Чтение онлайн

Если лидирует меновое хозяйство, если несущей, "базисной", определяющей правила игры, структурой является сфера обращения товаров, то это – капиталистический строй – в смысле гораздо более широком, нежели это принято в классических дефинициях марксизма. Мы говорим о капитализме как принципе, сквозной идее. В этом смысле М. Вебер усматривал капиталистический принцип уже в государствах Междуречья II тысячелетия до нашей эры, где частный оборот земель начинал преобладать над религиозной и бюрократической регламентацией. Там же, где базисной является сфера общения, где лидирует договорное хозяйство, там господствует коммунитарный (коммунистический) строй, коммунитарный (коммунистический) принцип, в таком же широком смысле рассматриваемый нами как сквозной, через всю историю проходящий принцип существования общества.

Таким образом, коммунистическое общество и капиталистическое общество не следуют друг за другом, не реализуются на разных последовательных этапах развития производительных сил, а сосуществуют во времени и пространстве. Они определяются, далее, не тотальными различиями во всех структурах и системах, а лишь соотношением двух одинаково присутствующих и в том, и в другом обществе подсистем, находящихся всего лишь в различных соотношениях друг с другом. Мы не можем, таким образом, и не должны, исходя из современных воззрений, говорить о том, какой из типов общества является наилучшим, наисовременнейшим, наипрогрессивнейшим. И тот, и другой тип общества эволюционирует во времени, совершенствуя себя вместе с развитием производительных сил и сохраняя при этом свою самоидентичность в истории. Недопустимо называть один из этих типов общественной организации "хорошим", "благим", а другой – "злым" и "ложным". Как недопустимо было считать капитализм "плохим", так недопустимо будет теперь считать "плохим" коммунизм. Такая "менторская" оценка глобальных мегатенденций является либо наивной и архаичной, либо просто провокационной.

Механизм развития общества в принципе таков, что на каждом этапе активная в данный момент подсистема (сфера общения или сфера обращения, в зависимости от типа общества) развивается до того максимального уровня, который возможен при данном уровне развития второй, "заторможенной" подсистемы. Если мы имеем дело с коммунитарным (коммунистическим) обществом, то там развитие определяется эволюцией сферы общения. Однако пределы этой эволюции находятся в зависимости от того, в каком состоянии пребывает в данный момент сфера обращения (рынок). Этот общий теоретико-экономический принцип сформулирован еще в прошлом веке и развит в течение XX века в сложную систему научных воззрений. В той же степени, если мы имеем дело с капиталистическим обществом, его пределы будут определяться состоянием сферы общения. Парность капитализм – коммунизм позволяет человечеству избежать катастрофического срыва, двигает его вперед, создает предпосылки для его выживания в ситуации глобального кризиса.

Попытка заменить эту "пару" "одной магистралью", спроектировать двумерный процесс на одну ось спекулятивна. И вне зависимости от того, в чью пользу осуществляется на данном историческом этапе подобная спекуляция, она одинаково ведет к сокрытию истины. А в итоге – к потерям и издержкам, субъективизму, волюнтаризму, ложным надеждам, безосновательным разочарованиям, к чванству, стремлению диктовать миру свою волю, а значит, к насилию, крови, жестокости, рождаемой этими заблуждениями. Один раз это уже произошло в связи с абсолютизацией идеи договорного хозяйства и плана и обошлось в десятки миллионов жизней. Нельзя допустить, чтобы абсолютизация рынка и менового хозяйства привела к катаклизмам того же масштаба. Недопустимо это шатание из крайности в крайность. Каждый раз – вдобавок со ссылкой на Маркса и Ленина. Сегодня нужно отмести наивные надежды на то, что рыночные механизмы избавят страну от всех наших хозяйственных и социальных забот, и идти путем развития сбалансированной экономики, где рынок выступит как компенсатор в структуре договорного хозяйства, а не как панацея от всех бед. И – не как новая идеология.

Часть VI

О кризисных и застойных явлениях в различных типах общества и возможностях их преодоления

Коммунитарный ("восточный") тип общества считался в "западной" цивилизации неподвижным, застывшим, неспособным к развитию. Маркс разделял это общее заблуждение своего века. Однако XX век обозначил и с каждым десятилетием все жестче и неумолимее обнаруживает ограничения в развитии западного типа общества, выявляя симптомы его глубокого кризиса. Здесь и "закат Европы" в объятиях цивилизации, и смерть в тисках неуправляемого технического прогресса, и экологический кризис, определяемый пределами роста того самого материального богатства, которое было и остается целью данного общества, и многие другие явления.

