Чтение онлайн

Однако то была другая женщина, казалось, за этот час прошла целая жизнь. Эта женщина хотела убить его. Эта женщина ненавидит его.

– Я вас все равно когда-нибудь убью, – сказала она, как бы прочтя его мысли. – Клянусь.

– Нет, не убьешь, – возразил он, прижимая ее к азалиям. – Ты полюбишь меня, – повторял он и, не дав ей опомниться, запечатлел поцелуй на ее губах.

Она высвободилась со словами:

– Оставьте меня! Вы… Вы, пиявка. Я не могу дышать.

– Постарайтесь выражать свои протесты потише, – прошептал он ей на ухо. – Вы же не хотите привлечь к нам внимание, верно? Это скомпрометирует вас.

– Скомпрометирует? Вы осмеливаетесь произносить это слово, вы, сломавший мне жизнь? Смешно даже слышать об этом из ваших уст!

– Что ты имеешь в виду? – спросил он.

В течение последнего месяца он часто задавал себе вопрос, не было ли последствий той ночи на корабле.

Она, похоже, догадывалась, что он имеет в виду, но отвечать не стала.

– Как ловко вы переменили тему разговора. Однако вы недостаточно хитры. Сара оставила записку, в которой упоминает ваше имя. Как вы это объясните?

Брэндэн с изумлением посмотрел на нее.

– Это ложь. Я не дотрагивался до нее, и не может быть никакой записки с моим именем.

– Она проводила время только с вами. Вы были с ней в саду…

– Не только со мной, моя дорогая. Ты однажды спросила, откуда у меня этот шрам. – Он указал на щеку. – Это он оставил его мне на память – ее любовник. Он подстерег меня в саду.

Кортни была поражена.

– И мне наплевать, веришь ты мне или нет. – Брэндэн повернулся к Арману, заглянувшему в оранжерею. – Подожди еще минутку, – попросил он, – пожалуйста.

– Но ее кузина ищет ее, – взглянув на Кортни, Арман пробормотал: – Прелесть!

Брэндэн оглядел Кортни. Она была перепачкана с ног до головы. Платье в нескольких местах порвано.

– Вам нельзя возвращаться в танцевальный зал в таком виде, – сказал он. – Если кто-нибудь узнает, что здесь произошло, С вашей репутацией будет покончено. Я не хочу этого, хоть вы и собирались убить меня. – Он посмотрел через плечо на Армана. – Пригони мой экипаж к заднему выходу из сада и помоги леди Аскуит исчезнуть, – приказал он. – Я сам провожу ее до Беллингэм Плейс. Прочитав на лице Армана сомнение, он добавил: – Ни один волос не упадет с ее головы.

Когда подъехал экипаж, Брэндэн посмотрел на девушку. Леди Кортни Аскуит. Он подсадил ее и приказал кучеру ехать как можно скорее в Беллингэм Плейс. Она сидела сзади с гордо поднятой головой, сохраняя независимый вид.

Леди Аскуит. Эзра говорил ему о ее приезде после его возвращения в Чарлстон, но ему и в голову не могло прийти, что Шейла – это и есть леди Кортни Аскуит. Многого можно было бы избежать, если бы он задержался в Чарлстоне и нанес визит леди Аскуит. Вместо этого он возвратился в Нассау, затем поплыл в Бостон, чтобы взять свою мать.

Что он скажет Кэтлин? Он уже встревожен состоянием ее здоровья. Годы берут свое, а смерть отца в 1852 году надломила ее. Было тяжело наблюдать, как угасает ее дух. Тяготы происходящего могут убить ее.

Этим вечером она чувствовала себя неплохо, но все равно недостаточно хорошо, чтобы спуститься к гостям, хотя и жаждала увидеть Кортни. Оглядываясь назад, он даже радовался этому. Необходимо быть крайне осторожным во всех этих делах. Если его мать узнает правду о его отношениях с Кортни и о самоубийстве Сары, это может ее убить.

Он посмотрел на Кортни. Она была дочерью лорда Гарретта Аскуита, и это все очень усложняло. Как он мог знать, что вот эта самая женщина, заполнившая всю его жизнь, в поисках которой он объездил все гостиницы, меблированные комнаты и публичные дома Чарлстона, и есть дочь этого старого мерзавца?

Какой же он был дурак! Он должен был догадаться, что она – не простая девушка, что такие ноги могут быть только у балерины. Ему даже и в голову не приходило, что она играет роль, что с ее стороны это был хитрый ход с целью попасть в Чарлстон. Чертовка была дьявольски хитра, но неужели она лгала во всем?

– Все же я не могу поверить, что вы хотели убить меня, – заметил он. – Вы не похожи на убийцу, готового прикончить невинного человека.

– Невинного! Да вы просто не понимаете смысла этого слова. – В ее бархатистом голосе звучали стальные нотки. – Пистолет был лишь средством заставить вас признаться в ваших бесчестных поступках, но, когда я осознала всю глубину вашего обмана, то увидела, как вы развращены. И я сожалею, что тоже стала вашей жертвой.

– Вы охотно стали ею, насколько я помню.

Она опустила глаза, ее пальцы теребили складки платья. Он взял ее за подбородок и приподнял его так, чтобы их глаза встретились. Ему казалось, что он тонет в бездонной глубине. Они оба боялись потерять самообладание, потому что их тянуло друг к другу, и с этим ничего нельзя поделать.

– Ради Бога! – Она оттолкнула его руки. – Разве недостаточно того, что вы втоптали меня в грязь?

Брэндэн откинулся назад.

– Если бы вы сразу сказали мне, кто вы на самом деле, я бы и пальцем к вам не притронулся. Вам не следовало бы выдавать себя за кого-то другого, но раз уж вы это сделали, то теперь поздно, ничего не изменишь. Вы моя, и вы это знаете.

В этот момент, в сумерках, он почти верил своим словам, но ее они не убедили.

– Тогда я могла принадлежать вам, но теперь… Вы сами видите, что никакой союз между нами невозможен.

Он испытующе посмотрел на нее, но она не выдавала своих чувств.

– Как угодно, леди Аскуит, – хрипло ответил он и поднял оконную занавеску.

Стирая росу со стекла, он заметил, что они прибывают в Беллингэм Плейс.

– Я верну ваше ожерелье и серьги, когда вам будет угодно.

Она, по-видимому, ожидала, что он скажет это, так как ответ у нее был готов.

– Завтра. Я приму вас в четыре, за чаем.

Брэндэн помог ей выйти и проводил до крыльца.

– Что же касается сережек… я не хочу их, – сказала она, – не хочу помнить о той ночи.

Ее слова обидели и смутили его, но он не подал вида. Сказать было нечего, он повернулся и ушел, не оглядываясь.

На следующий день, когда часы пробили четыре тридцать, Брэндэн налил себе изрядную порцию скотча из личного бара Эзры Кирана и вздохнул.

Он нервно постукивал пальцами по краю стакана. Эта чертовка Аскуит заставляла себя ждать. Он ненавидел неопределенное ожидание, да еще и в одиночестве. Начинаешь подмечать детали, размышлять, осмысливать…