Сброд
Шрифт:
Слушая Всесмысла, Духовлад продолжал не торопясь осматривать разбившихся по компаниям разбойников. Вдруг ему на глаза попался человек в кожаном нагруднике с теснённым на нём вепрем, тот самый, с которым он схлестнулся взглядами, когда разбои добивали пленных наёмников и торговцев. Тот в одиночестве готовился ко сну под одной из телег.
– А это кто? – спросил молодой боец Всесмысла, указав на человека в нагруднике.
– А, это беглый сотник батуриевой дружины, Мстивоем звать. Он здесь пару месяцев всего. Как-то семеро разбоев вернулись с охоты, и его привели. Сказали, что пленили его, да и он подтвердил, только «пленный» при оружии был, двое из разбоев хромали, а ещё у одного синяк под глазом на пол лица расплылся. Изъявил он желание к нам присоединиться, так как в дружине проступок серьёзный совершил, и обратной дороги туда ему больше нет. Тур долго думал, но в итоге согласился. С тех пор Мстивой этот среди нас. Тур ему не доверяет, даже мне сказал, чтоб я за ним понаблюдал во время налёта – мол, всё равно по кустам прячусь – что он делать будет. Ну, стал я наблюдать, а тот только наёмников рубил, да так, что большинству людей Туровых ещё браться и браться до него. Я Туру о том так и сказал, но тот всё равно к Мстивою подозрителен. За всё время, что он здесь, я ни разу не видел, чтоб он с кем-нибудь разговаривал, держится особняком от всех… Так и с ума сойти недолго. Как по мне, так больше достойных упоминания здесь нет. Давай-ка отдыхать уже, а то завтра подыматься рано, и снова целый день топать.
Духовлад решил последовать совету Всесмысла, и стал поудобнее устраиваться на земле, успевшей как следует прогреться в течение дня.
***
Радовеж – небольшой, но хорошо укреплённый городок. Центр северо-западной области Чёрного Края, подвластного князю Батурию. В посольском зале огромного терема, находящегося в самом центре городка, с хмурым видом сидел Смотрящий области – Павел, в окружении родственников и ближайших подручных. Обильную пищу для невесёлых размышлений, предоставили Смотрящему недавние острые события. Всё началось с того, что двоюродный брат Алексея – Смотрящего в Угличе – находясь проездом в Радовеже, крепко упившись со своими людьми, устроил пьяный дебош, избивая чужих смердов и неуважительно отзываясь о местном Смотрящем. Подоспевшие люди Павла, так крепко избили дебоширов, что пятеро из восемнадцати не дожили до утра. Остальных, кроме родственника Алексея, поутру пешком выгнали из городка, отобрав лошадей, деньги и все ценные вещи. Павел, взяв с собою пленника, в тот же день отправился в Кременец, дабы представить на суд князя Батурия нарушителя спокойствия. Абсолютно не переживая за благоприятный для себя исход этой тяжбы, Радовежский Смотрящий всю дорогу находился в превосходном настроении. Во-первых – он имел полное право защитить собственное достоинство, и просто обязан был навести порядок на своей территории, а во-вторых – полгода назад, состоялась помолвка между сыном Батурия, Гавриилом, и дочерью Павла, Уладой. Последнее обстоятельство особенно внушало Павлу чувство уверенности, ведь до назначенной свадьбы оставалось всего три месяца. Конечно, он предполагал, что Алексей попытается замолвить словечко за родственника, и Батурий не будет особо суров в отношении провинившегося, но на получение большой денежной пени от угличей Павел рассчитывал железно. Решение Батурия повергло его в шок: последний обвинил людей Павла в бандитском нападении на угличей, приказал возвратить им отобранные ценности и лошадей, сверх того, наказал Павлу из своего кармана выплатить каждому пострадавшему солидную пеню, а семьям погибших и брату Алексея – в троекратном размере. Выполнив все условия, не осмелившись ослушаться, Павел возвратился в Радовеж раздавленный чувством униженности, и разрываемый негодованием. Он прекрасно понимал, что молва разнесётся очень быстро, и вскоре весь Чёрный Край (да и не только) будет над ним насмехаться.