Анализ современных тенденций показывает, что далеко не случайно задача обеспечения все возрастающих темпов инновационного процесса, формирования необходимого для него интеллектуального ресурса на этапе перехода к постиндустриальному обществу решается во многом за счет "импорта мозгов". Это в целом свидетельствует о несамодостаточности западного типа общества для развития цивилизации на современном этапе.

Наиболее громко говорит сегодня о кризисных явлениях сам Запад, сознавая дефектность своего – капиталистического в широком смысле слова – типа общества. Внимание его во многом обращено на Восток, особенно в связи с успехами ряда восточных – по сути, а не только по географии – стран в XX столетии.

"Восточная" система, определяемая также как коммунитарная (или общинная), характеризуется преобладанием сферы общения, базируется на том, что производственная деятельность выступает не в аспекте затрат рабочей силы и вещей, т. е. не как "труд", а в аспекте потребности (цели), которую эта деятельность удовлетворяет. Это означает, что на новом витке развития производительных сил Восток будет обладать определенными перспективами, с чем и связано особое внимание к нему со стороны Запада. В целом формула коммунитарного (или общинного) общества базируется на том, что развитая сфера общения способна удержать значительную массу потребностей от немедленного предъявления, аккумулируя их в большие, далеко идущие программы, планы, цели, делая жизнь общества осмысленной.

Вместе с тем устойчивое воспроизводство развитых форм общения может быть обеспечено только соответственно развитыми формами обращения, рынка. В случае отставания последних неизбежно истощение общественного организма, замедление развития, застой.

Традиционалистские тупики являются здесь столь же опасной болезнью, сколь опасна для общества западного дистрофия сферы общения. Борьба с традиционалистскими тупиками, или застоями, должна строиться исходя из понимания их механизма и будет настолько эффективна, насколько отчетливо "восточные" общества осознают себя как целостность и перестанут стремиться к разрушительным экспериментам, отбрасывающим их в еще более глубокий застой.

Исторический анализ показывает, что традиционалистские тупики периодически воспроизводятся данными обществами на протяжении тысячелетий. Изначально в них обременительные формы религиозного общения, периодические конфискации крупных состояний консервировали частный оборот на зачаточном уровне. Это, в свою очередь, нарушало взаимодействие таких обществ с миром вещей. Вещи, продукты не удерживались в сфере обращения, например, в денежной форме в качестве капитала, а сразу же потреблялись, что, естественно, становилось тормозом на пути технического прогресса.

В результате слабое развитие сферы обращения ставило людей не только в духовную, но и в материальную зависимость от "старейшин", которым в этом случае приходилось уже не только регулировать общение, но и, выполняя функции "хозяев", распределять продукты, в частности осуществляя политику цен. Это отражалось и на сфере общения. Утверждались непродуктивные в духовном смысле, грубые формы религии и деспотические формы государства. Таким образом, не следует преувеличивать преимущества восточного типа цивилизации.

Их дефектность, как показал исторический опыт, обнаруживает себя в следующем: механизмы общения подавляют, вытесняют и потому вынуждены подменять механизмы рынка. Само общение, беря на себя такую роль, приобретает властный, вертикальный, деспотический характер. Очевидно, что чем более массивно материально-техническое хозяйство, лежащее в основе такого общества, тем более насильственны те формы общения, которые утверждаются в нем. Но и они в конечном счете не спасают от застоя.

Все это прекрасно продемонстрировала практика реального бытия коммунистического общества в нашей стране на протяжении полувека индустриального развития. Вместе с тем история показала, что бездефектных обществ не существует, и не следует выдавать дефектность нашего общества за его тупиковость, как это проповедуется теперь. Пример Китая говорит нам о том, что даже при сохранении и укреплении своего общинного стержня китайское общество сумело обеспечить высокую интенсивность развития и доказать каждому здравомыслящему человеку тот факт, что даже классически понимаемое коммунистическое общество в чистом виде способно преодолевать свои застойные тупики.