Чтение онлайн

Старшая сестра Ия, окончив текстильный техникум, полу­чила распределение под Ленинград на комбинат имени Тельма­на. Она трагически погибла. Ее зарезал муж — «пошутил» спья­ну. Сиротами остались двое детей — мальчик и девочка. Когда раньше я нередко бывал в Ленинграде, мы с Витей Аничкиным после матчей регулярно с ними встречались. Средней сестры тоже уже нет в живых, а о младшей — Наде — я сказал.

— Спорт, надо полагать, вошел в вашу жизнь достаточно рано. В армии физкультуре уделялu тогда много внимания...

— Это, безусловно, был важный для меня момент. Занятия на турнике и брусьях, прыжки через «коня» являлись для солдат делом обязательным. Сначала наблюдал, как они выполняют упражнения, потом сам начал к снарядам подходить. Пробежки и кроссы летом, ходьба на лыжах зимой также практиковались постоянно. Хорошей лыжницей была моя сестра Ия. Она и меня на лыжи поставила, всегда брала с собой на соревнова­ния. В части была неплохая футбольная команда. Помню, с ка­ким интересом смотрел за игрой взрослых...

— Когда же настал ваш черед?

— В 1953 году записался в футбольную секцию на стадионе завода «Фрезер». Первый матч нашей команды на первенство Москвы запомнился, конечно, на всю жизнь. Приехали на ста­дион «Серп и молот» у метро «Электрозаводская», меня — са­мого маленького по росту — тренер определил в левые инсайды и назначил капитаном...

— Кто был вашим первым футбольным наставником?

— Марк Семенович Левин. У него, кстати, начинал играть на «Фрезере» и Эдуард Стрельцов. Впоследствии, когда Левин работал в Сетуни, там появился Юрий Гаврилов. Так что по части открытия футбольных дарований у Марка Семеновича заслуг достаточно. Став главным тренером созданной в 1966-м команды вологодского «Динамо», Левин, помню, пригласил туда моих одноклубников-хоккеистов Евгения Папугина и Юрия Афанасьева. В команде мастеров, как тогда их именова­ли, дела у него сложились менее удачно, и он вернулся в клуб­ный футбол.

После Левина на «Фрезере» тренерами работали бывшие иг­роки московского «Торпедо» Антон Яковлев и Виталий Вацке- вич, Валентин Артемьев, выступавший за ВВС, но они как-то меньше запомнились.

— О своем футбольном дебюте вы сказали. Когда состоялся хоккейный ?

— Следующей зимой. Если в футбол «Фрезер» в зачет пер­венства Москвы играл семью командами, то в хоккей, где наш клуб выступал в четвертой группе, лишь двумя: мужской и юно­шеской.

На коньках я умел кататься с детства, но по-настоящему ув­лекся уже тогда, когда мы переехали в Карачарово. Рядом с домом каждую зиму заливался большой каток, где ребята со всей округи играли в хоккей с мячом. Меня опекал живший по соседству Анатолий Фролов, который был на семь лет старше.Потом он немало поиграл на серьезном уровне — за перовский «Урожай», «Труд» из Калининграда. Благодаря Фролову я вско­ре оказался в Жуковском.

За юношескую команду «Фрезера» играли тогда в основном ребята 1936 года рождения. Вероятно, чему-то я уже научился, раз меня взяли. В ней довелось поиграть вместе со Стрельцо­вым, который был тремя годами старше. Хоккей с мячом Эдик любил, но, уйдя в «Торпедо», вскоре забросил.

— Хоккейные команды также тренировал Левин?

— Разве евреи в мороз на коньках катаются? А если серьез­но, то Марку Семеновичу и футбольных хлопот хватало. Уди­вительно даже как он один с семью командами управлялся! Зимой с нами занимались энтузиасты-общественники — ди­ректор стадиона Александр Васильевич Зайцев и работавший мастером в цехе Владимир Георгиевич Ермолаев, который воз­главлял заводскую футбольно-хоккейную секцию. Простые лю­ди были. Тонкости исполнения технических или тактических приемов они, конечно, объяснить не могли, но хоккей любили, и заниматься с детворой могли без устали. На таких, зачастую, все и держится...

Зимой 1954-го я одновременно играл за детскую команду московского «Буревестника», чей стадион находился в Самарском переулке, где сейчас спорткомплекс «Олимпийский». Мы стали чемпионами Москвы по первой группе, но кроме меня в большой хоккей из той команды никто, к сожалению, не про­бился. Хотя вратарь Эдик Шаповаленко потом за московское «Торпедо» в футбол играл.

— Пребывание в «Буревестнике» в вашей спортивной биогра­фии оказа/юсь эпизодом?

— Мимолетным, равно как и полсезона в Футбольной школе молодежи в Лужниках в 1955-м. Занимался у сильных, меж­ду прочим, специалистов — Виктора Тимофеевича Лахонина и Анатолия Михайловича Акимова.

