Чтение онлайн

Не выдержав, Даниель с силой швырнул карандаш об стол. Тот отскочил и покатился куда-то в темноту.

— Прекрати болтать! — прошипел Даниель, как будто Марина могла его слышать. — Дура! Наври что-нибудь!

— Секретарем?

— Да, кем-то в этом роде.

— Слава богу! Сообразила.

— Жаль.

— Почему?

— Значит, вы не носите с собой пистолет.

— Нет, конечно. Он мне ни к чему. А вам-то он зачем?

— Как зачем? Вы только представьте себе, какие острые ощущения должен испытывать мужчина, флиртуя с женщиной, имеющей при себе огнестрельное оружие.

— О, а вы со мной флиртуете?

— Разумеется.

— Я польщена!

И все-таки вы, женщины, лукавые создания!

Когда я только подошел к вашему столику и еще не успел представиться, вы совсем не были польщены. Более того — я вам ужасно не понравился. Вот она — сила власти!

При чем здесь власть? Я говорила вам о таланте.

— А талант и есть власть. Власть над людскими душами. Вот почему церковь всегда так боялась нас, скоморохов. Нищие, жалкие люди, перекати-поле, собирают толпу и повелевают ею с большим успехом, чем любой правитель!

Марина молчала, очевидно, задумавшись. Хищный профиль Трефова вновь склонился к ней, и низкий, красиво поставленный голос вкрадчиво спросил:

— Могу ли я увидеть вас завтра? Скажем, во второй половине дня?

— Конечно!

— Если она даст ему телефон Себастьяна, я пойду и задушу ее своими руками… — одними губами произнес Даниель.

— Я сама позвоню вам, хорошо?

— Чего хочет женщина, того хочет бог!

Даниель оглушительно расхохотался.

Глава 24

ЖЕНЩИНУ ОБИДЕТЬ ЛЕГКО

Минут пять после ухода Трефова я сидела задумавшись. Потом встала и решительным шагом направилась к столику у сцены, где Себастьян, закончивший музицировать, наблюдал за парами, медленно танцующими под проникновенный голос Пола Янга, льющийся из динамиков.

На мое заявление, что приманкой я больше быть не желаю, потому что это одновременно и скучно, и страшно, он отреагировал молча — отломил квадратик от плитки швейцарского шоколада «Таблерон», сунул за щеку, а оставшееся протянул мне.

Вскоре появился Даниель — весь какой-то взъерошенный — и первым делом набросился на меня:

— Слушай, среди женщин вообще встречаются особи, не страдающие слабоумием?

К такому хамству я настолько не была готова, что, вместо того чтобы ответить какой-нибудь остроумной гадостью, только вытаращила на Даниеля глаза и робко спросила:

— А что, я, по-твоему, страдаю слабоумием?

— Да, и причем в ярко выраженной форме! — Даниель метнул на меня разъяренный взгляд и, ничего не объясняя, опять куда-то умчался. А я обиделась.

Хочешь, подскажу, как ему отомстить? — улыбнулся Себастьян, видимо, от всей души наслаждаясь видом моей надутой физиономии. — Передай его слова в адрес женщин Наде. Мне кажется, она сумеет его переубедить… Что случилось?

Пока он говорил, обиженное выражение потихоньку исчезало с моего лица, сменяясь совершенно другим мечтательным и задумчивым, и именно эта перемена заинтересовала Себастьяна.

— Мне тут сказали одну замечательную фразу. «Чего хочет женщина, того хочет бог».

— Ну и чего же хочет женщина? — опасливо поинтересовался Себастьян.

— Женщина хочет, чтобы ее пригласили танцевать.

— Нет ничего проще, — ответил Себастьян, почему-то не двигаясь с места.

— Вы позволите пригласить вашу даму?

Я обернулась. Рядом со мной стоял толстый мужчина в ядовито-салатовом пиджаке и вопросительно смотрел на Себастьяна.

— Конечно, — любезно сказал Себастьян толстяку.

Бледная от разочарования, я встала из-за стола и, выйдя на свободное место рядом с фонтаном, положила руки толстяку на плечи. Оказавшись лицом к столику, за которым сидел Себастьян, я послала ему ненавидящий взгляд. Ответом мне был обольстительнейший взмах ресницами и воздушный поцелуй. Я подумала, что относительно характера красавчика с ангельской внешностью Трефов был прав на все сто процентов.

Вернувшись к столику, я демонстративно отвернулась от своего соседа и сделала вид, что для меня нет ничего более интересного, чем компания из трех женщин и двух мужчин, нетрезво хохочущая за соседним столиком.

— Может быть, ты все-таки потанцуешь со мной? — спросил бархатный голос.

— Зачем такие хлопоты? — процедила я сквозь зубы.

— Вы позволите еще раз пригласить вашу даму? Опять толстяк! Господи, за что мне это?! Неужели опять придется слушать его сопение и смотреть на блестящую от пота лысину, находящуюся как раз на уровне моих глаз? Может быть, мне залезть под стол и погавкать? Он решит, что я чокнулась (и будет, между прочим, абсолютно прав), и оставит меня в покое.

К счастью, позориться на весь клуб, чтобы избежать танца с толстяком, мне не пришлось, потому что Себастьян ответил:

— Извините, но на сей раз я сам буду танцевать со своей дамой.

И прежде чем я успела начать сопротивление, легким, изящным движением поднял меня со стула, и, не успев даже ахнуть, я закружилась в замысловатом па, в конце которого очутилась в объятиях самодовольно улыбающегося Себастьяна.

Музыка неслась как безумная, вслед за музыкой летел Себастьян, а я следовала за ним, хохоча во все горло, как от щекотки, и каждую минуту ожидая встречи с полом. Но Себастьян играл мною, как опытный жонглер, и ни разу не уронил, за что большое ему русское мерси.

— Значит, чего хочет женщина, того хочет бог? — спрашивал Себастьян и, прежде чем я успевала ответить утвердительно, вращал меня вокруг собственной оси с такой скоростью, что слова напрочь вылетали у меня из головы.

Потом был еще один быстрый танец, затем — медленный, а после него — еще один быстрый. Дальше я сбилась со счета, потому что главным для меня было не сбиться с ритма. Помню, что в какой-то момент оказалось, что танцуем мы в зале одни, а все остальные стоят вокруг и даже хлопают в ладоши в такт музыке!

Закончилось все это около трех часов ночи. Когда мы, нежно обнявшись, покачивались на волнах очередного медленного танца, перед Себастьяном возник официант с телефонной трубкой в руках. Разговор оказался коротким.

— Что?! — воскликнул Себастьян. — Сейчас приедем.

Вернув трубку официанту, он тревожно посмотрел на меня:

— Это Даниель. Он в «Гарде». Там кто-то побывал в наше отсутствие.

Я вздрогнула. И от души порадовалась тому, что забрала книгу с собой и что она спокойненько лежит в моем рюкзаке, оставленном в Себастьяновой квартире.