Чтение онлайн

Мирослава

Скучать начинаю минут через двадцать. Но даже скучать по Мише мне нравится. Я втюхалась по самую макушку. Франт уехал к брату, и весь мой день свободен, я должна позвонить Рите, но как могу, оттягиваю этот момент. Потому что именно сегодня мне хочется, чтобы она не ответила.

Я так приторно счастлива, что физически чувствую бабочек в животе. У Риты сложное время, а мои щёки трещат от улыбки. Но я не хочу стесняться своего счастья, потому что я его заслужила! Отправляю ей смс, что приеду завтра и всё объясню.

Кручусь перед зеркалом, инспектируя себя. Волосы не слишком яркие? Миша такой стиляга, кончики секутся, надо записаться в парикмахерскую. Прохожусь ладошками по ногам, гладкие. Маникюр и педикюр в норме. В целом неплохо.

Кормлю Ёлку, проверяю чат, сегодня, слава богу, тихо.

Хочу приготовить блинчики к Мишиному возвращению. Нет, лучше торт с заварным кремом, мама часто готовила мне в детстве. Я не буду о ней думать, и не позволю этой женщине испортить мне день.

Час колдую над тестом для коржей, отправляю этот кулинарный шедевр в духовку. Теперь крем.

Врубаю на телефоне свой любимый ретролист, ищу рецепт. Ёлка наблюдает за моими трепыханиями со скучающим видом. Пританцовываю, смешивая муку, сахар и ванилин, разбиваю яйца.

Но когда из динамика раздаётся: тополиный пух, жара, июль!

Не выдерживаю, хватаю венчик и подпеваю Иванушкам. Ёлка закрывает лапами глаза, бьёт хвостом.

— Не ври, я хорошо пою! — спорю с пушистой врединой.

В дверь звонят. Миша?! Вырубаю музыку, поправляю волосы и одежду, несусь открывать.

В глазок видны цветы. Франт решил мне сюрприз сделать?

Распахиваю дверь, замираю. Семёнов.

Бесцеремонно вталкивает меня в квартиру.

— Здравствуй, Мирослава. Это тебе! — суёт мне в руки букет.

Не беру, и цветы рассыпаются по полу.

— Ты зачем приехал? — быкую с порога.

— Может, потому что ты кинула меня в чёрный список, и я не могу до тебя дозвониться? И узнать, что это за мужик был с тобой в магазине? И вообще, что за спектакль ты там устроила? — выговаривает мне Даниил.

— А что тебе непонятно? Это мой мужик, мы встречаемся, у нас любовь. Тебе же сказали, планируем, состарится вместе!

— Это шутка такая? Ты из-за Насти злишься? Слушай, эта беременность - случайность! Ясно? Поэтому да, мне придётся жениться, но между нами это ничего не изменит. Будем встречаться как раньше, думаю даже чаще. Насти прописали половой покой, я уже на стенку лезу от воздержания! — жалуется Семёнов.

А я смотрю на него и не понимаю, где были мои глаза раньше? Как я могла влюбиться в это? Тайком с ним спать, терпеть принуждение в постели, страдать, когда он пропадал и обижал меня.

Спасибо, вселенная, за Мишу. И за то, что через него открыла мне глаза.

— Мне тебя пожалеть, может? Случайность или нет, Настя беременна, и ты знаешь моё отношение к этому вопросу. Мы с тобой изначально договаривались, что даже с намёком на детей наша история заканчивается. Хотя по большому счёту её не надо было и начинать.

— Не понял. Ты меня бросаешь? — усмехается Даниил.

— Хочешь сам меня брось, если тебе так легче. Тем более, тебе не впервой, да? Считай, что я излечилась. Живём дальше, но теперь точно порознь.

— А ты чего такая смелая стала? Миша этот трахнул тебя,что ли? — зло щурится Семёнов.

— Это не твоё дело! Но проблем с сексом у меня больше нет. Могу спать с кем хочу и когда хочу. Обломился твой секс-крючок и с чатом как-нибудь сама справлюсь! — пожимаю плечами.

— Ни хуя себе новости. Ты совсем охамела, так спокойно говорить мне, что спишь с другим мужиком? У нас же вроде чувства были, нет? Иначе, зачем бы ты согласилась быть любовницей? — психует Даня.

— У меня к тебе были чувства. Знаешь какие? Чувство страха, зависти и злости. Набор не очень, да? Я цеплялась за тебя как утопающий за соломинку, только вместо того, чтобы помочь, ты меня топил! А потом, так и быть, спасал. Всё, Даниил, я устала от этой грязи. Теперь я знаю как правильно, как должно быть, когда взаимно и по-честному! Уходи, пожалуйста. Скоро Миша вернётся, мне ему ещё торт делать.

— Ты ему значит, торты тут печёшь в квартире, которую я снял, чтоб тебя трахать? — наигранно смеётся этот урод.

— Именно так! Хоть какое-то полезное дело, тебе зачтётся. А теперь вали отсюда!

— Ну, нет, ты моя, Мирослава! Всегда была и будешь моей!

Семёнов подскакивает и начинает меня лапать, хаотично целует лицо, шею, грудь, слышу треск ткани. Майку мне порвал, урод!

— Ты совсем ёбнулся? Отпусти меня, придурок! — ору, царапаю его и луплю по рукам.

Эта скотина перехватывает меня за талию, пытается тащить в спальню. Ни за что! Я скорее сдохну, чем позволю ему к себе прикоснуться! Упираюсь ногами в косяк, он пыхтит и старается меня сдвинуть, больно давит на поясницу. Ах, ты говнюк, с размаху бью ему головой в нос.

Даниил стонет и роняет меня на пол, зажимает нос, но крови нет. Жаль, надо было сильнее бить. Отскакиваю в сторону, кидаю в него всё, что попадает под руку, расчёску, духи, обувную щётку.

— Свалил, я сказала! И быстро, иначе я полицию вызову! — ору сдувая волосы с лица, меня пошатывает от удара головой, затылок жжёт.

Семёнов снова кидается на меня, выкручивает руку, крепко держит, противно слюнявит шею.

— А я подожду, пока этот перец тобой наиграется! А он кинет тебя и очень быстро, когда поймёт, насколько ты проблемная! И ты снова прибежишь ко мне! Будешь скулить и выпрашивать ласку! Сука, часами будешь сосать, поняла? И глотать будешь! Чистоплюйка херова!

Меня кроет ненавистью и злостью, сама не понимаю, откуда берутся силы. Выкручиваюсь и бью ему в пах. Семёнов оседает на пол, стонет от боли.

Меня тошнит от него и колотит от ужаса, ничего себе испекла тортик.

За шкварку выпихиваю его в подъезд, тяжёлый скотина. Закрываю дверь на все замки. Из кухни выглядывает испуганная Ёлка, она не любит шум, шкерилась где-то, пока этот дебил тут шашкой махал.

Пахнет пирогом. Забегаю на кухню, выключаю духовку, вытаскиваю форму. Чуть обгорел по краям, не страшно я знаю, как его реанимировать.

Сажусь на пол, меня мелко потряхивает от пережитого стресса, нервно смеюсь. Я довольна собой, я крутая! Дала отпор этому доморощенному абьюзеру.

Кошка залезает на руки, внимательно смотрит мне в лицо.

— Ёлка мы такие крутые с тобой! Мише расскажу, не поверит! Ты видела, как я его приложила затылком? До сих пор в голове звенит! А потому что нефиг дичь творить! И вообще запомни, добро должно быть с кулаками, чтобы всегда побеждать зло!