Чтение онлайн

Когда Терри возвращалась из школы домой с девочками с их улицы, Чарли подстерег ее возле аптеки, куда Терри с подругами хотела зайти, чтобы купить жевательную резинку. Чарли встал против нее, скрестил на груди руки и, покачиваясь на носках, потребовал:

— Ну что, отдашь деньги?

Испуганные подружки отошли. К счастью, Терри увидела на другой стороне улицы брата и крикнула:

— Брайен!

Чарли мельком оглядел коренастую фигуру подходившего подростка и отступил, бормоча: «Ничего, я тебя еще скручу. Мы с тобой и твоим братцем еще посчитаемся. Из Нью-Йорка сюда недолго добираться. Тогда поглядим. «Капелланы» не прощают...»

На следующий день он пригрозил ножом соседке Терри по парте — Магде — и отобрал у нее деньги, которые ей дали дома на завтрак. Магда плакала, но ослушаться не посмела. Мальчишки из класса делали вид, что это их не касается. А Магда оправдывалась перед Терри: «Чарли говорит, что по законам их банды он должен жестоко наказать всякого, кто откажется платить ему долг».

От невеселых мыслей Терри оторвал голос отца:

— Идемте, друзья, в сад: я покажу, что принес.

В саду отец развернул сверток — это был новехонький фотоаппарат. Когда все его осмотрели, отец предложил:

— Теперь давайте я вас сфотографирую.

Терри не хотела выпускать из рук чудесный прибор и закричала:

— Я! Я сфотографирую! Можно?

Мама посмотрела, улыбаясь, на отца, и он согласился.

Показав, как навести аппарат, мистер Дюперо поспешил усесться рядом с женой. В последнее мгновение Рене забралась ему на плечи. Брайен, утверждавший, что вряд ли у Терри получится снимок, присел на корточки.

Такими они и вышли на фотографии на фоне сада — веселыми, дружными, не чувствующими надвигающейся беды.

...Так ли все это было или по-другому, сейчас установить было затруднительно, тем более заочно. Но нужно очень внимательно прочитывать документы.

Вот, например, в подписи к снимку есть слова: «Перед отъездом во Флориду». Может, кто другой решил бы, что это какой-нибудь близлежащий город, где жила бабушка Терри. Но только не тот, кто внимательно слушает радио, читает газеты и тренирует память.

Слово «Флорида» несколько лет назад звучало почти в каждом разговоре, который вели мальчишки и взрослые. Потому что на свободную революционную Кубу собирались напасть американцы. Нападение это готовилось с Флориды — самой близкой к Кубе территории США...

Все это Витя отлично помнил, хотя с тех пор прошло больше двух лет. Помнил и то, что на Кубе не бывает холодов. А раз так, — значит, Флорида на юге?! Но когда ездят на юг всей семьей? Конечно, когда у родителей отпуск.

Нет ли оснований считать, что семья Дюперо направлялась во Флориду именно отдыхать? Конечно, пока не была найдена основная часть статьи о трагическом происшествии, трудно было утверждать, что Витино предположение абсолютно верно. Но оно было вполне возможно. Так же, как было возможно существование Чарли Торнтона и его участие в банде «Капелланов». Потому что перед Витей лежали листки с описанием нью-йоркских банд малолетних хулиганов — и название «Капелланы» повторялось очень часто.

Если предположить, что угроза Чарли Торнтона стала известна отцу Терри, он, конечно, захотел выяснить, кто такие эти «Капелланы» и чем они могут угрожать его дочке.

Пожалуй, мистер Дюперо все может разузнать в самом Нью-Йорке, у репортера, который в свое время написал книжку о всех этих бандах, — у мистера Аллена. Но для этого Дюперо нужно попасть в Нью-Йорк... Разве это невозможно?

В редакции.

Мальчик дает показания.

