Чтение онлайн

Расшифровка надписи на печати Миндовга, сделанная О. Л. Сокол-Кутыловским, — это, конечно, важное открытие в истории Беларуси. Ведь до этого жемойты Республики Летува настаивали на том, что Миндовг был якобы родом из жемойтов, а саму приведенную Ластовским в своей книге печать Миндовга — считали «фальшивкой».

Расшифровка показала, что надпись на печати Миндовга сделана на нашем языке, а не на языке жемойтов нынешней Республики Летува. В этом я согласен с выводами автора расшифровки: Миндовг не имел никакого отношения к жемойтам и аукштайтам, восточным балтам, даже языка которых не понимал. История Литвы и история создания ВКЛ к Республике Летува и ее истории (истории Жмуди или княжества Самогития, как она называлась в царской России с 1795 по 1917 год, а российские императоры были по титулу «князьями Самогитскими») — никакого отношения не имеет. Как равно не имеет и никакого отношения к Руси. Это НАША история западных балтов — не восточных балтов, не славян, не русских. То есть не история наших соседей. Все это происходило только и именно у нас, только и именно на нашей земле ныне Республики Беларусь, и к нашим соседям и их историко-идеологическим концепциям (пытающимся так или эдак примазаться к Миндовгу) это никакого отношения не имеет.

Миндовг не был ни славянином, ни восточным балтом — он был западным балтом, абсолютно родственным нашему этносу нынешней Беларуси. Он, создавая ВКЛ, привел с собой знаменитое войско рыцарей ВКЛ — 30 тысяч рыцарей славян и балтов Полабья и Поморья — лютичей, ободритов, русинов острова Русин-Рюген, лужицких сорбов и самих пруссов Порусья. Именно они создали великое государство ВКЛ от Балтики до Черного моря, без труда разбив в пух и прах пресловутую Киевскую Русь и татар Орды, а в 1410 — и Тевтонский орден. Сегодня беларусы по крови и генам — потомки не только местных племен, но равно потомки и этих мигрантов из Центральной Европы, создавших у нас свое государство ВКЛ как свою «землю обетованную». Что и называлось тогда ЛИТВОЙ.

Некоторые считают, что приведенная Ластовским печать — это фальшивка из-за того, что на ней изображена корона в стиле барокко — что якобы не соответствует эпохе. Спорить не буду, так как не специалист в этом вопросе. Однако кроме короны на печати — еще и руны (который сейчас прочитаны). Подделать руническую надпись может только высочайший специалист и знаток старины. Так неужели такой знаток-фальсификатор допустил бы, чтобы его разоблачили на таком элементарном проколе? Тут явно концы с концами не сходятся. Это заставляет полагать, что с короной все верно — и она вполне соответствует стилям своей эпохи.

Во времена Ластовского руническая надпись на печати была нечитаемой. Ластовский кратко написал: «Печать эта находится в частных руках и принадлежит к коллекции редкостей, предназначенных для беларуского научного музея. Букв, вырезанных на этой печати, до этого никто еще не мог прочитать». И только сейчас удалось расшифровать надпись: «С-ВА-Е ПЕ-ЦА-ТА К-Н-Е-З М-И-Н-Д-О-Г З-ТА-В-И», что означает: «СВОЮ ПЕЧАТЬ КНЯЗЬ МИНДОГ СТАВИТ».

Возникает вопрос — откуда Ластовский взял, что это печать ИМЕННО Миндовга? Если ее никто не мог прочитать, то — получается — об этом должны были говорить какие-то другие сведения: на чем эта печать стояла, сама ее история… Увы, ничего это Ластовский не сообщает.

И вот самый главный вопрос: если это фальсификация, то зачем вообще ее понадобилось кому-то создавать?

Прежде всего приходят на ум многочисленные «рунические» подделки начала XIX века, сделанные всякими великодержавными шовинистами царской России, — типа такой же как бы «рунической» «Велесовой книги» (об этой фальшивке мы подробно рассказывали в статье «Велесова книга»: поддельная «древняя рукопись», № 5, 2008). Собрание А. И. Сулакадзева являлось целой библиотекой одиозных фальсификаций. Например, «Коледникъ V века дунайца Яловца, писан в Кiеве». Забавно: еще не существует славян и самого Киева, еще не родились Кирилл и Мефодий, не существует болгар и чехов, для которых те создавали славянскую письменность, — но уже некий дунаец в V веке смело пишет на кириллице. Или: «Волховникъ, рукопись VI века Колота Путисила, жившаго в Русе граде, въ печере». То есть, у финнов еще в VI веке был и славянский язык, и славянская письменность, и город с названием Русь. Или такие книжки: «Поточник 8 века, жреца Сонцеслава», «Путник IV века». Снова — кириллица до рождения Кирилла, славянские книжки у саама «жреца Сонцеслава» за век до прихода Рюрика, и вообще славянская книжка IV века — когда никаких славян еще не существовало. Или вот некая рукопись «Перуна и Велеса вещания в киевских капищах жрецам Мовеславу, Древославу и прочим…», относящаяся к V–VI векам. Тоже писана на кириллице — не смущает. Впрочем, была у Сулакадзева и какая-то книга, «писанная рунами».

