Сделка с подонком
Шрифт:
В этот момент вмешалась Ира, с которой мы не ладили с самого первого дня.
– Кто красавица? Она? – с презрением бросила она. – Авдей, ты, смотрю, совсем стандарты снизил свои.
Ее слова вонзились в меня, как ножи. Я почувствовала себя уродливой, ничтожной. Щеки вспыхнули, а глаза защипало от подступающих слез. Но я не позволила им покатиться.
«Не показывай слабости! Просто сиди и делай вид, что ничего не слышишь! Она скоро успокоится...»
Дверь распахнулась как будто по волшебству – и в аудиторию влетела Тамара Павловна.
Ее громкий голос стал для меня спасением.
– Ребятушки! Простите за опоздание! На чем мы остановились?
Я почувствовала, как напряжение начинает отпускать.
«Спасибо, Тамара Павловна, за то, что пришли именно сейчас!»
– Мы писали письмо лучшему другу в Англию! – напомнила она. – Кто готов! Аля Адушкина?..
Я оцепенела. Снова пламя окатило мое лицо. Как же так?.. Я совсем забыла о домашнем задании! Вчера я не смогла сосредоточиться на уроках, потому что думала только о Марке, о его улыбке, о том, как он выглядит, когда слегка прищуривает глаза.
– Ты ведь меня порадуешь, милая, – сказала англичанка с доброй улыбкой.
«Порадую?» – эхом отозвалось в голове. Я едва могла дышать. Не было ни выполненного задания, ни уверенности, ни слов. Только смущение и страх.
Глава 3
Марк
Когда Аля прошла мимо к своему месту, я не сразу понял, что привлекло мое внимание. Может, то, как ее старомодное платье облегало красивую грудь? Или это была ее походка – неуклюжая, слегка суетливая, но все же очень женственная? В общем, что-то в ней цепляло, но я не мог толком определить, что именно. Только одно было ясно – с тех пор, как я заметил Алю впервые, ее образ начал врезаться мне в голову, а выбросить его оттуда становилось все сложнее.
Она села на свое место, и я машинально провел взглядом по ее спине. Плечи чуть согнуты, как будто она постоянно старалась спрятаться от чужих взглядов. И тут у меня мелькнула странная мысль: «А вдруг ей хочется, чтобы ее заметили?»
Девочка-тихоня с идеальной успеваемостью, которая всем показывает, что она лучше их. Но может, внутри она тоже хочет внимания.
Черт. Зачем я вообще об этом думаю?..
Авдей тем временем снова открыл свой грязный рот, и я с трудом удержал себя от того, чтобы не заткнуть его чем-нибудь тяжелым.
– Тихоня-то наша вечно в книжки уткнута. Может, о чем другом подумаешь, а? Или на себя и свою киску времени у тебя нет?.. – усмехнулся он, пока Аля нервно листала свой блокнот.
Она покраснела – сразу видно по кончикам ушей. Нервничает. Ее реакция почему-то вызвала у меня что-то среднее между раздражением и... желанием?
Да что за бред?!
«Девственница…» – снова подумал я, эта мысль постоянно крутилась в голове, будто от нее нельзя избавиться. Может, все не так плохо, как я всегда думал? Если быть честным, то меня даже забавляла сама мысль о том, как бы это было. Испугалась бы она, если бы я наклонился к ее уху и сказал пару пошлых слов? Или наоборот, потеряла бы голову?..
– Молотов, ты что замолчал? Присунул бы ей, а? – Авдей ляпнул это как раз в тот момент, когда я снова посмотрел на ее волосы. Они были уложены криво, как будто она собиралась на учебу на бегу. Меня снова передернуло.
– Закрой рот, Авдей, – пробормотал я, даже не посмотрев на него. – Ты достал.
Он засмеялся, но отстал, переключившись на телефон. А я все не мог оторвать взгляда от Али.
"Может, все-таки это не такая и плохая идея? Вот взять Алю, научить чему-то, сломать эту отчужденность, посмотреть, как она реагирует на прикосновения, послушать, как Аля стонет, когда член впервые входит в нее" – мелькнула мысль, и я внутренне осадил себя.
Ох уж эта Аля… Она вела себя не так, как все. Ее смущение выглядело таким искренним, настоящим, что я невольно хотел рассмотреть ее еще лучше. Не только ее лицо, когда оно краснеет, но и все остальное – ее страхи, ее желания, все то, что она так тщательно прячет под этим старомодным образом.
Тем временем она сидела за своим столом и, кажется, буквально готова была провалиться сквозь землю. Впервые я понял, насколько ей трудно находиться здесь, среди таких, как мы. Особенно после того, как ее заставили выступать первой. Тамара Павловна громко объявила ее имя, и я увидел, как руки Али дрожали, пока она готовилась выступить.
– Ну же, Аля, – произнесла учительница, – ты ведь меня не подведешь?
– Ну…
– Ты не готова?..
Она молчала, и в этот момент Авдей не удержался:
– Надо было не мечтать о... – он сделал театральную паузу и добавил: – О большом и очень толстом! А работать.
Группа загоготала, а я стиснул зубы.
Аля, казалось, хотела исчезнуть, но все же она поднялась. Щеки ее пылали, взгляд упирался в пол. Она попыталась что-то сказать, но ничего не получалось.
Меня почему-то раздражало, как все на нее смотрели. Особенно Авдей. С этой его дурацкой ухмылкой. Хотелось просто заткнуть ему рот. Раз и навсегда!
И пока я наблюдал за всем этим, странные мысли роились в моей голове. Почему мне не все равно?.. Почему я снова и снова смотрю на нее? Она ведь обычная девочка, каких тысячи. И все же... все же что-то во мне шевелилось каждый раз, когда Аля входила в аудиторию.
Она напомнила мне о том, что я старался не замечать. О настоящих эмоциях... Она была не такой, как Ира или другие девчонки, которые легко соглашались на все, лишь бы оказаться рядом.
В ней было что-то настоящее, что-то особенное, чего я не мог понять до конца, и это бесило меня больше всего.
Я повернулся к окну. Я старался не думать о ее дрожащих руках, о ее взволнованном лице. И все же снова поймал себя на том, что хочу увидеть ее смущенной еще раз.
Но на этот раз из-за меня.
«Господи, Молотов, ты совсем сошел с ума!» – подумал я, раздраженно проведя рукой по волосам.
Глава 4
Аля
Когда Тамара Павловна, наконец, переключилась на других, я почувствовала слабое облегчение, но оно длилось недолго. Унижение, которое я испытала, продолжало жечь изнутри. Каждое слово преподавательницы казалось издевательством. Я слышала шепот и приглушенные смешки вокруг, и мне было ясно, что весь класс наслаждается моим позором.
«Почему я всегда оказываюсь в таком положении?» – думала я, опустив голову, чтобы никто не видел моих покрасневших щек.
– Ирочка, ваша очередь! – громко произнесла Тамара Павловна, заставляя всех замолчать.
Я заметила, как Ира напряглась. Обычно ей удавалось избежать ответов благодаря тому, что я занимала много времени своими выступлениями. Но сегодня не было никого, кто бы мог ее выручить.
– Давайте, Ира, мы вас слушаем, – добавила учительница и посмотрела на Иру с прищуром.