Что кричали разносчики газет

В один из последних дней сентября Артур Дюперо с семьей побывал в местном бюро путешествий. Перед ним разложили десятки многокрасочных рекламных проспектов, сложенных гармошкой. Миссис Дюперо склонялась к тому, чтобы провести отпуск в штате Нью-Йорк. В рекламном листке снимки показывали то зеленые склоны холмов над лесными озерами, то пенистый прибой и песок океанского пляжа. Отдых в долине на скотоводческом ранчо сменяло плавание на парусном боте. На нем можно было проплыть свыше пятисот километров по северным рекам и озерам.

— Мамочка, смотри, детская железная дорога! — закричала Рене.

— Где это?

— В Нью-Йорке, — ответил Брайен и, восхищенно поглядывая на снимок, где полуголый парень управлял яхтой, предложил: — Здорово было бы проплавать все каникулы на яхте.

— А ты, Терри, что предлагаешь? — спросил отец.

— Я бы хотела... Не знаю... просто плыть куда-нибудь, слушать музыку...

— Я хочу покататься на детской железной дороге, — заупрямилась Рене.

— Ну, — сказал мистер Дюперо, — предлагаю решение, которое устроит всех: мы едем во Флориду. Но сначала мне по делам придется заехать в Нью-Йорк и в Цинциннати. В Нью-Йорк полетим, там возьмем машину напрокат и покатим на ней.

— А почему сразу не на нашей?

— Так дешевле. Согласны?

Этот план был единогласно одобрен, и уже через несколько дней семья Дюперо остановилась в Нью-Йорке, в одной из гостиниц.

Пока мистер Дюперо ездил по делам, Жанна Дюперо с детьми осматривала город. Они побывали на детской железной дороге, в зверинце, катались на пароходе по заливу и осмотрели здесь огромную статую женщины. Ее называли статуей Свободы. Дети помнили, как учителя объясняли: эта статуя означает, что все в США свободны...

На второй день пребывания в Нью-Йорке мистеру Дюперо удалось встретиться с журналистом Алленом, которого он разыскал в редакции нью-йоркской газеты «Уордл-телеграмм». В комнате, где стучали телеграфные аппараты — телетайпы, сотрудники газеты склонились над ними, вылавливая интересные новости из разных концов света.

— Можно увидеть мистера Аллена?

— Эй, Джордж, с тобой хотят поговорить.

Один из журналистов оторвался от ленты телетайпа и повернулся к мистеру Дюперо:

— Слушаю вас. Ах, вот оно что. Ну что ж, я готов рассказать все, что мне известно об этом. Но будет ли это связано с вашей дочерью — не знаю. Я ведь не занимался ими специально. Я просто решил год поработать учителем в школе, чтобы понять, что в ней творится. Я поступил учителем в одну обычную школу в Нью- Йорке. — Мистер Аллен усмехнулся. — Мне пришлось нелегко во всех отношениях. Вы знаете, сколько мне платили? Как всем начинающим учителям, мне установили жалованье меньше, чем у сторожа зоопарка. Правда, если бы я проработал семь лет, мне бы повысили плату. Но и в этом случае я бы получал меньше, чем старший мусорщик. Это уму непостижимо, как учителя сводят концы с концами. Девять из десяти, проработав весь день в школе, вынуждены прирабатывать еще на стороне — официантами и надсмотрщиками на газопроводе... Вы думаете, это только мое мнение? — журналист взял со своего столика журнал «Коммонуэлс» и показал заголовок статьи: «Учитель стал в Америке самым дешевым человеком в стране». — Да, так вернемся к вашему делу.

Аллен достал из письменного стола папку с бумагами и, перелистывая их, пояснил:

— Тут у меня сведения о многих хулиганских шайках Бруклина —того района Нью-Йорка, где я работал. Они существуют там почти вокруг каждой школы. — Он вынул несколько напечатанных на машинке листков. — Вот взгляните, может быть, вы ищете этих?

Это был отрывок из протокола допроса одного ученика средней школы в Бруклине.

«Судья. Сколько дней ты присутствовал на занятиях?

Мальчик. В феврале? Ни одного. Вы спрашиваете, почему? В нашей школе есть банда. Она называется «Капелланы». Они подошли ко мне и спросили, где я живу. Я им сказал. Тогда они мне говорят: «Разве ты не знаешь, что тебе не следовало бы ходить в школу?!»