Чтение онлайн

– Живем, – наконец ответил Вурт. – Как?!

– Обычно, – пожал плечами староста. – А что случилось? Почему остановились?!

– Чего? – протянул Лесоруб.

– Всегда мимо проходите, молчите, а сейчас вот даже говорите!

– Кто? – опешил Гезеш.

– Вы! – Рогес посмотрел на сородичей. – Расходитесь, люди добрые. Не мешайте путникам!

Собравшиеся зеваки немедленно послушались Вурта и вернулись к своим делам, но все равно с удивлением поглядывали на остановившуюся в деревне армию.

Лесоруб понял, что имел в виду староста. Он спутал их с Колонной!

– Мы – другие.

– Я вижу! Устали? Тут, на западной окраине, есть местечко, там разместитесь – отдохнете на славу!

Гезеш оглянулся на солдат. От воинов отделился Норд, подъехал к Искателю:

– Господин, я думаю, стоит отдохнуть пару дней. Тем более – сами предлагают.

– А если засада?

Храмовник прищурился, оглядел деревушку и тихо сообщил:

– Тут нет ереси, господин. Нам ничего не угрожает.

– А если Колонна?

– Если вдруг что – ей придется пробиваться к нам сквозь поселок. Услышим.

Циничное заявление ларсовца Гезешу не понравилось. Но он был по-своему прав.

– Ну так что? Мы пир закатим – мало не покажется! – Староста широко улыбнулся. – Будьте нашими гостями! Поведайте, чем мир живет. А то новостей у нас совсем не бывает.

– Веди, – решительно кивнул Лесоруб.

– Вот это другой разговор! – обрадовался Вурт. – Пойдем!

Он вышел из калитки и зашагал по дороге к мельнице. Гезеш сжал коленями бока коня, и, когда животное послушно тронулось с места, сзади загомонили десятники, и следом за командиром двинулось войско.

Рогес привел остатки армии Прорыва к огромному озеру. До дороги было мили две как минимум, и потому солдаты могли расслабиться. Место оказалось чудесным: тихим, спокойным, чистым. Весь день к солдатам приходили жители Гарники. Несли еду, спрашивали, не могут ли чем-нибудь помочь…

Гезеш медленно сходил с ума. Посреди Безумия, среди Дорог Смерти – такой рай…

Вурт на вопросы о жизни деревни отвечал охотно, но стоило Гезешу завести разговор о Колонне, как староста разводил руками:

– Убивают? Творцы с вами! Частенько проходят мимо, мы им и хлеб выносили, и молока свежего. Я же и вас за них принял поначалу. Но вы остановились, а они даже шаг не сбавляют. Идут себе… Странные. А больше никто и не ходит. Места глухие.

Кто-то в душе Лесоруба вопил, что он должен помнить об этой деревне. Что стоит лишь напрячься, и он поймет ее секрет.

Но тщетно.

На третий день отдыха местные жители закатили пир. Столько снеди, такого изобилия Лесорубу видеть не приходилось. Сколоченные у озера столы ломились от угощения. Места хватило всем. Среди деревьев шло безудержное веселье. Солдаты поначалу с подозрением косились на местных, но когда в ход пошел хмельной мед – оттаяли. Гуляли до поздней ночи. К сожалению, не обошлось без стычек. Какой-то пьяный Дикий разбил лицо молодому деревенскому парню, но конфликт быстро замяли. Однако Гезеша удивила реакция местных. Сам пострадавший не мог ничего сказать, удивленно глядя на окровавленные руки и шмыгая разбитым носом, а его товарищи растерянно оглядывались, не зная, что делать. Виновника Лесоруб приказал выпороть, и это еще больше ошарашило жителей Гарников.

Джаззи поначалу сидел за одним столом с Гезешем, а потом куда-то пропал и в шатер пришел под утро, довольный, как объевшийся сметаны кот.

А вскоре Лесоруба разбудил яростный вопль старосты деревни. Вурт ломился в палатку, но двое дюжих солдат-охранников его не подпускали. Вдалеке гудели недовольные голоса местных жителей.

– Что стряслось? – Гезеш поспешил к выходу.

– Хрен его знает. Орет чего-то! – добродушно проворчал один из воинов.

– Камирусу! Родную кровинушку! Да как же так можно! Как же так! – бился Рогес. Вместе с ним в лагерь у озера пришло почти все село.

– Что случилось? – Искатель вспомнил девчушку у забора, когда они вошли в деревню. Она?

– Да, видать, на девку его кто-то запал, – усмехнулся детина, бережно удерживая старосту. – Красава, зуб даю.

Вурт затих, с ужасом уставился на солдата:

– Да как же… Как…

– Кто? – холодно поинтересовался Гезеш.

– Да вроде из ваших… – смущенно буркнул воин.

– Кто?

– С барабанчиком все время ходит…

– Джа-а-аз! – взревел Лесоруб и обернулся к шатру. – Вытащить его!

– Как же можно… молодая совсем… Без свадьбы, без сватовства…

Мужики за спиной старосты угрюмо поглядывали на солдат, но царила в их глазах некая опаска. Не сталкивались они с таким, не знали, что делать.

Ворвавшиеся в палатку воины быстро вытащили заспанного удивленного шута, бросили его перед Гезешем и с сочувствием во взглядах отошли.

– Че такое, кэп?

– Он! Он ее! Я на сеновал захожу – вижу…

– Разберемся, накажем. – Лесоруб успокаивающе поднял руку.

– Жениться теперь должен! Опозорил! На всю деревню опозорил… Как так можно? Сколько раз проходили мимо – не трогали. А вы… На самое святое! – взвыл Вурт.

– Да она сама не против была! – возмутился Джаззи.

Мужики заворчали, солдаты потянулись за оружием.

– Отставить! – рявкнул Гезеш, с яростью уставившись на шута. – Женится!

– Ты че, старый? – испуганно пролепетал шут.

– Слово даю! – Лесоруб повернулся к старику. – Дойдем до Фурмагара, вернемся – женится! Иначе…

– Ты одурел? – зашептал шут. – Да если на каждой жениться…

– Иначе я его повешу, – бросил Гезеш и развернулся.

Джаззи, изумленно раскрыв рот, сидел на земле, не веря в услышанное.

– Ты спятил, кэп?!

– Ты был неправ! Мы не Колонна! Мы стократ хуже, – рыкнул на него Лесоруб и вернулся в шатер.

Ушли из мрачной, недоверчиво поглядывающей деревни в то же утро. Джаззи несколько дней старался не попадаться на глаза Лесорубу, то ли обидевшись, то ли надеясь, что тот забудет про обещание старосте.

Гезеш ехал впереди отряда, сгорая от стыда и ненависти. Шут, сам того не понимая, опустил отряд ниже безумцев. Веками жители не видели зла. Веками спокойно занимались своими делами, помогали друг другу. Жили счастливо, спокойно, и мимо шли войска Проклятых, не причиняя обид жителям затерянного в лесах поселка.

А потом пришли Дикие… И все разрушили!

Один раз патруль вернулся с разведки и сообщил о встреченной впереди крупной Колонне. Отряд бросился в лес, затаился, понимая, что если будет бой – то никто до Фурмагара не доберется.

Проклятые их не заметили. Безумное войско прошагало по дороге, не обращая внимания на окружающий его лес. Грохот сапог, бряцание металла. И ни одного возгласа. Единый организм. Чудовище!

Именно эта Колонна, спустя два дня, стерла с лица земли тихую деревню, впервые встретившую обреченных странников хмурыми взглядами из-за закрытых ставней.