Чтение онлайн

Несмотря на отсутствие некоторых конечностей и возраст, тот скакал, как ошпаренный кипятком, то и дело издавая нечленораздольные радостные возгласы. Спустя несколько лет, после того памятного дня, как выразился этот еба… Кхм, Сильванус, если такой любитель милых зверушек, как Хагрид не разобрался, кого он поймал, то это же просто АХЕ… Ну вы поняли.

Скачущий на всех порах Кеттлберн произвёл на Александра двоякое впечатление. Мужчина не понимал, как профессор так от боли не скручивался. Ведь травмы, оставленные магическими тварями оставляют после себя неизлечимые следы, если повезёт закрыть рану.

– Так-так-так, доброе утро, Аргус, Хагрид. И кто у нас тут такой, красивый, - достав палочку, Сильванус проковылял к клетке.

– Ррр, о ещё один. Пшол отсюда (ПИп, ПИИИИп, ПППППИИИИП) огрызок и убери свою, Ррар, палку, а то засуну туда, где даже проктолог не найдёт.

– Оооооо, так-так-так. Интересно, с виду похож на джарви, но те не говорят такими длинными и непонятными фразами и только матом кроют. Это просто великолепно, его надо изучить.
– То и дело размахивал своей палочкой Кеттлберн, отправляя в тварюшку диагностические чары.

– Сам себя изучи, ррраРАр, пособие по патанатомии.

– Великолепно, оно ещё и отвечает внятно. Нужно досконально изучить, какое у него строение, тут я не смогу полностью осмотреть эту особь. Хагрид, я его забираю в лабораторию. Это, что же. Какое открытие!!! Полность разумный джарви, хехехе!!! Или не джарви?!

Профессор Кеттлберн завёлся не на шутку, то и дело размахивал руками и пританцовывал.

– Ээээ, - послышался громкое глотание, что было слышно даже при восхищённых возгласах одного инвалида с палочкой.

– Белобрысый, ты это, не отдавай меня этому огрызку. Не хочу, чтобы на мне опыты проводили и мозги мои изучали. Я лучше воротником стану, так-то мучится не буду, - проскулил невиданный зверь.

Александр не выдержал и расхохотался, привлекая к себе внимание собравшихся волшебников.

– Какая однако интересная тварюшка, - всё так же восхищался преподаватель УЗМС.

– Иди на (ПиииииП) огрызок. Белобрысый не стой, спасай, ты же тут один нормальный. Нормальный же? НУ!?

Проигнорировав мольбы сего создания, Алекс махнул рукой двум “полулюдям”, дескать, сами разберитесь.

Под жалобные стенания тварюшки и старания давить на жалость, к удивлению двух профессоров Хагрид начал хныкать над незавидной судьбой бедняжки, как будут голодать её детки, когда маму разберут и изучат.

– ЫЫыыы, жалко зверюшку, у неё же ыыы, детки маленькие. Хны, а куры, чегой-то. Малюток, жалко. Они же без мамки останутся ЫЫыыы.
– Выдал этот простодушный здоровяк. Затем и вовсе достав платок с размеру полотенца высморкался, да так, что на него посмотрели абсолютно все.

– Так всё, заканчиваем этот дурдом, никто её резать или кромсать во имя науки не будет, думается мне наш воришка врёт про деток. Ведь я прав?
– Начал давить Алекс, направляя силу на зверюшку.

Разумный зверёк, как и положено более слабому, попав в эпицентр воздействия, задрожал от испуга, почувствовав, как-будто перед ним стоит, не просто человек, а дракон какой-то. Чувство всепоглощающего отчаяния, заставило того забится в конец своего временного узилища, заставляя находится как можно дальше от этого страшного создания. Зверёк не заставил себя долго ждать и отвечал на все заданные вопросы. Как и предполагалось ранее, это был джарви. Осознал же себя зверь полностью, как полноценную личность, не больше года назад. Далее стало понятно, что тварюшка была самкой. На вопрос, как так получилось, что она полноценно обрела разум, пленница рассказала про проглоченное вместе с садовым гномом невесть откуда взявшееся яйцо. Зачем садовому гному было нужно яйцо, было не понятно, но Сильванус поставил себе мысленную заметку, поискать информацию про волшебные яйца, что даруют разум разным животным. Далее тварюшка добралась до своей норы и уснула на несколько месяцев. Ведь когда она засыпала, вокруг всё было зелёным, а проснувшись, она увидела только грязь и голые деревья. Далее была получасовая история, как она проживала рядом с бывшим преподавателем медвуза. Причиной же столь интересного соседства были куры, которых держал этот старик. Ведь, по её словам, ей стало не очень приятно есть садовых гномов: “Вкус у них отвратный, и как я их раньше ела?” Так она жила, пополняя свой словарный запас не только матом, а так же умными словами, пока по её душу не пришли ловцы диких животных. Покинув опасное хлебное место, она долгое время бродила по сёлам и фермам, разоряя курятники, пока её не потянуло на север. А дальше она нашла сокровище: курятник Хогвартса. Наполненная магической энергией местность благотворно повлияла на кур, которые росли, как на дрожжах, становясь более питательнее для магов и магических созданий. Вот и подсела она на магически насыщенный “корм”.

