Чтение онлайн

Обогнув балку, я вышел за спины к штурмующим щитовой бастион. Здесь было посвободнее, можно развернуться. Напал, поражая взмахами не ожидавших меня со спины кобольдов. На каждого по два удара. Прошел насквозь, как нож сквозь масло. Да только запас сил не рассчитал — припал на колено, когда потянул меч вверх, убивать последнего.

Звук дробящейся кости четвертого реберного позвонка эхом отдался мне в черепную коробку. Пригвоздив меня тяжелым ударом к земле, кобольд победно отскочил назад, зафыркал, трепыхая усиками, и вынул из-за пазухи еще одно оружие. Кривое, неказистое лезвие тесака блеснуло отсветом свечи. И тут же — удар. Дырка в голове. Обмякшее тело самого воинственного из встреченных ранее кобольдов рухнуло, как мешок картошки. Над телом последнего крысолюда стояла, роняя кровь с копья, целительница, и тяжело дышала полной грудью, вздымая ее под самый подбородок.

— Ну краса… — протянул Илья, выдирая из моей спины кирку.

Я зажевал щеку, зажмурился. Больно, вообще-то.

Во многом, Арк людям чужероден. Первобытная жестокость, кровь, отсеченные конечности и раздробленные кости. И боль. Истинная, во всей ее красе. Зубодробительная, шокирующая. Наши тела, там, с той стороны, оттого так пристально и мониторятся — иногда, из-за болевого шока, приходилось резко прерывать сессии антидотами против аркданса. Прерывать связь. Но только не всегда это помогало. Изредка, браслеты приходилось снимать с трупов.

Но я стерпел. Повреждение, на первый взгляд, загонит в кресло-каталку, будь оно натуральным. Но здесь виртуальный мир, несуществующий. Мантра, что мое тело в безопасности, не раз выручала меня от экстренных мозговых импульсов при нестерпимой боли. Самоконтроль. Вспышка света от богини. Или Юли. Да без разницы.

Здоровье в желтой зоне, запас сил потихоньку восполнялся. Я сумел подняться.

— Все живы?! — Илья набирал воздух ноздрями, как соплами, и тут же стравливал его диафрагмой крепкого тела. Выглядело угрожающе, как доисторический паровоз, коптящий воздух. Он очень подходил этому месту.

— Живы… — слабо отозвался я. Язык онемел, челюсть шевелилась с трудом. Мое тело уже было решило быть парализованным, да только Иллина вмешалась.

— Помните, я говорила, что мне их жалко? Так вот, сука, заявляю! — стала голосить рыжая, уперев ножку в грудную клетку убитого ею кобольда.

— Я тут камня на камне не оставлю!

За следующим проходом нас ожидала комната первого босса. Мы взяли передышку, восполнять потерянные жизни и ману. Ели и пили молча, глядя в костер.

— Ребят, дальше босс. — начал я, спустя некоторое время тишины.

— За теми дверьми? — кивнул Илья в сторону массивных, обитых латунью и бронзой дверей, вгрызаясь в сушеный кусок мяса.

— Да. Первый страж, кобольд-великан, ты ему до пупа как раз будешь. — хмыкнул я, закидывая в рот кусок хлеба.

— Только дайте мне до него добраться! — все еще разгоряченная Юля гнула свою линию.

— Ты, кстати, поступила очень опрометчиво. — насупился я, уставившись на целительницу.

— Майк… — попробовал вмешаться танк.

— Погоди. — ответил я Илье и обернулся к девушке, — но хотя и действовала не по плану, возможно, спасла мне жизнь. Спасибо! — я был действительно благодарен. Она ведь даже не знает, что ошибки недопустимы.

— Но давай договоримся, придерживаемся плана, никакой самодеятельности. Это может дорого нам обойтись. — заверил я копейщицу, уплетающую сладкий рулет.

— Поняла, прости, в другой раз спасать тебя не буду. — она насупилась, надула щеки. Черт, терапевтического эффекта не достигли.

— Юль, Майк хочет сказать, что он очень благодарен, что ты его прикрыла, но просит тебя не рисковать, потому что беспокоится. Правда же? — его вопрос в конце звучал крайне убедительно.

— Угу. — кивнул я, и принялся собирать сверток.

— Хорошо, я поняла. Просто у меня закончилась мана, а тебя убивали. Ну я и… — потупила она взор.

— Я не ругаюсь. Просто у этой игры свои правила. Отважных они перемалывают. Но да, правда, спасибо. Мне это важно. — постарался я сгладить свое косноязычие. Вот пойми их…

Индикаторы группы были в зеленой зоне, мы полностью восстановились. От битвы здесь остались лишь лужи и брызги крови, тела поверженных шахтеров и воителей, и еще чуть-чуть моей гордости.

— Зашли и вышли победителями? — попытался я подбодрить согруппников, уперевшись ладонью в дверь.

— Не напоминай, а? — сплюнул Илья.

— А что это значит? — спросила Юля.

[Внимание! Вы входите в покои босса.]

[Противник: Кобольд-страж, уровень 7.]

[Здоровье: 700/700]

Гипертрофированное пузо, несколько десятков подбородков, коротенькие, скрытые под складками жира ножки. Повсюду разбросаны объедки, от гнилых овощей до надкусанных крыс. Каннибализм? Да нет, расы все-таки отличаются. Комната босса была переполнена остовами животных, склизкой жижи под ногами, запахом тухлятины и свечами, от которых уже болели глаза. Босс восседал на куче мертвых тел свиней, овец, лошадей, перемежающихся с черепами и костями, видимо, таких же животных.

Двери запахнулись за нами. Игровая условность. Вошли в комнату с боссом — выйдете либо победителями, либо вернетесь на кладбище. Отсюда и поговорка — «Вошли живыми и вышли живыми». Считается, что она поднимает боевой дух. По факту, стала просто нарицательной проверкой готовности перед боем.

— Готовы? — уточнил я, крепко сжимая рукоять меча.

— Командуй. — кивнул Илья и обернулся обратно в сторону жирдяя.

— Угу. — со свободными руками, в положении для применения заклинания, отозвалась рыжая.

Я не то, чтобы хорошо помнил этого босса. Убивал раньше, и это было даже несложно, но кто знает, как пойдет, в группе из двух игроков второго уровня, одного третьего и с целителем-милитаристом.

Важным отличием от открытого мира была механика получения опыта и трофеев в подземельях. Только полностью его пройдя, группа или рейд имели право получить опыт, добычу и выполненные задания. Если не прошли — вернулись к началу, как будто и не пробовали. Единственное, что улучшается независимо от места, это личные навыки. Так что даже плохой опыт — тоже опыт, но только не в нашем случае.