Счастье: уроки новой науки
Шрифт:
Эта книга посвящена долговременному среднему счастью каждого индивида, а не его колебаниям во времени. Хотя на наше среднее счастье может влиять характер нашей деятельности, основное воздействие на него оказывают темперамент, отношения и ключевые черты нашей жизненной ситуации – наши отношения, здоровье, забота о деньгах.
Электроэнцефалограмма
Скептики по-прежнему могут задаваться вопросом, может ли счастье быть объективным чувством, уровень которого у разных людей поддается сравнению. Чтобы убедить сомневающихся, обратимся к современной физиологии мозга с ее сенсационными открытиями, связанными с тем, что происходит, когда человек чувствует себя счастливым или несчастным. Сейчас такая работа ведется нейрофизиологом Ричардом Дэвидсоном из Университета Висконсина [11] .
11
См. об этом в соответствующем разделе: Davidson, 1992, 2000, p. 1202–1204; а также: Davidson et al., 2000. Все замечания в этом разделе относятся к правшам. ЭЭГ означает электроэнцефалограмму, МРТ – магнитно-резонансную томографию, ПЭТ – позитронно-эмиссионную томографию, когда в кровь вводятся и затем отслеживаются радиоактивные изотопы.
В большинстве своих исследований Дэвидсон измеряет активность в различных частях мозга, подключая к голове электроды и считывая электрическую активность. Такие электроэнцефалограммы затем соотносятся с чувствами, о которых сообщают испытуемые. Когда люди испытывают положительные чувства, активность выше в левой лобной доле; когда они испытывают негативные чувства, больше активности в правой лобной доле. Например, когда кому-то показывают забавные отрывки из фильма, левая доля становится более активной, а правая – менее; кроме того, испытуемый улыбается и сообщает, что у него хорошее настроение. Когда показывают пугающие или отталкивающие отрывки, происходит обратное.
Сходные результаты дает прямое сканирование того, что происходит внутри мозга. Скажем, людей могут поместить внутрь магнитно-резонансного или импульсного томографа, а затем показать им приятные или неприятные картинки. Пример приведен в таблице. Людям показывают изображение сначала счастливого младенца, а потом младенца с физическим недостатком. Импульсный томограф фиксирует изменения в потреблении глюкозы мозгом и записывает их как светлые пятна на фотографиях. Приятная картинка активирует левую сторону мозга, а неприятная – правую [12] .
12
Сечения мозга производятся под прямым углом к позвоночнику и на разном расстоянии от темени.
Таким образом, есть прямая связь между активностью мозга и настроением. Их может изменить внешний опыт, такой, например, как просмотр картинок. И на активность мозга, и на настроение можно воздействовать напрямую физическими средствами. Используя очень мощные магниты, удается стимулировать активность в левой лобной доле, и это автоматически вызывает улучшение настроения. Метод даже использовался для лечения депрессии [13] . Еще эффективнее, как выяснилось, он позволяет улучшить иммунную систему, на которую настроение человека оказывает значительное воздействие [14] .
13
См.: Lisanby, 2003.
14
См.: Clow et al., 2003.
Итак, у нас есть точные физические измерения того, как чувства меняются со временем. Мы также можем использовать эти измерения, чтобы сравнить, насколько счастливы разные индивиды. У людей различные энцефалограммы, даже когда они находятся в состоянии покоя. Те, чья левая сторона особенно активна («левосторонние»), сообщают о более позитивных чувствах и воспоминаниях, чем у «правосторонних». Левосторонние больше улыбаются и оцениваются их друзьями как более счастливые. Наоборот, люди с наибольшей активностью в правой стороне рассказывают о более негативных чувствах и воспоминаниях, реже улыбаются и оцениваются их друзьями как более несчастные.
Таким образом, природная единица измерения счастья – это разница в активности в лобных долях. Она варьируется почти в точном соответствии со многими измерениями настроения, о котором говорит сам обследуемый. Представляет интерес и еще одно открытие. Если разные люди оказывались в условиях, когда у них стимулировали положительный опыт (например, показывали приятные отрывки из фильмов), те, кто был естественным образом счастлив, находясь в состоянии покоя, испытывали большее счастье. А если оказывались в условиях, когда у них стимулировали неприятный опыт, они испытывали меньший дискомфорт.
Энцефалография проводится и новорожденным [15] . Когда им дают пососать что-нибудь сладкое, левая лобная доля мозга активизируется, тогда как кислый вкус вызывает активность в правой. Уже у десятимесячного младенца мозговая активность в состоянии покоя позволяет предсказать, как он будет реагировать, если на короткое время мать отлучится. Младенцы с большей активностью в правой доле начинают кричать, тогда как «левосторонние» остаются в хорошем настроении. В два с половиной года «левосторонние» дети активнее исследуют окружающий мир, а «правосторонние» держатся за мать. Однако вплоть до подросткового периода различия между детьми с точки зрения характера и мозговых волн неустойчивы. Среди взрослых эти различия более стабильны.
15
См.: Fox and Davidson, 1986.