После того, как ему не позволили забрать мутировавшего джарви на опыты недовольный Кеттлберн отчалил, напоследок просканировав зверя заклятиями и набрав немного слюны, крови и шерсти. Хагриду было жаль бедную зверушку, что настрадалась бегать туда сюда. Похоже тот уже и позабыл, как воришка жрал его подопечных. “Ну какой же он всё таки простодушный”, - подумал Александр.

– Я чего к тебе приходил Рубеус, мне нужно растение какое-нибудь редкое из запретного леса. Меня пригласили в гости Спрауты, хочу сделать подходящий подарок.

– Энто ты хорошо придумал, подарки дарить нужно. Могу показать поляну, где много чегой растёт, дааа. Там и полынь есть, и пару кустов мандрагоры видел.

– Мандрагора это хорошо, но мне на самом деле, нужно что-то более редкое.

– Дай-ка покумекаю. Дааа. Может тебе та травка подойдёт. Тока там, того, не очень безопасно.

Александр уже догадался, что небезопасное место в таком опасном месте, как Запретный лес, могло быть только в паре мест и одно из них, очевидно, возле логова питомца Хагрида. Акромантулы те ещё неестественные для биома твари. Выведенные каким-то гением-неудачником-химерологом в древности, как охранные твари, что вырвались на свободу и сожрали своего создателя. После чего заполонили остров, пока не были обнаружены и выловлены для разных нужд. Никто точно не знает, когда именно в Запретном лесу появилась колония этих тварей. Но по экспертному мнению Александра всё свелось ко времени предшествующему незадолго до Статута, а возможно, что и к Салазару. Ведь василиска нужно было чем-то кормить.

– Как думаешь, сможем выкопать это растение так, чтобы не повредить? Или на крайний случай собрать семена.

– Семена-то энти можно собрать. Тока копаться придется руками и искать в земле.

– А, что это за растение такое?

– Дык сам не знаю, как энто называется, но цветы у него красивые и вкусна пахнут. Тока нужно пару тушек прихватить, а то она того, эээ сильно больно колется.

“И что, это за растение такое, что оно сильно колется даже для Хагрида. Была бы другая семья, она бы от такого подарка могла бы обидится. Мда, даже банально цветы не купишь. А на по-настоящему стоящий подарок денег не хватит. Ээээх, жизнь моя жестянка, что ни день без приглашения, да и Помоне отдельно подарок, нужно сделать зачем-то. Ещё и Филиус со своими шутками. Зять Спраутов. Ещё чего напридумывал”.

– Слухай, может того, не надо энту травку трогать, может вот возьмёшь воришку? Скока помню, у профессора Спраут не водилось зверушки. Вона у всех ребятишек было разное, а у неё не припомню.

– Не думаю, что это хорошая идея. Она же материться так, как не каждое отребье из Лютного.

– Дык, ты поговори с ней, Может, энто эээ, как его, она поймёт и не будет того. Вон как, она говорила же, грамутно и учёно, во.

– Знаешь идея хорошая, но мне кажется твоя больно колючая травка нам тоже понадобится.

– Ободжи, сейчас того, арбалет возьму. И энто, лопаты тоже.

– Ага, жду.

Когда Хагрид ушёл, мужчина повернулся к притихшему зверьку.

Как же она ошибалась, когда просила помощи у этого белобрысого чудовища. А теперь ей приходилось забиваться в конец своего временного узилища, так как её будут дарить самке этого чудовища. Она не знала, что было бы лучше: если бы её забрал к себе тот огрызок или если бы её пустили на воротник. Хоть во втором случае она бы не мучалась долго. С вот такими тревожными мыслями, недавняя разорительница и страх кур, сама стала потенциальной “жертвой”.