Чтение онлайн

Если бы Витя и Миша жили до революции, они наверняка оказались бы в положении Эллиса, потому что многие дети бедняков вынуждены были сами зарабатывать себе на хлеб.

Выходит, что в Майами Терри Дюперо неизбежно должна была встретить своих сверстников, однолеток, которые сами являются жертвами крупного жульничества. Речь не о Прыщавом. Такие мошенники, как Прыщавый, — это вроде мелкой рыбешки — лоцманов, сопровождающих морского хищника — акулу. Они и существуют, пока акула не поймана.

Но вряд ли кто может подумать, что Эллису нравится его жизнь. Что Терри или Брайен — ее старший брат — захотели бы добровольно поменяться с ним условиями жизни. И вряд ли можно подумать, что Эллис отказался бы от возможности ходить в школу, играть там и быть всегда сытым и одетым, быть на месте тех детей, которых не вынуждают работать вместо взрослых, чтобы побольше нажиться. И не вырастают ли на этой почве те, кто еще в детстве мечтает о такой профессии, которая позволит им всегда иметь заработок побольше; и те, кто готовы стать помощниками Прыщавого; и тот, по чьей вине должна была погибнуть Терри!

Ни Витя, ни Миша не задали себе этих вопросов, так же как не сделали этого взрослые журналисты из американских газет, но только, вероятно, по другим причинам.

На студии телевидения?

Дальнее путешествие

Зато Витя свято верил в то, что если обратиться к ребятам, то самое, казалось бы, неразрешимое дело будет выполнено.

Кто помогает чекистам ловить диверсантов? Люди самых разных профессий, и среди них — немало школьников.

Кто помогал партизанам во Франции, Италии, Голландии бороться с фашистами? Парнишки и девчонки из рабочих кварталов.

Если бы вдруг позвонили сейчас и сказали:

— Товарищ Виктор Череменцев? Говорят со студии телевидения. Приезжайте, пожалуйста, к нам. Мы слышали о ваших поисках и хотим вам помочь...

Витя откинулся на спинку стула... Сейчас он уже не видел учебника, лежавшего перед ним на столе...

Он уже сидит в студии, ну, конечно, и Миша здесь же. Их видят ребята всей Европы, Азии. И может, даже Америки.

Не торопясь, очень точно сообщает он историю Терри Дюперо, показывает фотографию этой семьи, объясняет, каким способом они пытаются найти виновных в том, что Терри едва не погибла.

— Понимаете, — говорит Витя, — те материалы, какие попали нам в руки, говорят об опасностях, которые грозили Терри. Нам сейчас трудно сказать, кому из тех, кто угрожал ей, удалось выполнить свои угрозы. Понимаете, нам пока приходится все время пользоваться, — Витя выговорил это слово уверенно, — фактами. И нам приходится самим многое...

— Придумывать, — подсказал Миша.

Витя поправил друга:

— Не придумывать, а создавать в уме все, как это могло быть на самом деле.

Но теперь пришло время, когда нужны точные факты, и потому они с Мишей спрашивают тех, кто сейчас слушает: могут ли они подсказать, что могло еще произойти с Терри в Майами? Каким образом она оказалась в океане, случайность это или преступление? Если преступление, то кто из ее врагов мог его совершить? Те, кто пришлет наиболее точные ответы или советы, будут помогать Вите и Мише в их поисках. До скорой встречи, друзья!

И тут же ведущий стал задавать эти вопросы на английском для иностранцев.

— Эх, если бы так можно было...

Витя закрыл глаза и попробовал представить себе Терри там, во Флориде. Он видел, как она шла с отцом по набережной, разглядывая яхты. Наверняка, как и наши девчонки на юге, она любит сунуть руки в карманы шортов и шагать с независимым видом. А сама уголком глаза наблюдает, смотрят и говорят ли, какая славная девчонка идет по городу Майами. И мальчишек, которые не обращали на нее внимания, потому что были заняты делом или делали вид, что не замечают, он тоже себе хорошо представлял. И тех ребят, из других стран, о которых было напечатано в газетах, он тоже мог бы себе вообразить...

Весь вечер, до самого сна, Витя думал о Терри Дюперо. Заснул он не сразу: едва закрыл веки, как, словно в калейдоскопе, всплыли перед мысленным взором события, о которых прочитал в заметках на чердаке: сама Терри Дюперо, ребята, разыскивающие Терри... Ему казалось, что он не спал, когда к нему подошел... итальянский писатель Джанни Родари и велел скорее одеваться. Он слышал выступление Вити по телевидению. Но нужно спешить. Скоро наступит утро, и ему не удастся познакомить Витю со всеми, кто мог бы помочь в поисках Терри.

Они вышли на улицу, и Родари взял Витю под руку, как взрослого. Но Витя почувствовал себя маленьким, каким он был, когда читал сказки Родари. Они шли по не знакомому Вите городу, но он сразу догадался, что это был Рим, когда Родари спросил:

— Ты любишь свой Ленинград?

— Очень!

— А я больше всех городов на свете люблю свой Рим. И хочу, чтобы у римских ребят была бы такая же светлая жизнь, как у ребят в Москве, Ленинграде, Праге, Варшаве, Будапеште...

— Где нет капиталистов? — спросил Витя.

— Ох, уж мне эти толстосумы Помидоры, — сказал сердито Родари. — Может быть, ты думаешь, что я выдумал своих героев? Что ты, чудак, разве таких можно выдумать? Я подглядел их здесь на улицах, в домах и только назвал их по-другому. Да иной раз заставлял поступать так, как мне, зная их настоящий характер, казалось: они обязательно так поступали бы в жизни, попадись им подобный случай. Книжки, выдуманной целиком из головы, не бывает. Она умирает, еще не выйдя в свет. Вот смотри, — он с силой сжал Витин локоть, — помнишь, у меня в «Путешествии голубой стрелы» игрушки встречают мальчика, спящего в сыром подвале, видят девочку, замерзшую зимней ночью в подъезде одного из домов, потому что у ее родителей не было денег, чтобы платить за жилье? А помнишь маленького мальчика Франческо, который днем продает конфеты, поздно ночью убирает кинотеатр, а утром бежит в школу и там дремлет, потому что никогда не может выспаться? Конечно, ты и сам понимаешь, что путешествие игрушек я просто выдумал. А этих ребят, которых видели игрушки, я встречал сам, я их знал. Их немало в Риме. И не только в Риме. Ты встретишь их в каждой стране, где заводы, фабрики, поля принадлежат одним, а работают на них другие. Пройдись-ка по свету — увидишь. И только они помогут тебе узнать всю правду о Терри...

Джанни Родари отнял руку. Витя повернулся к нему, но Родари уже уплыл в глубь улицы.

Витя совсем было растерялся: один в чужой стране... Но издалека раздался призыв писателя:

— Иди, не бойся, у тебя же есть карта.

В самом деле, слева от Вити висела карта, огромная, как занавес на сцене в театре. Стоило Вите сделать шаг, как карта ожила. На ней появились города, и селения, и автомашины, и люди. Он шел по Италии. Рядом с ним оказался репортер. Через плечо в сумке у него висел портативный магнитофон. Впереди на склонах горы раскинулся городок Греньяско. Витя вслед за репортером подошел к воротам обувной фабрики. Было еще полчаса до смены. Репортер остановил трех работниц, завел с ними разговор. Держа перед собой микрофон, он включил магнитофон, висевший у него на плече; репортаж он вел быстро, поднося микрофон то к себе, то к работницам, и Вите никак не удавалось задать свой вопрос о Терри.