Сдайся мне
Шрифт:
— Тебя я знаю.
— Диана, — рычу, мигов рванув к ней.
Запираю фею в своих руках, поставив ладони на лавку по обе стороны от ее бедер, подаюсь вперед. Моя грудь прижимается к ее острым коленкам. Динь старается разорвать этот контакткожа-к-коже, но между нами слишком мало расстояния, чтобы она могла как-то иначе повернуть ноги.
Так и ерзает передо мной от безысходности, кусая свою нижнюю губу настолько сильно, что она становится ярко-красной от прилива крови.
— Если ты рассчитываешь съехать с темы и замять все это — сильно заблуждаешься. Сестра знает, чем ты по ночам занимаешься?
— Не впутывай сюда Агату. Я сама могу решать, что мне делать. Восемнадцать мне уже исполнилось, — задирает свой подбородок воинственно и наконец-то перестает избегать моего взгляда.
Восемнадцать исполнилось, это я знаю. Вроде бы Диане сейчас даже на год больше. Девятнадцать лет, ума нет вообще.
— Исполнилось, говоришь? Ну тогда давай подумаем, Динь-Динь, как деньги отрабатывать будешь. Минет, анал? Или ты только по классике работаешь? Ценник свой озвучь, я накину, если что. И чаевые щедрые оставлю. Разумеется, мне все должно понравиться.
Я нарочно нагоняю страха на Диану, скользнув пальцами по ее бедру к боковым завязкам на этих греховных трусиках.
Хочу преподать девочке небольшой урок, пусть испугается как следует, чтобы впредь думала и просчитывала варианты того, что с ее хрупким маленьким телом может сделать компания голодных до баб мужиков.
Не окажись меня сегодня здесь, ее бы запросто могли пустить по кругу, а после выкинуть в какую-нибудь канаву, голую и оттраханную во все дыры. Была малышка и не открыла глаза следующим утром.
— Н-н-не трог-гай меня… — у Дианы стучат зубы и еще сильнее расширяются зрачки, когда я все же поддеваю розовый шнурок и тяну его на себя.
Аккуратный бантик, завязанный женскими пальчиками, слабеет. Ткань начинает ползти вниз, и Динь приходится отнять одну руку от груди, чтобы успеть перехватить этот несчастный клочок, пока не стало слишком поздно.
— Не трогать? С какой это стати? Знаешь, девочек обычно для этого и вызывают. Чтобы трогать. И трахать, куда клиент захочет. А я сегодня вроде как твой клиент. Ручки убери, кроха, рассмотрю хоть товар со всех сторон.
— Не надо…
— Решила разозлить клиента? Чревато последствиями, которые тебе совсем не понравятся.
— Выпусти меня, пожалуйста. Я хочу домой, — ее глаза теперь блестят от слез, в уголках совсем мокро.
— Выпустить? Куда? К трем мужикам, которые ждут тебя за дверью? Вряд ли они будут такими же терпеливыми, как я. Но вообще-то и мое терпение уже подходит к концу.
Я дергаю Диану за бедра, поддерживаю под попку, быстро разворачиваясь и опускаясь на нижнюю лавку. Ее устраиваю сверху на себе, крепко удерживаю, чтобы у феи не было возможности вывернуться.
Но она все равно пытается.
Стучит сжатым кулачком по моему плечу, второй рукой продолжая неумело прикрывать грудь, ерзает, делая ситуацию еще хуже.
Когда на тебе извивается полуголая девочка, держать член в руках крайне сложно. Особенно если ситуация располагает — мы здесь вдвоем, и я точно знаю, что мне никто не помешает завалить эту красотку на спину.
Дыхательная гимнастика сейчас пригодилась бы. Но, увы, справляться приходится своими силами.
— Я буду кричать, — заявляет мне этот ангелочек, когда я тянусь к завязкам с другой стороны.
Так, просто для симметрии. Все равно эти трусишки ничего не прикрывают, а здесь такое пекло. Расплавятся еще на ней, опасно это.
— Кричи, если думаешь, что тебе это поможет. Надеешься на рыцаря, который прибежит спасать маленькую принцессу?
— Кто-нибудь обязательно поможет… — лепечет совсем растерянно.
— Никто. Никто тебя не вырвет из моих рук. Присоединится — может быть. Хочешь третьего в нашу компанию? Не знал, что у тебя такие предпочтения.
Я стискиваю Диану покрепче, намекая, что все серьезно. Это реальность, а не какой-нибудь ночной кошмар.
— Отпусти… Мне не нравится все это.
— Зато мне нравится. Чувствуешь?
До моих душей доносится тоненький всхлип, когда я вжимаю Диану в свое тело, чтобы она могла понять всю степень опасности.
— Ч-что это? — вдобавок к своему абсолютно нелепому вопросу она еще и глаза опускает точно на цель.
— Ты ведь не думала, что я импотент, куколка?Это— вполне естественная реакция на то, как ты тут ерзаешь своей полуголой задницей по мне.
— Выпусти меня! — она очухивается от своего коматозного состояния и начинает бешено отбиваться.
Забывает о том, что на ней нет лифчика, молотит двумя руками по всем участкам тела, до которых может добраться. Выгибается, пытается приподняться, упираясь в скамейку коленями.
Словно и правда наконец поняла, куда влезла и чем все это может кончиться для нее.
— Тихо, — взрыкиваю, вовремя успев зажать ей рот ладонью, перед тем как Диана, набрав в грудь побольше воздуха, собирается кричать.
Ни к чему нам это. За дверью все еще никаких принцев, только три похотливых гоблина, каждый из которых своими руками мечтает добраться до Динь-Динь.
— Я сейчас уберу руку, а ты четко и ясно ответишь на каждый из моих вопросов. Кивни, если поняла.
Не опускать взгляд, только не опускать его, потому что Диана еще не вспомнила об отсутствии лифчика, а я в одном шаге от того, чтобы привести в жизнь все свои угрозы.
— Мне повторить? — вопросительно вскидываю бровь, когда ответа не следует. Кивка, точнее.
Динь отрицательно ведет головой из стороны в сторону, а потом все же согласно кивает.
— Давно этим занимаешься? — спрашиваю, на пару сантиметров отодвинув ладонь от ее губ. Пока еще есть вероятность, что за этим моим движением последует крик о помощи.
— Ты не имеешь права задавать мне такие вопросы.
Ну вы только посмотрите, у девочки зубки прорезались.
— А поиметь тебя я имею право? Не зли меня, Диан, пока я пытаюсь по-хорошему. Начнешь выпендриваться, поверь, ответка прилетит сильнее, — придаю голосу больше жесткости. — Давно в бизнесе?
— Нет…
— Сколько таких ночей у тебя в послужном? Сколько раз к мужикам выезжала? Попытаешься соврать, я все равно узнаю.
— Это первый раз.
Облегчение накатывает. Накрывает с головой, когда я понимаю, что она не успела пойти по рукам.