Счастливый ребенок. Универсальные правила
Шрифт:
А в какой-то момент просто коса окончательно и бесповоротно находит на камень, мы каким-то задним умом понимаем, что, дескать, все, поезд уехал, мы разные люди, и возникает отчуждение. После же того, как оно возникло, становится даже легче, поскольку ожидания тухнут, надежды блекнут, а потому становится как-то посвободнее, но не скажу, что веселее. В общем, лучше не становится, а именно так – «посвободнее». За этим «посвободнее» есть и обида, и вина, и бог знает что еще. Но в любом случае, это, наверное, лучше, чем биться головой о препятствие, которое ты все равно не в силах преодолеть.
Брак – это многолетний героический труд отца и матери, поднимающих на ноги своих детей.
В зависимости от общекультурного и образовательного уровня этот фундаментальный «разъезд» родителей и детей происходит по-разному. Если этот уровень невысок, то конфликт выглядит острее и драматичнее. Если он достаточно хорош, то все эти внутренние претензии, зачастую неосознанные, укутываются нами в «правильные» установки (мол, дети уже взрослые, у них своя жизнь и их право на свою жизнь надо уважать, так что будем любить друг друга на расстоянии, как культурные люди). «Укутанные» в них, они гаснут, как удар в толстом-толстом слое ваты, а драма не кажется столь уж драматичной.
Хотя на самом деле драма эта никуда не девается. Она есть, в противном случае психологи не описывали бы с таким единодушием «кризис опустевшего гнезда». Это когда родители вынуждены психологически отпустить своих хорошо подросших детей и при этом чувствуют крайнюю внутреннюю опустошенность – сил нет, перспектив нет, желание жить утрачивается, а тревога бьет ключом и вылезает в самых неожиданных местах (у кого в страхах за здоровье, у кого – в желании каких-нибудь донжуанских подвигов «на старости лет»).
Понимаю, что нарисованная мною картина не выглядит ни оптимистичной, ни даже правдоподобной. Кажется, что в жизни все проще и куда менее драматично. И то, что так кажется, это правильно – так кажется. Но то, что эта картина – жестокая правда жизни, тоже чистой воды неопровержимый факт. Так происходит, хотя мы порою и не осознаем этого, не видим, не замечаем.
Родителям суждено пережить свое разочарование: ждал – одного, а получил – другое. И даже если ребенок успешен, если у него все выходит самым лучшим образом, а у родителей есть все основания им гордиться, причем сам ребенок демонстрирует, что он родителей своих любит и ценит, внутренней, глубоко интимной родительской проблемы это не решает.
Если вы голодны, вы, разумеется, насытитесь и буханкой ржаного хлеба, но если вы всю жизнь мечтали о какой-нибудь французской булке, а вам за всю жизнь так ее и не досталось, это насыщение «ржаным хлебом» нельзя считать исполнением желаний. И здесь фрустрируется именно это желание, это мечтание родителей о том, каким счастьем будет для них ребенок и как все у них – у родителей с ребенком – будет замечательно и благолепно.
Разочарование неизбежно. Фрустрация ожиданий неизбежна. Расставание и отчуждение – предрешено. Родив ребенка, даже при самом лучшем раскладе, мы все равно не получим того, о чем мечтали. И наши усилия, потраченные на него, не будут не только компенсированы, но и по большей части даже поняты, оценены по достоинству.
Родители питают надежды в отношении детей, чтобы потом с их помощью питаться одними надеждами.
Иными словами, мы с вами (я имею в виду родителей) обязательно по итогу потеряем. Страшное дело, но надо это признать: рождение ребенка – это самое нелепое, бессмысленное и бестолковое мероприятие.
Слабым утешением может являться лишь то обстоятельство, что если все будет хорошо и ребенок наш не сгинет куда-нибудь насовсем, окончательно и бесповоротно, то нас, скорее всего, будет кому поддержать в крайней ситуации, о нас будет кому хоть как-то позаботиться, если окажемся мы совсем уж в плачевном состоянии, и еще, вероятно, нас при таком раскладе похоронят за свои, а не за государственные средства, что само по себе приятно. Но все это, конечно, не то, а точнее – совсем не то, на что рассчитывают родители.