Теперь же добавилось новое обстоятельство (по поводу которого Павел, собственно, и собрал близких людей в посольском зале), которое могло усложнить и так уже препоганую ситуацию. В Радовеж под посольским знаком прибыл Всеволод, Управитель северо-восточной области Белого Края, по имени своей столицы называвшейся ещё Черской – давний сосед и недруг Радовежского Смотрящего. Больше всего Павла удивляла роль посла, в которой явился Всеволод. Причиной этого удивления была общеизвестная, устойчивая репутация последнего, как грозного вояки, прямодушного грубияна, помешанного на честности, и не приемлющего компромиссов. Войска Павла и Всеволода неоднократно сходились в локальных пограничных стычках, нападали на приграничные поселения, поэтому поводов для взаимной симпатии, эти двое не имели. Так какую же дипломатическую функцию мог выполнить человек, который скорее устроит драку, чем покривит душой, или скорее умрёт от голода, чем у кого-нибудь, что-нибудь попросит?! Этот вопрос не давал покоя Павлу. Его приближённые, находившиеся в зале вместе с ним, в полголоса обсуждали эту проблему, из-за чего зал был наполнен монотонным гулом, в котором разобрать что-либо конкретное было крайне тяжело. Наконец, широкие парадные двери отворились, и вошедший слуга громко и внятно объявил:
– К Вам прибыл Всеволод, Управляющий Черской области Белого Края!
Следом за слугой в зал вошёл человек лет сорока, в сопровождении семерых своих товарищей. Павел впервые видел Всеволода, отчего не таясь, с интересом его рассматривал. Это был человек среднего роста и крепкого телосложения, гордо поднятая голова и прямая спина свидетельствовали о прямодушии и твёрдости характера. Его седые волосы были коротко подстрижены, подбородок чисто выбрит, а верхнюю губу окаймляли аккуратные кривые усы. Лицо имело резкие черты, а из-под хмуро сдвинутых бровей виднелись серые глаза, волевой и тяжёлый взгляд которых было трудно долго на себе выдержать. Облик его спутников, под стать предводителю, выдавал в них суровых, бывалых воинов, привыкших решать проблемы оружием, а не словами. Всеволод некоторое время напряжённо помолчал, очевидно подбирая нужные слова в непривычном для себя деле, после чего ровным и жёстким голосом проговорил:
– Благодарю тебя, Павел, что согласился принять меня, и выслушать мою речь, не смотря на наши прошлые приграничные дрязги. Обещаю, что не стану отнимать у тебя много времени, и тем более тратить его впустую…
Один из близких людей Павла тут же его перебил, надменно зашипев:
– Да как ты вообще посмел сюда явиться, после всего зла, что причинил нашей Земле?! Знай: тебе не рады здесь, и речи твои поганые слушать не будут!..
Словно сорвавшись с цепи, присутствующие знатные радовежцы, стали беспорядочно осыпать послов упрёками, оскорблениями и угрозами:
– Мало ли ты людей наших погубил?..
– Забирай своих головорезов, проклятый разбойник, и катись с нашей Земли по добру!..
– Не то гляди, плетьми до границы погоним!..
Глаза Всеволода сразу налились гневом, и даже сквозь гомон было слышно, как захрустели его кулаки, крепко сжимаемые в бессильной злобе. Не лишённому дипломатического чутья Павлу, весьма понравилась сложившаяся ситуация, в которой он незамедлительно узрел возможность расположить к себе прямодушного гостя, так как догадывался о цели визита посла княгини Марии, и вполне готов был рассмотреть её предложение. Радовежский Смотрящий сильно ударил кулаком по подлокотнику резного, деревянного трона, на котором сидел, и резко поднялся со своего места, с укором и негодованием оглядывая своих приближённых. Те сразу-же опасливо притихли, покорно ожидая слова своего господина. Удостоверившись, что его действие произвело нужный эффект, Павел заговорил чётко, не торопясь, выговаривая каждое слово:
– Мне стыдно, что приближённые мною мужи, ведут себя подобно склочным торговкам! Да, этот человек наш давний неприятель. Близкие некоторых из вас потеряли жизни в боях с его людьми, другие потерпели убыток в средствах, но сегодня Всеволод явился в наш край под посольским знаком, и мы обязаны это уважать! Кроме того, теперешний гость наш, может быть и беспощаден в бою к врагам своим, но не это ли почитается высшим воинским достоинством, не этого ли мы требуем и от своих воинов?! В любом случае, примеры подлого поведения Всеволода, Управляющего Черской области, мне не известны. И кстати: если бы мои люди были также решительны на поле боя, насколько грозны и острословны в речах к послам, находящимся в меньшинстве, я бы, наверное, владел уже всей Землёй Ругов!
