Чтение онлайн

От его тихого голоса у неё всё в душе выворачивалось наизнанку.

— Нет, Дэн, не надо… пожалуйста… Пожалуйста, пойми… Я правда… правда не могу ничего с собой поделать. Ты не виноват ни в чём. Пойми, никто не виноват… Я не могу… Прости меня… пожалуйста, прости… Ну что же мне делать?

Она путалась в словах, задыхаясь от волнения, захлёбываясь в слёзах и ощущая себя совершенно несчастной.

— Не плачь, не надо, — сказал он, притягивая её к себе и обнимая. — Ну что ты, дурёха, не надо так. Ну, успокойся. Что ж я, совсем без понятия, что ли?

Женька рыдала ему в грудь, выплёскивая со слезами накопившуюся боль.

— Женька, ну ты чего? Ну, хватит уже. Вот здорово, мне сегодня можно будет в душ не ходить, ты меня сейчас всего с ног до головы искупаешь, — попытался пошутить Дэн.

— А-а-а-а! — заревела Женька ещё громче.

— О, господи! Ну, тихо, тихо, тш-ш-ш…, — он слегка покачал её из стороны в сторону, успокаивая, как ребёнка.

— Про… про… сти-и-и…, — хлюпала она.

— Ну, всё уже. Прощаю, только уймись, а то на мне сейчас лягухи заквакают.

— Ох, Дэн, я думала… думала…, — глотала Женька слёзы.

— Ты думала, что я не способен понять? — с обидой в голосе произнёс он.

— Нет-нет. Я просто не смела надеяться, что ты меня сможешь простить, — хлюпнула Женька.

— Да ладно тебе. Не любишь, так не любишь. Навязываться не в моих правилах. Насильно мил не будешь.

Она оторвалась от его груди и заглянула ему в глаза. Увидела в них боль, которую он не успел от неё спрятать. Он отвёл взгляд и осторожно отёр её мокрое лицо своим рукавом, тем, на котором ещё не было пятен.

— Ну что, рёва, угомонилась, наконец?

— Ты очень, очень хороший! Тебя обязательно кто-нибудь будет очень сильно любить, — с чувством выдала Женька.

— Ну, разумеется. Я, к тому же, чертовски обаятельный и привлекательный. Один уж точно не останусь. Завтра же выйду на охоту и охмурю всех самых красивых девчонок в округе. Да здравствует свобода! — заявил Дэн с бравадой в голосе.

Женька нервно хихикнула. Потом спохватилась:

— Слушай, губа уж очень сильно разбита, надо её обработать. Давай я заживляющее зелье принесу.

— Плевать. Ты что, не знаешь, что шрам на роже мужикам всего дороже? — хмыкнул он.

— Перестань, надо обработать.

— Ещё чего! Это зелье жутко щиплет. Так заживёт.

И Дэн удрал в свою комнату.

— Вот балбес, — улыбнулась ему вслед Женька.

Она невольно восхищалась им и была ему безмерно благодарна за снятый с души камень. Надо признаться, он её сильно удивил. До сих пор она имела о нём несколько иное представление. Он так повзрослел за последнее время. Ему, конечно, нелегко сейчас, но он справится, можно не сомневаться. И уж точно один не останется, тут он прав. У неё даже возникло лёгкое чувство досады от мысли, что он полюбит кого-то другого, но она тут же одёрнула себя. И ещё она подумала о том, что её собственное счастье всё ещё очень сомнительно. Дэн так приревновал её к парню, с которым у неё нет даже намёка на отношения, а что же будет, когда он узнает правду? От этой мысли холод сковал сердце. Нет-нет, только не сейчас, только не сейчас!

На следующий день завтракали все вместе, и на кухне опять было шумно и весело, как когда-то. Нельзя сказать, что Денис и Женька чувствовали себя совсем уж комфортно, общаясь друг с другом, но лёд тронулся, и вежливые добрососедские отношения имели, пожалуй, все шансы снова стать когда-нибудь дружескими. Жизнь в общаге возвращалась в своё прежнее русло, и Женька, наконец, могла себе позволить начать радоваться жизни.

