Чтение онлайн

Стелла удивилась.

– Конечно, я не стану возражать… но зачем вам все это, мистер президент? Вы до сих пор не объяснили цель нашей беседы.

Джон Кеннеди привычным жестом переплел пальцы.

– Вот здесь, Стелла, наконец-то на сцену выходит интуитивная прозорливость.

Переход из полиции Детройта в президентскую секретную службу вовсе не обрадовал Тодда Джонсона. Он представлял картину куда более эффектную. Видел себя сопровождающим лимузин президента, когда тот ехал сквозь ликующие толпы граждан, и даже мечтал о коротких, но восхищенных взглядах первой леди в те моменты, когда приходилось прижимать пальцем наушник и выстреливать в пришпиленный к лацкану пиджака микрофон четкие, резкие команды.

Но только не это. На деле пришлось часами сидеть одному в обшарпанной, далеко не новой машине радиосвязи, где к тому же сломался кондиционер, и страдать от безделья в ожидании сообщений, которые не поступали. Ни единого звука с начала дежурства.

Другие парни свободно разгуливали по пляжу, разглядывали женщин и попутно загорали. Когда же Тодд решился выйти из машины, чтобы подышать и на несколько минут поднять лицо к солнышку, откуда-то из-за дюн, подобно злому волшебнику, тут же материализовался начальник и принялся кричать:

– Немедленно возвращайся в чертову машину, Джонсон, или выметайся обратно в свой Детройт!

Очень хотелось курить, но было страшно. Наверняка, словно черт из табакерки, из-за песчаных холмов снова выскочит несгибаемый страж порядка и теперь уж точно настрочит рапорт. Тодд вздохнул. Если в ближайшее время обстоятельства не изменятся к лучшему, то придется всерьез задуматься о возвращении в родной городок Дирборн, в автомобильный салон брата.

От громкого стука в окно офицер подпрыгнул так, что едва не пробил головой крышу.

– Какого дьявола…

Возле машины стоял полицейский из Мартас-Винъярд. Три полоски на рукаве свидетельствовали о звании сержанта. Тодд опустил стекло.

– Да?

Сержант широко улыбнулся.

– Прости, сынок. Вовсе не хотел напугать. – Он показал служебное удостоверение. – Документы есть?

Тодд выудил из внутреннего кармана пропуск секретной службы.

– В чем дело, офицер?

Сержант кивнул на прикрепленный к приборной доске коротковолновый приемник.

– Эта штука работает? Битых двадцать минут вызываем тебя на связь с базой. А по дороге сюда я пытался докричаться из машины. Все напрасно.

Тодд пощелкал выключателями и с досадой хлопнул ладонью по молчащему аппарату.

– Заглох окончательно. А я-то удивлялся, что так тихо… когда приехал сюда, все было в порядке, – добавил он беспомощно.

– Ладно, благодари Бога за то, что тот создал Телеграфную службу США.

Тодд взглянул с удивлением.

– Прошу прощения?

Сержант достал из кармана смятую телеграмму.

– Похоже, сынок, не мы одни тебя разыскивали. Вот это сообщение несколько минут назад пришло из ФБР Майами. Срочно, для генерального прокурора. Надеюсь, он все еще здесь. – Сержант кивнул в сторону пологого берега. – Заметил, что «Виктура» до сих пор стоит на якоре за мысом. Отнеси ему телеграмму немедленно, сынок. Здесь все сказано открытым текстом, так что коды вашим ребятам не потребуются.

Тодд вышел из машины.

– Значит, вы прочитали.

– Не смог устоять, приятель. Правда, ничего не понял, так что не исключено все-таки, что сообщение зашифровано. Речь там идет о каком-то номере четыре. – Он пожал плечами. – Ну, мне пора. А ты живо почини радио. Черт, что если русские уже идут?

Сержант со смехом направился к своей патрульной машине.

Тодд взглянул на бланк. Вот так. Персональное послание брату президента. А ему и только ему выпал жребий доставить телеграмму по назначению.

– Телеграмма из ФБР? Что же, черт возьми, случилось с радио, Джонсон?

Старший из трех офицеров секретной службы, охранявших веранду пляжного дома, смотрел с нескрываемым возмущением, агрессивно выставив подбородок.

– Почему-то не работает, сэр. Я только что…

– Тогда сейчас же отправляйся на пляж, вон туда, и сообщи старику. Нужно забрать с «Виктуры» запасной приемник и немедленно запустить в работу. Господи, Джонсон, что если русские уже идут?

Охранник выхватил телеграмму из безвольных пальцев Тодда и повернулся, чтобы войти в дом.

– Но, сэр, я собирался…

Дверь захлопнулась, и слабое возражение повисло в воздухе.

– На твоем месте, Джонсон, я бы не пошел на берег, а побежал со всех ног, – равнодушно заметил один из оставшихся охранников, спрятав глаза за солнечными очками. – Но все равно не могу обещать, что это день не станет для тебя последним на службе. Так что постарайся получить максимум удовольствия.

Не успел президент заговорить, как в раздвижную дверь настойчиво постучали.

– Проклятье! Да, войдите…

Створка отъехала, и появился охранник.

– Прошу прощения, мистер президент, но из ФБР Майами только что получена срочная телеграмма на имя генерального прокурора.

Роберт со смехом взял листок.

– Телеграмма? Кажется, скоро ребята Гувера вспомнят о конной почте.

Охранник смутился.

– Возникли проблемы с машиной радиосвязи, сэр. Устраняем неполадки.

– Понятно. – Генеральный прокурор развернул телеграмму, а охранник поспешил как можно быстрее и незаметнее исчезнуть.

С минуту Роберт пристально смотрел на несколько скупых строчек, а потом устало закрыл глаза и двумя пальцами сжал переносицу.

– Вот дерьмо…

– Эй, Бобби! – Президент взглянул на Стеллу.

– Что? О… прошу прощения за грубость, мисс Эрнолд… то есть Стелла. Позволите ли нам на минуту остаться вдвоем?

– Конечно. – Стелла попыталась встать. – Мне выйти?

– Нет-нет. Пожалуйста, оставайтесь здесь. Джон, давай прогуляемся.

Оставшись в гостиной, Стелла смотрела в окно, как развлекаются самые влиятельные люди Америки, а в это время, на лестнице, президент о чем-то шептался с братом.

Даже ее богатое воображение не могло представить такое развитие и без того неправдоподобного сценария.

И все же она рассмеялась.

– Четвертая! Они уверены?

– Вполне. ФБР утверждает, что до судебно-медицинской экспертизы абсолютно ясно, что убийство совершено точно таким же способом, как и три предыдущих. Джекон, проблема более чем серьезная. Кроме того, кое о чем я тебе еще не сказал.

Президент сидел на ступеньке, обхватив голову руками, и сейчас вопросительно посмотрел на младшего брата.