Чтение онлайн

— Но я верю, — сказал Лопес, который не поверил ей ни на минуту. — И что из этого?

В коридоре приглушенно прозвучал гонг и еще раз повторил свой призыв наверху, у трапа.

— А раз так, — сказал Лопес весело, — принимаете меня за свой столик?

— Как пират пирата, с большим удовольствием.

Они задержались у трапа левого борта. Атилио энергично, по-деловому помогал шоферу поднимать дона Гало; дон Гало одобрительно кивал головой. Все молча следили за процедурой. Они были уже наверху, когда Лопес вспомнил.

— Да, скажите, видели вы кого-нибудь на капитанском мостике?

Паула остановилась, глядя на него.

— Нет, по-моему, нет. Но, стоя на якоре против Килмеса, никакому аргонавту не нужно окидывать речные просторы орлиным взглядом.

— Совершенно верно, — согласился Лопес, — но все равно странно. Что бы об этом подумал Сенакериб Эдемский?

За столиком номер один Беба Трехо устраивается так, чтобы сидеть лицом к залу, дабы все могли должным образом оценить ее новую блузку и браслет из искусственных топазов;

сеньора Трехо находит, что хрустальные бокалы чрезвычайно элегантны;

сеньор Трехо шарит в карманах жилета — захватил ли он таблетки «Промекола» и «Алка-Зельтцер»;

Фелипе мрачно поглядывает на соседний столик, где ему было бы гораздо лучше.

За столиком номер два Рауль говорит Пауле, что приборы для рыбы напоминают приборы нового итальянского дизайна, который он видел в журнале;

Паула слушает его рассеянно и выбирает тунца в масле и маслины;

Карлос Лопес отчего-то испытывает странное возбуждение и его обычно вялый аппетит разыгрывается при виде кальмаров в уксусе и сельдерея под майонезом.

За столиком номер три Хорхе обводит пальцем вокруг всего подноса, уставленного закусками, и широта его выбора вызывает у Клаудии одобрительную улыбку;

Персио внимательно читает этикетку на винной бутылке, рассматривает вино на свет и долго нюхает, прежде чем наполнить свой бокал до краев;

Медрано смотрит на метрдотеля, который смотрит на обходящего стол официанта, который смотрит на поднос;

Клаудиа намазывает сыну хлеб маслом и думает о том, что в сиесту будет спать, но прежде почитает роман Биоя Касареса.

За столиком номер четыре мать Нелли сообщает, что от овощного супа у нее отрыжка, а посему она возьмет вермишелевый супчик;

Донье Пепе кажется, что ее немного укачало, а ведь пароход-то стоит на месте;

Нелли смотрит на Бебу Трехо, на Клаудиу, на Паулу и думает, что люди с положением всегда одеваются по-особенному;

Мохнатый дивится тому, что хлебцы такие малюсенькие и каждому положен свой хлебец, но разломав его, разочаровывается, потому что, оказывается, одна сплошная корка и никакой мякоти.

За столиком номер пять доктор Рестелли наполняет бокалы своим сотрапезникам и изысканно рассуждает о достоинствах бургундского и Cote du Rhone;

дон Гало чмокает губами и напоминает официанту, что его шофер будет есть в каюте и что аппетит у него зверский;

Нора огорчена, что приходится сидеть с пожилыми мужчинами, и надеется, что Лусио сумеет договориться с метрдотелем, чтобы их пересадили за другой столик;

Лусио ждет, пока ему положат на тарелку тунец и сардины, и первым замечает, как стол начинает чуть подрагивать, и вслед за тем постепенно уходит красная труба, надвое разделявшая иллюминатор.

Радость была всеобщей, Хорхе выскочил из-за стола, чтобы своими глазами наблюдать, как будет маневрировать судно, оптимизм доктора Рестелли нимбом расплылся вокруг его улыбающейся физиономии, однако не согнал с лица дона Гало сдержанно-скептической мины. Только Медрано с Лопесом, обменявшись понимающим взглядом, продолжали ждать прихода офицера. На вопрос Лопеса, заданный вполголоса, метрдотель поднял вверх руки, изображая полную беспомощность, и сказал, что попытается еще раз послать за ним официанта. Что значит: попытаетесь послать? Дело в том, что впредь до новых распоряжений связь с кормою затруднена. Почему? Видимо, по техническим причинам. Такое впервые случается на «Малькольме»? В некотором роде — да. Что значит — в некотором роде? Просто такое выражение.

Лопес с трудом удержался от естественного для него, портеньо, желания сказать: «Проваливай, друг, к чертям собачьим» и позволил положить себе на тарелку кусок вкуснейшего вонючего сыра «Робиола».

— От него ничего не добьешься, — сказал он Медрано. — Придется, че, разбираться во всем самим.

— Но только после кофе с коньяком, — сказал Медрано. — Давайте соберемся у меня в каюте и позовите Косту. — Он повернулся к Персио, разговаривавшему с Клаудией: — А вам, дружище, как видится ситуация?

— Что я могу видеть? Я вообще ничего не вижу, — сказал Персио. — Принял на себя столько солнечных лучей, что, кажется, уже сам их испускаю. Так что вижу гораздо хуже, чем виден сам. Все утро я думал об издательстве, о комнате, в которой работаю, и чем больше думал, тем хуже представлял их себе. Как может быть, что шестнадцать лет беспрерывной ежедневной работы превратились в мираж только потому, что я оказался посреди реки и солнце нагревает мне черепушку? Придется тщательно проанализировать метафизическую сторону этого опыта.

— Это, — сказала Клаудиа, — называется просто: цена отпуска.

Восторженный возглас Атилио Пресутти возвестил появление мороженого «Мельба». Беба Трехо отказалась от предложенной ей вазочки с мороженым, скроив элегантную гримаску презрения, и только она одна знала, чего ей это стоило. Она смотрела на Паулу, Нелли и Клаудиу, с удовольствием поедавших мороженое, и упивалась муками превосходства; главная победа состояла в том, чтобы раздавить Хорхе, это ничтожество в коротких штанишках, который с ходу начал ей тыкать, а теперь заглатывал мороженое, не сводя глаз с подноса, на котором у официанта оставались еще две нетронутые порции.

Сеньора Трехо вскинулась от изумления.

— Что такое, доченька! Разве ты не любишь мороженое?

— Не хочу, спасибо, — сказала Беба, выдерживая всепонимающий насмешливый взгляд брата.

— Ну и глупышка, — сказала сеньора Трехо. — Ну раз ты не хочешь…

Она уже поднесла вазочку с мороженым к своему немалых размеров бюсту, когда десница метрдотеля отобрала вазочку у нее из рук.

— Это немного подтаяло, сеньора. Возьмите другое.

Сеньора мучительно покраснела, на радость детям и собственному супругу.