Сегун. Книга 2
Шрифт:
Дзодзэн ухмыльнулся:
– Ах, Нага-сан, наверное, хорошо быть таким молодым. Вы знаете, мой господин согласен со многим из того, что вы сказали о чужеземцах. Я не раз слышал, как он призывал: «Уберите их, вышвырните, выгоните пинками под зад в Нагасаки и держите там взаперти!» Вы бы убили Андзин-сан, да? Занятно. Моему господину Андзин-сан тоже не нравится. Но для него… – Он осекся. – Ах да, эти ваши соображения насчет ружей очень любопытны! Можно, я передам их моему господину? Вашу мысль о новых законах?
– Почему нет? – Нага вспомнил о вежливости, излив все, что копилось в душе под спудом с первого дня пребывания в Андзиро.
– Вы сообщили свое мнение господину Торанаге? – спросил Ябу.
– Господин Торанага не спрашивал моего мнения. Я надеюсь, что он удостоит меня чести и поинтересуется моим мнением, – ответил Нага сразу же с полной искренностью, гадая, распознан ли его обман.
Оми заметил:
– Поскольку это свободное обсуждение, господин, осмелюсь не согласиться. Этот чужеземец – сокровище. Я считаю, мы должны учиться у чужеземцев. Узнать все о ружьях и военных кораблях. Использовать их знания. Проникнуть в образ их мыслей, чтобы вскоре их перегнать.
Нага поморщился:
– Что они знают, Оми-сан? Ружья и корабли. Что еще? Как они могли бы победить нас? Среди них нет самураев. Разве этот Андзин не заявляет открыто, что даже их короли – убийцы и религиозные фанатики? Нас миллионы – их пригоршня. Мы сможем уничтожить их одними голыми руками.
– Андзин-сан на многое открыл мне глаза, Нага-сан. Я вдруг обнаружил, что наша земля и Китай – это еще не весь мир, только очень небольшая его часть. Сначала я решил, что чужеземец смешон, и не более того. Теперь я так не думаю. Я благодарю богов за него. Я думаю, что он спас нас, и знаю, что мы можем многому научиться у него. Он уже дал нам власть над южными чужеземцами – и Китаем.
– Что?
– Тайко проиграл войну потому, что они значительно превосходили нас числом, слишком большой перевес в людской силе, туча стрел. Приняв на вооружение мушкеты и новую военную стратегию, мы можем взять Пекин.
– Приняв на вооружение вероломство чужеземцев, Оми-сан!
– Нет, их знания, Нага-сан. Обладая ими, мы могли бы взять Пекин. Тому, кто завоюет Пекин, подчинится весь Китай. А тот, кто покорит Китай, овладеет всем миром. Мы не должны стыдиться перенимать знания, откуда бы они ни исходили.
– Я уверен, мы не нуждаемся ни в чем со стороны.
– Не обижайтесь, Нага-сан. Я уверен, что мы должны оборонять Землю богов любыми средствами. Наш первейший долг – защищать то единственное в своем роде, божественное место, которое отведено нам под солнцем. Ведь нет иной Земли богов, правда? И только наш император ведет свое происхождение от богов. Я согласен с тем, что чужеземцу нужно заткнуть рот. Но не казнив его, а удерживая здесь, в Андзиро, пока мы не узнаем всего, что он знает.
Дзодзэн задумчиво почесался:
– Мой господин узнает ваши мнения. Я согласен с тем, что чужеземец должен содержаться обособленно. А также с тем, что подготовку нужно немедленно прекратить.
Ябу вынул из рукава свиток:
– Здесь полный отчет для господина Исидо. Как только он пожелает прекратить подготовку стрелков, она, конечно, прекратится.
Дзодзэн принял свиток:
– А господин Торанага? Что с ним? – Его глаза обратились к Наге. Тот помалкивал, разглядывая свиток.
Ябу нашелся:
– Вы можете узнать его мнение от него самого. Ему послан такой же отчет. Я думаю, вы уедете в Эдо завтра? Или вам хотелось бы посмотреть, как мы готовим воинов? К сожалению, должен признаться, что наши люди еще не очень хорошо обучены.
– Мне бы хотелось посмотреть одну атаку.
– Оми-сан, распорядись! Ты поведешь людей.
– Да, господин.
Дзодзэн повернулся к своему помощнику и дал ему свиток:
– Масумото, отвези это немедленно господину Исидо. Выезжай сразу же.
– Слушаюсь, Дзодзэн-сан.
Ябу велел Игураси:
– Дай ему проводников до границы и свежих лошадей.
Игураси с самураем тут же вышли.
Дзодзэн потянулся и зевнул.
– Пожалуйста, простите меня, – извинился он. – Несколько дней не слезал с лошади. Я должен поблагодарить вас за необычайный вечер, Ябу-сама. Вы глядите далеко. И вы, Оми-сан. И вы, Нага-сан. Я не премину сообщить это господину Торанаге и моему господину. Теперь, если вы меня извините, я устал, дорога из Осаки очень длинная.
– Конечно, – подхватил Ябу. – Как там, в Осаке?
– Хорошо. Помните тех разбойников, что преследовали вас на суше и на море?
– Разумеется.
– Мы захватили четыреста пятьдесят человек в ту ночь. Многие носили гербы Торанаги.
– У ронинов нет понятия о чести. Никакого.
– У некоторых есть, – оскорбился Дзодзэн. Его преследовал неизживаемый стыд за то, что когда-то он был ронином. – Кое-кто носил наши гербы. Никто не спасся. Все погибли.
– И Бунтаро-сан?
– Нет. Он… – Дзодзэн запнулся. Это «нет» выскочило случайно, но теперь, когда он его произнес, на попятный идти было поздно. – Нет. Мы не знаем наверняка. Его тела не нашли. Вы ничего не слышали о нем?
– Нет, – сказал Нага.
– Может быть, он и был схвачен. Вдруг они разрезали его на куски и раскидали останки повсюду? Мой господин хотел бы знать, какая судьба постигла его, если вы получите новости. В Осаке сейчас все спокойно. Идут приготовления к встрече регентов. А также к празднованию новой эры и, конечно, чествованию всех даймё.
– А господин Тода Хиромацу? – вежливо осведомился Нага.
– Старина Железный Кулак все так же силен и свиреп.
– Он все еще там?
– Нет. Выехал с людьми вашего отца за несколько дней до моего отъезда.
– А двор моего отца?
– Я слышал, что госпожа Кирицубо и госпожа Садзуко просили разрешения остаться с моим господином. Лекарь посоветовал наложнице господина Торанаги подождать месяц. Он считает, что дорога не пойдет на пользу ребенку, которого она ожидает. – Для Ябу он добавил: – Она ведь упала в ночь вашего отъезда, правда?