Есть, правда, и еще несколько «бонусов».
Во-первых, женщина будет чувствовать себя как человек, выполнивший свое предназначение, – родить ребенка для женщины важно даже на подсознательном уровне. Отец, в свою очередь, рождением ребенка выполнит свою «генетическую» программу, хотя бы отчасти – сын, дерево, дом.
Во-вторых, наличие ребенка (или детей) будет какое-то время являться средством, скрепляющим брак.
В-третьих, по крайней мере, мы не будем чувствовать себя совсем лишними в этой жизни, поскольку хоть в каком-то виде, до поры до времени, но мы будем нужны своим детям, а потому у нас будут заботы и не надо будет думать о том, кто мы, зачем мы и т. д. в том же духе.
Но это такие, прямо скажем, «утешительные бонусы». Это вовсе не реализация подсознательной мечты. В общем, в деле рождения детей действует принцип – «главное не победа, а участие», который, понятно, используется для утешения проигравших и ни для чего другого.
Вся прелесть детей для нас, особая, человеческая их прелесть неразрывно связана с надеждою, что они будут не то что мы, будут лучше нас.
Итак, более чем неожиданный и, быть может, даже в чем-то страшный вопрос – а ради чего это все? Зачем мы рожаем и воспитываем детей, если это все равно не удовлетворит нашего базового, подсознательного желания-ожидания? Думаю, мой ответ покажется вам странным. Но у меня, честно сказать, во-первых, другого нет, а во-вторых, я думаю, что он вполне логичен, и даже более того – правилен.
Мне кажется, следует его обдумать и в конечном итоге принять «на вооружение» как «руководство к действию». Вот он: мы рожаем детей, чтобы понять, что такое настоящая любовь, чтобы пережить настоящую любовь, чтобы стать настоящей любовью. Ничто иное в этом мире не способно дать нам этого ощущения – ни пламенные страсти, ни безответные влюбленности, ни великие свершения и столь же великие деяния. Только рождение ребенка.
Любовь – это когда вы не ждете ответного воздаяния. Любовь – это когда вы просто дарите. Любовь – это когда вы делаете все, что вы делаете, без всякого расчета на какую-либо выгоду или прибыток, а просто потому, что вам хочется проявлять заботу.
И счастлив, я думаю, тот родитель, который понимает, что он рождает ребенка без всякой «задней мысли», без всякого расчета; родитель, который не думает, что он рождает ребенка зачем-то, с какой-то целью и для какой-то надобности; родитель, который понимает, что тем самым он совершает акт абсолютно бескорыстного дарения – дает человеку жизнь и делает все от себя зависящее, чтобы он – этот человек – был счастлив, что ему эта жизнь дана.
Вот почему мне кажется, что так важно заранее смириться с тем, что всем этим нашим наивным и бессмысленным родительским мечтаниям не суждено сбыться. А коли так, их можно заранее и без всякого зазрения совести отправить в мусорную корзину.
Мы растим детей не для себя, а для мира, в котором они будут жить, и для них самих, разумеется, и в первую голову. Если мы – родители – начнем так думать, то мы освободимся от множества проблем, с которыми нам неизбежно пришлось бы столкнуться, будь мы уверены, что ребенок – это нам зачем-то, с какой-то конкретной целью нужно.
Ужас состоит в том, что многие родители заводят ребенка, дав ему работу, когда он еще и не зачат даже. Согласно их идеалистическим ожиданиям, он должен будет стать их «отрадой», «лучом света в темном царстве», их «опорой» и «надежей», их «гарантом», средством скрепления семьи и инструментом реализации их мечт.
Без детей нельзя было бы так любить человечество.
Ребенка еще нет, а ему уже работа найдена! Он уже трудоустроен! И когда так – это беда, потому как с работой этой он, конечно, не справится, а родителей, соответственно, ждет глубокое и трагическое разочарование. Сам же ребенок будет несчастным, потому как нет ничего хуже для нас, чем знать, что наши родители разочарованы нами, недовольны нами или просто несчастны.