Чтение онлайн

Блэкторн радовался и сожалел, что в комнате вертится служанка и сёдзи открыты. Даже здесь, в чайном домике, Марико подвергала себя опасности, оставаясь в одной комнате с ним.

– Ты красивая, – сказал он по-латыни.

– И ты. – Ее лицо светилось. – Я очень горжусь тобой, адмирал. И Фудзико… О, она была так горда, что едва смогла улежать на месте!

– Ее ожоги, видимо, очень опасны.

– Не беспокойся. Лекари тут опытные, а она молодая, сильная и жизнестойкая. Сегодня вечером выбрось все из головы! Никаких больше вопросов об Исидо или Икаве Дзуккуе, битвах, паролях, наделах и кораблях. Сегодня вечером никаких забот – тебя ждут только чудеса.

– Для меня чудо – это ты.

Она стала обмахиваться веером, налила саке в чашки и ничего не сказала. Он наблюдал за ней молча, потом оба одновременно улыбнулись.

– Раз уж мы здесь не одни, стоить помнить об осторожности: языки у людей длинные. Но я так счастлива за тебя, – призналась она.

– Послушай, а что за другая причина? Ты сказала, есть еще причина, чтобы я пришел сюда сегодня вечером.

– Ах да, другая причина! – Его окутал знакомый запах духов. – У нас есть древний обычай, Андзин-сан. Когда женщина принадлежит одному, а думает о другом и хочет дать ему то, что запрещено давать, она ищет себе замену – подарок – самую лучшую куртизанку, которую может нанять.

– Ты сказала «думает» – это значит «любит»?

– Да. Но только на этот вечер.

– Ты…

– Я, Андзин-сан.

– Почему ты сказала об этом только сегодня вечером, Марико? Почему не раньше?

– Сегодня волшебная ночь, и ками явились к нам. Я хочу тебя.

В дверях появилась Кику.

– …Аллилуйя!

Ее поприветствовали и налили саке.

– Как мне сказать, что госпожа очень красива?

Марико объяснила ему, и он повторил незнакомые слова. Девушка весело засмеялась, принимая комплимент, и ответила на него.

– Кику-сан спрашивает, не желаете ли вы, чтобы она спела или станцевала для вас?

– А ты… Что предпочитаешь ты?

– Эта госпожа здесь для твоего удовольствия, самурай, не для моего.

– А ты? Ты здесь также для моего удовольствия?

– Да, некоторым образом – конфиденциально.

– Тогда, пожалуйста, попроси ее спеть.

Кику тихонько хлопнула в ладоши, и Ако принесла сямисэн, напоминающий трехструнную гитару, и подала Кику плектр из слоновой кости.

Кику объявила:

– Госпожа Тода, пожалуйста, скажите нашему почетному гостю, что сначала я спою «Песню стрекозы».

– Кику-сан, я почту за честь, если сегодня вечером вы будете звать меня Марико-сан.

– Вы слишком добры ко мне, госпожа. Пожалуйста, извините меня. Мне не следовало быть такой невежливой.

– Пожалуйста!

– Я постараюсь, если вам будет приятно, хотя… – Ее улыбка был прелестна. – Благодарю вас, Марико-сама.

Она тронула струну. С того мгновения, как гости прошли в ворота чайного домика, все ее чувства обострились. Она тайком следила за ними и пока они беседовали с Гёко-сан, и когда остались одни, думая, как можно угодить ему или поразить госпожу Тода.

Она оказалась не готова к тому, что скоро сделалось очевидным: Андзин-сан явно желал госпожу Тода, хотя и скрывал это, как делал бы любой цивилизованный человек. Не было ничего удивительного в том, что чужеземец пленился госпожой Тода, необыкновенно красивой и утонченной дамой, которая, что еще важнее, одна могла свободно разговаривать с ним. Что удивило Кику, так это то, что госпожа Тода желала его так же, если не больше.

«Чужеземец – самурай, госпожа тоже самурай, дочь родовитого военачальника и убийцы Акэти Дзинсая, жена господина Бунтаро! Э-э-э! Бедные мои! Как печально… Конечно, это кончится трагедией».

Кику почувствовала, что готова заплакать при мысли о горести жизни, ее тяготах.

«О, как бы я хотела родиться самураем, а не крестьянкой, чтобы стать хотя бы наложницей Оми-сама, а не просто игрушкой. Я бы с радостью отдала за это надежду на новое воплощение.

Отбрось печаль! Дари людям удовольствие! Это твой долг».

Она тронула вторую струну, чей звук был исполнен меланхолии, и заметила, что Марико увлечена музыкой, а Андзин-сан песня не трогает.

Почему? Кику знала, что дело не в ее игре. Она была уверена, что игра почти совершенна. Мало кто сравнится с ней мастерством.

Взяв третий, еще более красивый аккорд на пробу, она сказала себе: «Ясно, его это не радует», позволила аккорду замереть и запела без аккомпанемента. Ее голос метался, неожиданно меняя темп. Она училась этому годы. Марико опять была поражена, он – нет, и Кику снова остановилась.

– Сегодняшний вечер не для музыки или пения, – заявила она. – Это вечер для счастья. Марико-сан, как мне произнести на их языке: «Пожалуйста, извините меня»?

– Пер фавор.

– Пер фавор, Андзин-сан. Сегодня вечером мы должны только смеяться, да?

– Домо, Кику-сан. Хай.

– Трудно общаться без слов, но не сказать, что невозможно, да? Ах, я знаю! – Она прыжком вскочила на ноги и начала разыгрывать комические пантомимы, изображая даймё, носильщика, рыбака, уличного торговца, чванливого самурая, даже старого крестьянина. И представление оказалось так талантливо и забавно, что Марико и Блэкторн сразу же засмеялись, захлопали в ладоши.

Потом она подняла руку и стала с озорством показывать, как мочится мужчина. Как держит член в руках, отпускает его, схватывает, удивляется его малой величине, недоверчиво взвешивает в руках. Как он делает это во всякую пору жизни – начиная с детства, когда писается в постель и хнычет, и кончая немощной старостью, когда он стонет в экстазе оттого, что наконец удалось пустить струю.

Кику поклонилась в ответ на рукоплескания и отпила чаю, отирая пот со лба. Она заметила, что чужеземец поводит плечами и спиной, пытаясь облегчить боль.

– О, пер фавор, сеньор! – Она опустилась на колени за спиной Блэкторна и начала растирать ему шею. Ее умелые пальцы сразу нашли нужные точки, доставив мгновенное облегчение.

– О боже мой!.. Это… Хай… Как раз там!

Она прошлась пальцами там, куда он указал.

– Вашей шее скоро будет лучше. Слишком много сидели, Андзин-сан!

– Очень хорошо, Кику-сан. Вы почти превзошли Суво!

– Ах, спасибо. Марико-сан, у Андзин-сан такие широкие плечи, вы мне не поможете? Просто поработайте с его левым плечом, пока я займусь правым. Извините, но мои руки недостаточно сильны.

Марико позволила себя уговорить. Кику спрятала улыбку, когда он возбудился от прикосновений Марико, и порадовалась своей изобретательности. Гость доволен благодаря ее искусству и знаниям. Теперь им можно управлять, как это и должно быть.

– Уже лучше, Андзин-сан?