Впрочем, радоваться жизни и расслабляться было уже некогда. Новогодние праздники пролетели, как одно короткое мгновение, и началась зимняя сессия. Все с головой зарылись в учебники и конспекты, судорожно пытаясь успеть за пару дней наверстать всё упущенное, психуя и давая клятвенные обещания в следующем семестре усерднее грызть науку, если только эта, для большинства из них первая, сессия не станет последней. На этаже воцарилась напряжённая тишина, которую время от времени кто-нибудь осунувшийся и взъерошенный нарушал своим топотом, устремляясь на кухню за очередной чашкой кофе. Обедали и ужинали впопыхах, раскладывая рядом с тарелками конспекты и молча звеня столовыми приборами. Засыпали под утро, уронив головы на груды учебников, подскакивали от звона будильников, как ужаленные, чтоб провести ещё один день в таком угаре, расслабляясь лишь на короткое время после сдачи очередного экзамена. Но, в конце концов, и этот напряжённый период закончился. Сессия была успешно сдана, клятвенные обещания тут же благополучно забыты, а впереди были каникулы.

Женька в каникулы собиралась поехать вместе с родителями к родственникам. Ей необходимо было сменить обстановку, побыть в кругу семьи, отдохнуть и спокойно обо всём подумать.

Дэн и Илья провели каникулы вместе с ещё двумя своими школьными друзьями на спортивной базе, катаясь на лыжах. Десять дней активного отдыха на свежем воздухе в хорошей мужской компании единомышленников и полная свобода действий и мыслей. Что ещё требуется мужчине, чтоб залечить душевную рану? В общагу Дэн вернулся повеселевшим и бодрым. В компании опять звучали его шутки и подковырки, что не могло не радовать его друзей.

Каникулы закончились, вновь потекли трудовые студенческие будни. Чтоб сделать начало нового семестра более приятным, решено было в конце первой рабочей недели сходить всей толпой в кино. Совместная вылазка доставила всем море удовольствия. Вначале шумно и весело собирались, потом отправились в кинотеатр. Смотрели отличную комедию, смеялись от души. Из кинотеатра возвращались в общагу пешком, пользуясь возможностью подышать свежим морозным воздухом, наслаждаясь хрустом снега под ногами, радуясь возможности подурачиться и покидаться снежками.

Домой вернулись все извалявшиеся в снегу, раскрасневшиеся и довольные. Потом ещё долго сидели в холле у камина, пили чай, болтали и продолжали веселиться. Впереди был выходной, можно было позволить себе долго не расходиться. Упорно заседали до глубокой ночи, не желая заканчивать эти приятные посиделки, пока совсем не начали клевать носами. Девчонки сдались первыми. Пожелав парням спокойной ночи, все трое ушли к себе. Илья, позёвывая, тоже поплёлся в постель. Дэн остался один в холле. Ему почему-то всё ещё не хотелось спать. Он выпил ещё одну чашку чая и умял всё оставшееся на тарелке печенье, а потом устроился поближе к огню. Поленья в камине потрескивали, монотонный гул в дымоходе настраивал на миролюбивый лад, успокаивал, убаюкивал. Дэн с удовольствием грелся у огня, наблюдая за взлетающими искрами. Течение мыслей становилось всё более плавным и ленивым.

Тепло, уютно. Он поднялся из кресла и поднёс ладони совсем близко к огню, чувствуя его жар. Горячо, хорошо. Тепло разливается по всему телу, согревая каждую его клетку. Если бы ещё этим теплом можно было заполнить холодную пустоту в душе, которая не позволяет ему относиться к жизни так же безмятежно, как раньше. Время лечит, и боль потери уже поутихла. Но эта ледяная пустота упорно напоминает о себе, заставляя душу ныть, не даёт покоя, требует заполнить её чем-то, кем-то…

И почему человек так устроен? Он ведь здоров, сыт, ему тепло, и всё вокруг мирно и спокойно. Почему же так тошно временами лишь от того, что его никто не любит и ему некого любить в ответ? Почему не может быть счастлив сам по себе, один? Любовь — сущее наказание.

Его полусонные философские размышления были прерваны появлением Эммы, которая вошла в комнату так тихо, что парень чуть не подпрыгнул от неожиданности, когда почувствовал, что она стоит с ним рядом.

— Фу-ты, Эм, так и тапки отбросить не долго! Ты что так внезапно появляешься, как привидение прямо?! — воскликнул он возмущённо.

— Как ты любезен, Дэн, — иронично хмыкнула Эмма, — Ты, наверное, уже спишь тут стоя, как боевая лошадь, раз не слышишь ничего. Что ты в постель-то спать не идёшь?