Чтение онлайн

Чинный завтрак протекал лениво. Никто не собирался устраивать сцен и закатывать драм. Пока в одно мгновение всё не поменялось. Миловидная шатенка на другом конце стола захрипела, задёргалась из её рта пошла кровавая пена и она за мгновение рухнула лицом в омлет. Отравление на лицо… По крайней мере мне, как наследнице смерти, тут иного не доказали бы. На приступ или болезнь непохоже. Да и исходил от неё кисловатый аромат убийства и предательства. Кто-то заорал, кто-то отшатнулся, и только я продолжала есть. Труп не убежит, а омлет мог и остыть.

– Господи, кому вообще в такой ситуации кусок в горло может лезть? – всхлипнула миловидная блондинка с соседнего стула.

– Не знаю, как тебя, а меня отравить нельзя, – пожала я плечами, – потому предпочту плотный завтрак стенаниям о трупе. И мало что ли я их видела. У меня, между прочим, лучшее образование по патолого-анатомии в мире. Потому прости, но это не самый страшный и странный инцидент, который происходил у меня на глазах.

– Рода, что ли наследница? – усмехнулся рыжий, который меня тащил.

– Она самая, – утерев губы салфеткой я встала из-за стола. – А так понимаю, остальные к ядам не устойчивы? Неужели я единственная, кто из высшего пантеона?

– Нет, есть парочка, – вздохнула красноволосая. – Но я примерно поняла, ход мыслей. Да, отравить можно практически всех. Не думала я, что в этом году игра на выживание начнётся с вашим приездом. Ну, видимо, остальным родители поведали что надо делать, дабы выбраться отсюда живым и невредимым.

– Не знаю, мне матушка советовала лишь к мёртвому лесу прислушиваться, я ему и задаром не сдалась, – криво усмехнулась я, делая глоток чая, – о, а вот и отрава нашлась. Белладонна, как лаконично и главное глупо. Зато действенно.

– Точно, у неё же особое отношение к этому месту, – туманно протянула женщина, – всем на занятия согласно расписанию. Мы проконтролируем, чтобы в еду никто не смел ничего добавлять. Наказание для преступника неделя в подвальной темнице. И мы найдём того, кто это сделал, не сомневайтесь!

Никто не стал спорить с этими словами. К тому же, что-то такое я смутно подозревала. Не могло всё быть настолько просто и понятно. В противном случае у «Терема» не было бы столь дурной репутации. Всё логично и закономерно. Оставалось лишь понять, как действовать в этих обстоятельствах. Ну, для начала, не плохо обзавестись расширенным вариантом всего того, что будет твориться в этом доме на протяжении девяти месяцев. А уже исходя из неё строить дальнейшие планы.

– Прошу прощения, – я поравнялась с рыжеволосым парнем. – Вы мне вчера помогли, а я даже вашего имени не знаю, это немного печалит меня. Мирослава Разумовская.

– Антон Шиперов, – протянул он мне руку. – Я несколько раз видел тебя на мероприятиях. Но я не главный наследник, потому мы не были близко представлены. Перун.

– Род, как ты уже мог понять, – улыбнулась я ему. – Что тут вообще происходит. Матушка тут училась достаточно давно, потому не могла рассказать, что же это за дурдом. А я единственный ребёнок в семье. От того-то сложно влиться в ситуацию.

– Это место за глаза называют «Ареной безумия», – сказал парень. – Тут выживают лишь те, кто не боится запачкать руки кровью. И очень странно, что ваша матушка, пройдя через столь безумную игру ничего не рассказала вам. Любой, кого приговаривают к «Терему» обречён на истребление. Тут действует лишь один закон: убей или умри!

– Не могу в это поверить, – тряхнула я головой. – Она не была приговорённой. Афродита де ле Фруа. Одна из последних потомков истинной Афродиты. За её красоту она пять лет училась тут, пока наследник Кришны не женился. Лишь после этого, матушку выпустили из «Терема». Пять лет… Шестьдесят месяцев… Ровно столько она провела тут ни на час, не покинув мёртвый лес. Вряд ли бы, будь тут так опасно, де ле Фруа отправили бы свою младшую наследницу сюда.

– Странно, никогда не слышал, чтобы сюда брали вот так просто, – кривится тот.

– Матушке почти тринадцать тысячелетий, когда она училась тут пять лет, даже о великих садах Семирамиды легенд не слагали, – пожимаю я плечами. – Этот дом величайшая загадка и тайна. Так что вполне возможно, что мы о нём ничего не знаем. И всё же, что за чертовщина тут творится? Почему такое странное поведение и трупы за завтраком не напрягли даже верещащую рядом блондинку. Словно это норма.

– Тогда возможно всё было по-другому, – кивает наследник Перуна. – Не могу этого отрицать. Тринадцать тысячелетий, внушительный срок.

– А что происходит сейчас? – я всё же попыталась дознаться правды, которую мне не хотели рассказывать.

– Как я и сказал, тут либо тебя убьют, либо ты убьёшь, – рыжий толкнул дверь в класс. – Нас двадцать четыре, уже двадцать три, и снятие приговора добьётся лишь тот, кто выпустится с наивысшими баллами. Когда-то давно это действительно работало и позволяло детям становится лучше, но чем жёстче становился мир, тем меньше оставалось выживших. Ты же непременно слышала, что один курс переубивал друг друга полностью. Пока мы здесь, профессорам плевать на нас. Они заблудшие души, привязанные к мёртвому лесу. Они не покинут его никогда. А у нас есть лишь один шанс из двадцати трёх, больше никогда не вернуться сюда.

– Господь Всемогущий, как же это тупо, – покачала я головой. – Ведь смысл не в том, чтобы стать лучшим, а в том, чтобы исполнить волю суда. Каждому из нас приходится платить за свои грехи. И перед тем, как закинуть в «Терем» говорят цену этому ответу. Разве ты никогда не знал, чем должен расплатиться по счетам.

– Нет? – покачал головой севший рядом со мной парень. – Меня приговорили в году в «Тереме» или к ста годам молитв в шаманов Инков.

– Каждому говорили напутствие, перед вынесением приговора, – так же тихо отозвалась я, – моё звучало так: пойми ценность человеческой жизни и прими наказание за грехи свои. Никому не нужно, чтобы я тут подыхала или становилась гением в науке. Достаточно того, что я пойму свой грех и искуплю совершённое преступление.

– Возможно, но так думаешь ты, – криво улыбнулся рыжеволосый. – Остальные же рассчитывают лишь на то, что им удастся убить остальных и стать победителем в этой безумной гонке за свободу и жизнь.

– Какой абсурд, а я ещё удивлялась тому, что матушка не выглядела расстроенной, – покачала я головой. – Она-то знала правду и то, как нужно вести себя в этом месте. Вот угораздило же меня попасть с такими ненормальными. Хоть в мёртвый лес иди и живи там.

– Внимание, рассаживайтесь по своим местам, – пожилой мужчина в старинном фраке бочком вошёл в комнату. – Вас разделили на четвёрки для более качественного обучения. Занятия будут проходить по простой и понятной схеме. Полтора часа лекций, на следующие полтора часа практика. И так до самого выпуска. Ни праздников, ни каникул, ни прочей ерунды в «Тереме» нет и быть не может. Наша задача сделать из вас прекрасных преемников для домов и семей. По этой причине, к вам будут относиться строже и серьёзнее, чем к тем, кто остался за пределами мёртвого леса.