Пристыженные этим монологом, радовежцы больше не смели подавать голос и, недовольно надувшись, приготовились молча выслушать посольскую речь. Во взгляде Всеволода, сверкнули признательность и почтение к Павлу, подтвердившие последнему, что он достиг своей речью желаемого результата, и посол вернулся к своей речи:
– Я здесь не по собственной воле, ибо сладким речам всегда предпочитаю острую сталь! Но госпожа моя – княгиня Мария – упросила меня передать тебе её предложение. Ей стало в подробностях известно, как ты, по праву наказав дебоширов, надругавшихся над твоей честью глумливыми речами и презренными поступками, был унижен Батурием, наказавшим тебе заплатить пеню этим недостойным. Теперь, когда ясно видно, что человек, которому ты долгие годы служил верой и правдой, ни во что не ставит твоё достоинство, возможно ты задумаешься, стоит ли продолжать служить ему. Разумеется, что Батурий отправит своё войско в твои земли для расправы, если ты объявишь, что больше не подчинишься ему, но в этом случае всё войско Белого Края придёт к тебе на помощь, а вместе мы сможем разбить Батурия на твоей земле!
Павел сел обратно на свой трон, и с задумчивым видом ответил:
– Мне трудно сразу ответить на это предложение, Всеволод. Моему воспитанию и жизненным ценностям противны помыслы о предательстве. Но с другой стороны, я, как владыка этой области, несу ответственность за покой и благосостояние её граждан. Батурий своими действиями показал, что легко может нарушить мои законные права, а значит моим людям и подавно нечего ждать от него справедливости. С таким положением я мириться не собираюсь. Решение будет нелёгким, я должен подумать.
– Понимаю, – ответил посол – Но долго находится здесь, ожидая твоего ответа, я не могу. Пойми и ты: у меня есть важные дела в моём крае, и мне не пристало засиживаться в гостях. Сколько времени ты хочешь думать?
– Я не стану задерживать тебя надолго, и завтра ты получишь мой ответ. Тебе покажут дом, в котором ты, со своими спутниками, сможешь с удобством провести время.
Всеволод едва заметно склонился перед Павлом в знак согласия и признательности. Его примеру последовали и спутники. Слуга, представивший посла Смотрящему, вежливо пригласил гостей следовать за собой, дабы провести их к выше упомянутому дому. Послы покинули зал, и все оставшиеся молча обратили взоры на Павла, ожидая его слова. Выдержав небольшую паузу, тот заговорил:
– Вот уж человек! В правдолюбии своём предсказуем, словно дитя. Проследите, чтобы Всеволод и его люди, имели достаток в крепких напитках и вкусной пище, пока находятся у нас.
– Так что будем решать с ответом княгине Марии? – подал голос кто-то из присутствующих.
– А я уже всё решил! – с улыбкой ответил Павел – Батурий захотел вытереть об меня ноги? Я не из тех людей, кто прощает такое к себе обращение! Мария давно мечтает прибрать к рукам Чёрный Край, а Батурий грезит о её землях, но силы их равны, и потому они не решались начать открытую войну. Войска нашей области слишком малочисленны, чтобы противостоять кому-нибудь из них, но уйдя от Батурия, мы ослабим его, а присоединившись к Марии – её усилим. Хитрая лиса всё правильно рассчитала! Узнав о нашей измене, Батурий соберёт войско, и вторгнется в Радовежские земли, но мы, совместно с войсками Белого Края, без труда разобьём его на своей земле! Все города Чёрного Края будут вынуждены покориться Марии. Мы примем её предложение, но выставим ей условие, что после победы я не только останусь Управляющим в Радовеже, но ещё и стану её Управляющим в Угличе! Уверен, что она согласится. Тогда угличи заплатят мне за унижение высокую цену!