— Почему же не остались? Ставшая уже легендарной ФШМ той поры давала прекрасное футбольное образование...

— Пребывание в ФШМ принесло немало пользы, особенно много почерпнул на теоретических занятиях у Лахонина. А ушел потому, что тренеры начали настаивать, чтобы бросил хоккей. Но я и мысли такой не допускал, уже чувствовал, что в хоккее у меня неплохо получается.

С зимы 1955-го играл в хоккей не только за «Фрезер», но и за Жуковский. В этом подмосковном городе было два крупных авиационных предприятия — ЦАГИ и ЛИИ:. При обоих были хорошие футбольные и хоккейные команды, которые в област­ном первенстве представляли спортобшество «Крылья Сове­тов». Мой «гуру» Толя Фролов, окончив институт, трудился на ЛИИ и играл за мужскую команду, а меня взяли играть за ЦАГИ, чьи команды были посильнее — выступали в первой группе чемпионата области.

Футболистов и хоккеистов там тренировал Лев Иванович Гвоздев. Вот его я и назвал бы своим основным детским трене­ром. Под руководством Гвоздева четыре сезона играл в хоккей с мячом и три — в футбол. Лев Иванович в свое время был одним из лучших в хоккейном «Буревестнике», да и в футбол немало поиграл за различные команды. Он и из нас, молодых, ифоков сделал. Именно Гвоздев привил умение ифать в пас, не уставал повторять, что в хоккее с мячом пас является осно­вой ифы. Об этом, впрочем, разговор впереди...

За «Фрезер» я также продолжал выступать все эти годы, так что ифать приходилось по два. а то и по три матча в день.

Играли не только по воскресеньям, доигровки проводились в будние дни. Выручало то, что со стадиона на стадион было лег­ко добраться — на электричке по Казанской дороге.

— В те времена футбольные и хоккейные та.1анты в Подмоско­вье появлялись постоянно. Расскажите о тех, с кем вместе на­чинали.

— В нашей хоккейной команде подобрались сильные ребя­та, особенно в нападении. На левом краю был Валентин Дени­сов, который затем с успехом играл в футбол за московское «Торпедо». Он был старше меня всего на полтора года, но в мужской футбол попал рано. Как футболиста я Валентина боль­ше по «Торпедо» знаю, чем по Жуковскому. Технарь был, в игре разбирался отлично. Выглядел Денисов в компании с Ва­лентином Ивановым, Славой Метревели, Геннадием Гусаро­вым, Борисом Батановым, на мой взгляд, очень органично. Против итальянского «Интера» в Кубке европейских чемпио­нов выходил. В хоккей же мы вместе с Валентином пару сезо­нов отыграли. Он хорошо катался, ударом с левой руки, в ко­торой клюшку держал, владел очень сильным.

Левым полусредним играл Анатолий Козлов. Толя не соли- ровал, но в подыгрыше партнерам был хорош. Потом он долго играл в хоккей с шайбой за воскресенский «Химик». Сын Вячеслав отаа превзо­шел — тот только бронзу все­союзного чемпионата выиг­рал, а Козлов-младший ско­лько уже лет за лучшие клубы НХЛ играет!

Центральным нападаю­щим был я, а правым полу­средним Игорь Ромишевский, который, как и Козлов с Денисовым, вырос в Жуковс­ком. Его способности полно­стью раскрылись в хоккее с шайбой. Игорь много лет иг­рал за ЦСКА, стал заслужен­ным мастером спорта, олим­пийским чемпионом. С ним мы дольше, чем с другими были связаны. В сезоне 1959 года вместе играли за первую для нас команду мастеров — «Урожай» из Перова. Причем я был на подхвате, только в това­рищеских матчах выпускали, а Игорь в составе закрепился. Выделялся высокой скоростью, мощно бил с правой руки. Го­дом позже мы перешли в калининградский «Труд», где еще се­зон бок о бок провели. Не знаю, как бы у него в хоккее с мячом сложилось — хват клюшки у Ромишевского был как в «шай­бе» — двумя руками, но, уйдя в хоккей с шайбой, он не прога­дал, хорошую карьеру сделал. Смелый был парень, первым стал подкаты под бросок применять.

На правом краю действовал еще один воспитанник Жуков­ского хоккея Анатолий Земсков — физически сильный, скоро­стной игрок. Единственный из нашей пятерки, кто дальше не пошел, хотя в красногорском «Труде» Толя пробовался.

В полузащите хорошо выглядел Валерий Павлов. Он был сильным футболистом, за «Шахтер» из Караганды в 60-х долго играл. Ворота защищал Витя Громаков из Люберец — будущий чемпион мира и лучший вратарь калининградского «Вымпела». Тоже, кстати, в футбол играл самозабвенно, причем не в воротах, а в поле. Однажды тяжелый перелом получил, долго вос­станавливаться пришлось.