Лобные доли – не единственная часть мозга, связанная с эмоциями. Например, хранилищем базовых эмоций является мозжечковая миндалина, находящаяся в глубине мозга. Она включает центр управления, мобилизующий тело в ответ на устрашающие стимулы – реакции «бороться или бежать». Но мозжечковая миндалина у человека не слишком отличается от миндалины низших млекопитающих и работает бессознательно. Наш сознательный опыт, однако, особым образом связан с лобными долями, которые у человека развиты сильнее [16] .
16
Я использую слово «чувства» (feelings) для обозначения осознанного опыта и «эмоции» (emotion) для описания общего процесса аффективной реакции (см., напр.: Damasio, 1994).
Таким образом, нейронаука подтверждает как объективный характер счастья, так и объективный характер боли. Опишем замечательный эксперимент, проводившийся на группе людей. К ноге каждого человека прикладывали очень горячую пластину, температура которой во всех случаях была одинакова. Затем люди сообщали об интенсивности боли. Их показания значительно расходились между собой, но сильно коррелировали с различными уровнями активности в соответствующей части коры головного мозга [17] . Это подтверждает связь между показаниями человека и объективной мозговой активностью. Нет разницы между тем, что люди думают и чувствуют, и между тем, что они чувствуют «на самом деле», в которую нас хотели заставить поверить многие социальные философы.
17
См.: Coghill et al., 2003. Любопытно, что реакция мозга в таламусе, более примитивной части мозга, у всех людей практически одинакова. Но это не та область, в которой возникает сознательный опыт.
Единое измерение
Но не упрощение ли это? Действительно ли есть множество видов счастья и боли? И в каком смысле счастье является противоположностью боли?
На самом деле, есть много видов хорошего и плохого самочувствия. Среди позитивных чувств есть чувство того, что вы любите и любимы, ощущение достижения, открытия, комфорт, спокойствие, радость и многие другие. Среди негативных – страх, гнев, печаль, чувство вины, скука и так далее. Но, как я отмечал выше, все они не отличаются от ситуации, в которой боль и удовольствие – чисто «физические»: боль можно сравнить с болью, а удовольствие – с удовольствием. Сходным образом можно сопоставить психологическую и физическую боль [18] , а также психологическое и физическое удовольствие.
18
В интересном эксперименте, проведенном командой британских исследователей, участвовали 16 пар, которых наугад подвергали электрошоку – либо мужчину, либо женщину. Когда током ударяло мужчину, женщина получала сигнал о происходящем. Ее мозг исследовали, когда она сама подвергалась электрошоку (физическая боль) и когда удар током получал ее партнер (ментальная боль). Мозговая реакция в двух областях мозга была похожей в обеих ситуациях (см.: Singer et al., 2004). Что касается более общего взаимодействия физической и ментальной боли, см.: Romano and Turner, 1985; Turk and Okifuji, 1994.
Но является ли счастье единой формой измерения опыта, простирающегося от крайнего несчастья до крайней радости? Можно ли быть одновременно счастливым и несчастным? В общих чертах можно сказать, что нет, нельзя быть одновременно счастливым и несчастным. Позитивные чувства заглушают негативные и наоборот [19] . Иными словами, у нас есть только одна область, простирающаяся от крайне негативного до крайне позитивного.
Чтобы это не выглядело слишком механистичным, нам следует подчеркнуть, что счастье может быть возбужденным или спокойным, а несчастье – беспокойным или подавляющим. Эти важные различия соответствуют разным уровням «возбуждения». Диапазон возможностей проиллюстрирован на нижеприведенном графике, разрушающем впечатление, что счастье может быть только волнующим или гедонистическим.
19
Для исследования этого явления понадобятся данные по одному и тому же индивиду на протяжении всей его жизни. Например, если настроение человека стимулируется позитивными и негативными отрывками из фильмов и несколько раз фиксируется на энцефалограмме, наблюдается сильная отрицательная корреляция активизации левой и правой стороны. Совсем другое дело – сравнивать разных индивидов. Когда отчетный период не является кратковременным, естественным образом получается, что один и тот же человек сообщает и о позитивных, и о негативных чувствах. В действительности, одни говорят о большом числе и тех, и других чувств, а другие – о небольшом, что приводит к установлению положительной статистической корреляции между позитивными и негативными чувствами, когда данные собираются в группе людей. Но эти результаты нерелевантны, потому что:
а) чувства не являются кратковременными;
б) они предполагают б'oльшие погрешности в измерениях, чем при наблюдении за одним и тем же человеком на протяжении какого-то времени;
в) ученые исследуют линейную зависимость между позитивными и негативными чувствами, тогда как в действительности она имеет L-образную форму (где позитивные чувства измеряются по одной оси, а негативные – по другой).
Исследование, проведенное среди техасских женщин, подчеркивает различие между корреляциями во времени и между разными людьми. Корреляция позитивных и негативных чувств в зависимости от ситуаций для одного и того же человека составляла -0,83, тогда как корреляция среди разных индивидов – всего лишь -0,42 (см. более ранний вариант: Kahneman et al., 2004).
Касательно этих вопросов см. также: Green et al., 1999; Russell and Carroll, 1999a, 1999b. В этих работах приводятся дополнительные свидетельства в пользу существования единого измерения счастья/несчастья.