителей промышленных и аграрных предприятий, которым вступление в ВТО грозит банкротством. У них совсем недавно отлегло от души, когда на встрече в Гонконге решение было отодвинуто на неопределенный срок. Но Греф верен себе. «Мы считаем, что у нас есть хорошие шансы до конца текущего года завершить процесс вступления в ВТО», - грозит он своим соотечественникам из Давоса.

И в самом деле, один практический шаг сделан. Россия подписала протокол со Швейцарией. Осталось еще подписать такие же протоколы с США, Австралией и Колумбией. К радости наших промышленников, с американцами пока договориться не удается, так что отечественным заводам, возможно, обеспечен еще один год жизни.