Чтение онлайн

Девочки очень быстро нашли общий язык, и уже через полчаса их и близко с нами не было. Я видела, как Герман сжимал кулаки, как Антон поджимал губы. Естественно, у них было много вопросов.

В ту легенду, что я сбежала и счастливо жила все годы не пойми где, никто из них не верил. Чем больше я с ними общалась, тем сильнее понимала, что обмануть их просто нереально. Мне кажется, они меня сканером уже изучили и знают все подробности моей жизни последних лет.

По намекам тети они, не хотя, но оставляют нас одних.

– Я смотрю на Есю, Лин.
– начинает она первая разговор.
– И не хочу видеть Лику. Хотя сходство поразительное. Но к счастью Лика была копией Леши, и в Есе я хочу видеть только своего брата.

И если тебе интересно, я не верю в ее смерть в виде несчастного случая. Также, как и не верила в твое внезапное исчезновение. А теперь, Лин, я жду. Все с самого начала, с того самого проклятого дня.

Расскажи.
– просит она, нежно касаясь моей ладони.
– Все расскажи. Выговорись, и мы вместе поставим точку. Все останется в прошлом, а мы будем жить дальше. Счастливо жить. К тому же нам есть ради чего и ради кого жить.

Знаешь, ни я, ни твои братья никогда не останавливали твои поиски. Но в последний год стали доходить разные слухи о тебе. Я хочу от тебя все услышать. Это твоя история, Лин, поделись… Расскажи… Не держи все в себе. Отпусти, так станет легче.

Я прикрываю глаза, делаю глубокий вдох и начинаю рассказывать, все с самого начала с мельчайшими подробностями, упуская только интимные мелочи. Но иногда в момент рассказа и без них совсем не получается.

Кристина была права. Мне просто необходимо было выговориться. Мне нужна эта исповедь. Ведь никому прежде я ничего не рассказывала. Я рассказываю и про Заура и последствиях после, связанных с ним, про Олега, Марка, Влада и про… про Руслана.

На тетю не смотрю ни разу, куда угодно, но только ни на нее. Нет слез, голос не дрожит, не запинаюсь, не перепрыгиваю через события. А перед глазами пролетают волнами события тех четырех лет.

Остров, клетка в доме Олега, его признания, наша встреча с Владом. Не знаю сколько прошло времени, но нас никто ни разу не отвлек, ни разу не зашел на кухню, не позвал. Только с улицы доносились голоса детей.

Когда я наконец заканчиваю свою исповедь, решаюсь посмотреть на Кристину. Но лучше бы я этого и не делала. Тетя сейчас бледнее любой стены, пальцы дрожат так, что она проливает стакан на пол, глаза ужасно красные от слез.

Она резко подрывается с места, подлетает ко мне и крепко обнимает меня.

– Лина… Это просто нереально. Так не бывает. Никто не может выдержать того, что выдержала ты. Нет. Лина, Линочка. Как ты выжила? Как?

– Никто не может выдержать. Ты права, Кристин. Никто. Но, как ты и сказала, сегодня и сейчас я первый и последний раз поделилась своей историей. Я ничего никогда не забуду, да это просто и невозможно. Но теперь я точно знаю, как жить и чем заниматься дальше.

глава 19

– Никогда, никому за всю свою жизнь я не желала зла, тем более смерти.
– продолжает Кристина, обнимая меня.
– Олег… Он такой, каким был. Его никто бы не смог никогда изменить.

Он любил тебя, как мог. Одержимо… Жадно… Властно… Но если бы он остался жив… Лин, мы бы никогда с тобой больше не встретились. Никогда. Ни я, ни твои братья не обрели бы покой.

Возможно, мальчики и смогли бы найти тебя. Ты же видишь какие они? Особенно Герман. Сама удивляюсь, в кого он такой. Но за свою семью он перегрызет любого. Представь только на минуту, чтобы было, узнав они, что ты с Олегом?

Я даже и представлять не хочу…

Кристина отходит к окну и смотрит на вечерний закат.

– Я ненавижу его за все, что он сделал с тобой. За Руслана особенно. В подсознании где — то в самой глубине души хочу найти ему хоть какое — то оправдание. Но… чем больше ковыряюсь, тем меньше нахожу их.

Я жила несколько лет практически на улице и видела много чего. Знаю, что отец с братом следили за мной. Знала, что мне ничего не угрожает. Но я видела других девочек, молоденьких, красивых, одиноких, с тяжелой судьбой.

Я видела, как их могли средь бела дня запихнуть в машину и увезти в неизвестном направлении. Их никто не искал, а их судьба…

Тетя берет стакан с водой и залпом выпивает его.

– А ты попала к тому, кто всем этим руководил. Это страшно, Лин. Очень страшно. Какая жизнь ждала бы вас с ним? Чему бы он научил сына?

Кристина наклоняет голову вниз и хватается за подоконник.

– Но он любил тебя, Лина. Действительно любил. И если бы предположить… Только представить возможный другой сюжет… Если бы он решился и пришел бы к брату. Рассказал бы ему все с самого начала, про Лику.

Конечно, бы Леша и близко не подпустил бы его к тебе. Но… Он бы разобрался с Ликой, остался бы в живых, как и Даша. Еся бы не росла три года в этом интернате. И если… Если бы у тебя были к нему чувства, настоящие и сильные, как у Олега к тебе, то возможно через какое — то время, пусть и длительное, если бы Олег продолжил добиваться тебя, Леша бы сдался и позволил бы быть вам вместе.

Но при условии, что Олег бы уничтожил свою империю. Но это так, просто рассуждения. Ты никогда его не любила, просто пыталась выжить с ним. В обмен еще и на нашу безопасность.

Я вообще не представляю, как можно любить такого, как он. Но, наверное, как то все таки можно.

С ним же постоянно ты жила, как на вулкане. Да и не жизнь это была. Клетка, тюрьма…

А на счет Лики… Как у моего брата и Даши могло родиться такое чудовище? Ее же все любили. Леша ничего никогда не жалел для нее. Он же по сути из — за нее не прожил так, как хотел.

И если бы она осталась жива… Даже не представляю. Понимаю, ее нельзя выпускать к людям, но и жить и знать, что твоя родная племянница доживает в таком месте. Это тоже очень тяжело.

Не доведи Бог, чтобы когда — нибудь кто — то из вас был перед таким выбором или пошел против семьи.

– Кристин, у нас такого никогда не будет.
– твердо заявляю я.

– Знаю.
– тетя оборачивается ко мне.
– Точно знаю. Просто наша сила не только в нашей фамилии или в наших счетах. Мы сильны, пока едины. Скоро Антон получит диплом и вступит в совет акционеров.

Ты даже не представляешь, сколько планов в его голове. Вы вместе продолжите семейное дело. А там и Герман подоспеет позже.