В начале XIX века из всего «собрания» Сулакадзева был опубликован лишь небольшой фрагмент из «Боянова гимна князю Мистиславу», записанный руникой, в переводе Г. Р. Державина («Чтения в Беседе любителей русского слова», СПб., 1812. Кн. 6. С. 5), а также так называемый «Оракул новгородский» (там же).

Среди российских историков нашлись честные, отвергавшие эти фальсификации. Известный российский лингвист А. Х. Востоков так охарактеризовал язык одного «памятника» из собрания Сулакадзева: «исполненное небывалых слов, непонятных словосокращений, бессмыслицы, чтобы казалось древнее». Когда в 1823 году встал вопрос о передаче собрания Сулакадзева в Румянцевскую библиотеку (ныне Российская Государственная библиотека, бывшая библиотека им. В. И. Ленина), канцлер Румянцев предложил А. Х. Востокову провести экспертизу архива Сулакадзева. В итоге все собрание Сулакадзева было отвергнуто как собрание подделок.

Коль Ластовский о печати Миндовга сообщил в книге 1910 года, то она могла быть сфальсифицирована именно в XIX веке — и именно великодержавными фантастами Российской империи, которые для подтверждения своих имперских мифов фальсифицировали САМУ ИСТОРИЮ. Но эта печать Миндовга никак не укладывается в рамки таких задач.

А) Она никак не доказывает предлагавшиеся российскими великодержавниками мифы, так как по языку руники печати Миндовг — это вовсе не «русский» и не «славянин». Это язык прусский или ЛИТВИНСКИЙ (с 1840 года называемый беларуским) с характерными чертами БАЛТИЗМА: короткое «у» вместо «в» в имени Миндвога («МиндоУг»), цоканье и другие балтийские черты. Ясно, что «апологеты славянства» никак не могли такие черты языка придать печати Миндовга — если хотели его подать как «русского» или «славянского» князя. Тем более что в XIX веке в России вообще не знали об этих балтийских особенностях беларуского языка — и наш язык считали «испорченным польским влиянием русским языком», хотя как раз ляшский язык — это чистейший славянский язык.

Б) Изображение короны на печати тоже не в пользу «русского князя».

В) Шестиконечный крест на печати показан невнятно — в вопросе определения длин его поперечных концов, однако фальсификаторы на этот нюанс обратили бы главное внимание — ведь он стал важен для борьбы православия с католицизмом. Одна его «невнятность» как раз свидетельствует о подлинности печати, так как в ту эпоху жемойты, аукштайты и литвины-беларусы Западной Беларуси были еще язычниками — католиками они стали только через три века. Впрочем, можно трактовать и так, что любой шестиконечный крест — православный, а любой четырехконечный — католический, так что на этом нюансе не настаиваю.

Г) Если бы эта печать была продуктом петербургской школы фальсификаторов А. И. Сулакадзева и прочих, то она бы и всплыла в Петербурге еще в начале XIX века. Но там она была совершенно не известна, а находилась в частных руках каких-то шляхтичей Беларуси, очевидно — потомков магнатских родов. Судя по всему, была сохранена в период всеобщей травли царизмом всего нашего исторического и национального.

Д) Некоторые исследователи из Летувы высказывали предположение, что эту печать могли сфальсифицировать некие беларуские историки — ибо она весьма нелюбима тем в Летуве, что опровергает принятые там с 1918 года мифы о том, что, дескать, Жмудь и была самой Литвой, а Миндовг был жмудином.

Но и такое предположение является несостоятельным. Дело в том, что замордованная царизмом национальная интеллигенция Беларуси в XIX веке боролась за вообще право своего национального лица — ведь нас насильно и кроваво записывали в русский этнос.

С точки зрения летувисов единственной сутью фальсификации тут могла являться только сама руническая надпись — причем ВДВОЙНЕ. Во-первых, у жемойтов и аукштайтов до принятия ими латинской азбуки в XV–XVI веках — никогда никакой руники не было, у них был свой язык иероглифов, надписи на котором мы находим в том числе и в Северной Беларуси сегодня (о таких находках наших читателей мы писали в газете). Так что РУНИКА на печати Миндвога уже однозначно говорит о том, что ни Миндовг, ни его печать не имели НИКАКОГО ОТНОШЕНИЯ к жемойтам и аукштайтам нынешней Республики Летува. А раз так, то и «Летувой» («Литвой») она не имеет права называться, примазалась к чужой истории.

Во-вторых, расшифровка рунической надписи показала, что она сделана на языке беларусов (литвинов), а не на языке восточных балтов Летувы. Это уже окончательно показывает, что Миндовг не был восточным балтом (то есть жемойтом, аукштайтом или латышом).

Вот это, по мнению летувисов, и являлось целью фальсификации.

Однако это предположение разбивается в пух и прах целой массой фактов. Из них выделю три главных. Во-первых, Республика Летува появилась в 1918 году, а Ластовский опубликовал эту печать в 1910 — когда еще никто не мог помыслить, что в будущем Беларусь и Летува будут перетягивать между собой историческое наследие Литвы. Даже в 1918 году мы себя ощущали единой общностью, в том числе была создана Лениным Лит-Бел ССР.