Чтение онлайн

Нам – родителям – следует иметь в виду: да, ребенок нуждается в заинтересованном, позитивном эмоциональном контакте, очень сильно нуждается, но у всякой потребности есть определенный лимит «запрашиваний». В экспериментах доказано, что ребенок будет пытаться установить такой контакт с нами не более четырех раз. Если же всякий раз он натыкается на холодность и безразличие, всякий энтузиазм в нем угасает. Более того, он становится безразличным к эмоциональному контакту, даже если мы вдруг попытаемся его установить.

«Базовый» родитель, который является для ребенка тем единственным, кого он избрал для своей основной эмоциональной связи, может не волноваться. А вот остальные родственники-друзья-товарищи находятся в весьма опасном положении. Часто отцы, например, проявляют недовольство такого рода, обвиняя своих жен в том, что они-де настраивают ребенка против них.

Но в большинстве случаев это никакой не специальный «настрой» со стороны матери, а естественная реакция самого ребенка. Он раз попытался установить эмоциональный контакт с папой, два – потыкался, три – все еще надеялся и на что-то рассчитывал, четыре – попробовал последний раз для того, чтобы убедиться, и наконец – все, больше неинтересно, спасибо большое, будете проходить мимо – проходите.

Думаю, у многих был подобный опыт в их собственном детстве. Например, у меня в детском саду было две воспитательницы: одна – «хорошая», другая – «плохая». Почему одна была «плохая», а другая – «хорошая»? Этого я сказать не могу. Ничего уж такого плохого в «плохой» воспитательнице, как я сейчас думаю, не было.

Но есть у меня большое подозрение, что с «хорошей» мне удалось тогда, в свои детские годы, установить эмоциональный контакт, а «плохая» – просто проигнорировала эти мои попытки, поматросила, так сказать, и бросила. В общем, сделала то, что в науке называется «прерыванием эмоционального контакта». И после этого, конечно, я засомневался в том, что с этим человеком я нахожусь в безопасности.

Полагаю, что я тогда своим детским умом решил, что она вряд ли будет меня одобрять и защищать, а потому сначала просто психологически закрылся, а затем мне и вовсе стали грезиться всякие ужасы, с нею связанные, – ведь если она относится ко мне «плохо», то ожидать от нее можно только «плохого». При этом я не помню, чтобы она меня ругала или наказывала, я не помню ничего конкретного, я просто что-то почувствовал… И теперь, через сорок лет, я понимаю, что именно.

Не ждите, что ребенок будет понимать ваши слова. Вы должны сделать так, чтобы он научился понимать вас без слов, и понимать правильно. Установите со своим малышом настоящий, полноценный эмоциональный контакт, а затем помогайте ему формировать правильные эмоциональные привычки – ничего не бояться, не страдать сверх меры, не сердиться без надобности, но зато быть заинтересованным, испытывать любопытство и радость. Если вы следуете этому простому правилу, то договориться со своим ребенком на словах вам будет совсем не сложно.

В 1993 году в нейрофизиологической лаборатории Пармского университета произошло событие, которое в значительной степени изменило наше представление о работе мозга, а также о механизмах общения и взаимопонимания между людьми.

Профессор-нейрофизиолог Джакомо Риццолатти занимался весьма скучным, но обычным для себя делом – он изучал активность мотонейронов коры головного мозга. Надо сказать, что большинство нейрофизиологов считают эти нейроны «тупыми». Ну и правда, что интересного в нейронах, которые обеспечивают нашу моторную деятельность? Скукотища.

Возможно, так думал и сам Риццолатти, когда в очередной раз устанавливал датчик активности нейрона в моторную кору макаки. Он планировал изучать нервные клетки, которые отвечают за хватательные движения, так что сам эксперимент был прост до невозможности: перед макакой на пол клали орех, а она его предсказуемо поднимала и съедала. Соответствующий мотонейрон в этот момент разряжался, датчик срабатывал, и присоединенное к нему устройство издавало характерное пощелкивание.

Все шло как по маслу, пока один из сотрудников лаборатории, занимаясь подготовкой к эксперименту, по случайности не уронил орехи на пол. Он, надо думать, выругался, наклонился… И в этот момент, ни с того ни с сего, раздалось то самое характерное пощелкивание.

Сотрудник в изумлении поднял глаза и столкнулся взглядом с макакой, внимательно следящей за его действиями из своей клетки.

Так стало понятно, что один и тот же нейрон включается и в тот момент, когда обезьяна сама поднимает орех, и тогда, когда видит, что орех поднимает кто-то другой. Последующие эксперименты доказали, что это действительно так. Хотя Риццолатти еще три года не решался на публикацию своего грандиозного открытия, получившего название – «зеркальные нейроны».

С тех пор были проведены десятки тысяч исследований этих удивительных нейронов, выяснилось, в частности, что они рассредоточены по разным участкам коры головного мозга. И даже когда кто-то открывает бутылку с шипучкой, а вы слышите лишь специфический звук, у вас активизируются те же нейроны, как если бы вы сами открывали эту бутылку.

Но зачем природа придумала столь хитрый нейрон? Все дело, как не трудно догадаться, в решении «социальных задач». Чужая душа, как известно, потемки, а «голова – предмет темный, исследованию не подлежит», поэтому что мы на самом деле знаем о том, что происходит в сознании другого человека?

К сожалению, предельно мало. Все, что мы думаем о другом человеке, о том, что он думает, есть результат нашей собственной интеллектуальной деятельности. Но на что ей, этой нашей интеллектуальной деятельности, опираться, какими данными пользоваться? Просто верить людям на слово? А если вы еще ребенок и даже слов не понимаете – как быть?..

Вот для этого нам и нужны «зеркальные нейроны» Риццолатти: вот, что происходит – другой человек совершает некие действия, а ваш мозг, благодаря «зеркальным нейронам» абсолютно автоматически мысленно воспроизводит те же самые движения. Надо ли вам в таком случае логическим образом размышлять над тем, что этот человек задумал?

Вот он потянулся к яблоку, и вы мысленно тоже потянулись. Ага, он хочет съесть яблоко! Подобная догадка, конечно, вряд ли может поразить воображение – нам это кажется вполне естественным. Но именно потому это и кажется естественным, что у нас есть зеркальные нейроны.

Да, не какой-то Святой Дух нашептал нам на ушко соответствующую информацию. Мы знаем о намерении этого человека съесть яблоко, потому что наш мозг мысленно проделал то же самое действие и, исходя из своего собственного опыта, сообразил в чем его цель.

Насколько важно подобное знание? Кажется, ерунда, правда? Но забудьте на время о мизансцене с яблоком и представьте себе другого человека, который тянется, например, за пистолетом. Да, он тянется, и вы мысленно тянетесь. Ага! Такая догадка может стоить вам жизни, а это уже серьезно.