Чтение онлайн

Каллисто вновь взяла слово, продолжая речь Нирана:

— Когда смертные поймут, что их истребляют, они не станут молча терпеть это, и начнется война, а убить их всех означает обречь на смерть себя. Во Вселенной полно мертвых миров, кто-то так и не догадался об этой закономерности, но продолжил вливать в себя тьму, пока она не поглотила его.

— Тогда почему ваш мир отгородился от нас, раз вы так зависите от людей?

Все смотрели на Сфайрата, Вэлиан и Эланис, попеременно переводя взгляд с одного на другого. Сфайрат решил ответить сам, ведь он был единственным представителем от тех, кто однажды установил эту завесу, отгородив мир людей от всех остальных.

— Люди уничтожают всех тех, кто не похож на них, они по природе своей завистливы. Мир без магов не перестанет существовать, он будет ровно таким каким вы его привыкли видеть здесь, но другие существа, которые привыкли жить с ней в соседстве, пользоваться ее даже минимальными плодами, не хотят умирать, они устали от бесконечных войн и истреблений. Народы за чертой не воспроизводятся так быстро, как люди, мы не рожаем детей каждые девять месяцев, но умираем, пронзенные кинжалом в сердце также быстро, как и все остальные. Однажды, мы решили, что если человеку проще жить без магии, без того, что застит ему глаза, то нам лучше дать ему этот мир, что мы и сделали. Все те единицы магов, что остались здесь, это было их выбором или же, — Сфайрат взглянул на рыжеволосую женщину, а потом на Нирана, — вы потомки тех, в чьих жилах текла магическая кровь. Сейчас же, над миром нависла угроза, не только над нашим, но и над вашим. Представим, что улицы наводнят толпы мертвых, некромант нашел способ сделать их быстрыми, быстрее тех едва ползущих мертвецов, что я видел раньше. Предположим человек справится с этим, но какой ценой? Вы не сможете стоять в стороне и смотреть, как они погибают. Вы обнаружите себя. Ваш мир обнаружит себя. Что до наших правителей и хранителей, они не вмешаются до тех пор, пока это не поставит под угрозу нас самих. Но если это произойдет, то наступит время как две эпохи назад. Мы не просим о помощи людей, мы просим вас, тех что находятся в тени, потому что это и в ваших интересах.

Нелюди молчали в ответ на это, Вэлиан закончила карту, окинув взглядом их всех.

— Все может быть не так мрачно, все говорит о том, что он безумен и выбрал своей целью одну небольшую страну, но раз он наведался в этот мир — значит его что-то связывает с ним или что-то будет связывать. Но Сфайрат прав, только вам решать сейчас: дожидаться разворачивающихся событий и познать весь интерес людей к собственным персонам, который, я предполагаю, уже имеет место быть, но вы как-то справляетесь с этим, либо пресечь это явление на корню и остаться жить в том мире, в котором вы привыкли.

Они переместились домой к Сфайрату, он не убрал руки с ее талии, наоборот, прижал к себе покрепче, тогда как она все-таки попыталась освободиться, чтобы разуться.

— Ты не сказал им о том, что они могут жить среди нас, ведь Договор предполагает это. Мы живем среди них, они, с таким же успехом, могут жить среди нас, кроме этих странных нелюдей, бессмертных. Ты встречал их раньше? Я с трудом поняла, что это такое.

— Да, я не сказал этого. Во-первых, потому что многих из них в нашем мире ждет смерть, а во-вторых, кое-кто в их компании знает об этом, но предпочитает молчать, довольствуясь таким положением вещей. Да, я встречал подобных Брэду и Стивену, некоторые из них владеют достаточно внушительными состояниями, кто-то стоит у руля, а кто-то взял перерыв, исчезнув с мировой арены и от вездесущего внимания папарацци. Какой-то серьезной угрозы они не представляют, скорее, это местный аналог противовеса вампирам и оборотням, которую в нашем мире взяли на себя маги.

Вэл немного помолчала, а потом кивнула, признавая допустимость его теории.

— Мало ли чем он там довольствуются, они имеют право знать, — Вэлиан отклонилась назад, стягивая с ног туфли. Ноги устали и так и просят, чтобы ступни вытащили из удобных, но все-таки порядком поднадоевших лодочек, в которых она так и ушла из офиса, забыв переобуться в сапоги.

— Имеют, но не мне просвещать их на эту тему. Я не самый достойный представитель своего рода, к тому же не хранитель.

Вэлиан поняла: Сфайрат создал сейчас себе обтекатель, не решившись взять на себя ответственность за сомнительные действия ненавистной ему расы.

— Ты ведь говоришь о Ниране и Каллисто? Они ведь единственные маги в той компании.

— Почему ты так решила? Или тебя так задело, что он зовет тебя эльфом, а девушка относится к тебе с неприязнью?

Взору Сфайрата открылась красивая линия шеи, ключиц и небольшого, открытого участка груди в треугольном вырезе блузки с дразнящей воображение впадинкой.

— Я считала, что это задевает Эланис, но оказывается еще и тебя, раз ты заметил это, — она смешливо сверкнула глазами в его сторону, — это ревность или попытка понять: приняла ли я его насмешки за внимание?

— И то и другое, — надо признать, что было его вопросе нечто собственническое, но не потому что он не доверял ей, а просто потому что хотел услышать ответ.

— Он совсем не похож на тебя, а мне нравишься ты. Что насчет девушки, я переживу это неприятие, мне нравятся мужчины, а ей я нравиться не обязана. Я понимаю, что ты делаешь, Сфайрат.

Девушка обернулась еще раз, одарив его смеющимся взглядом. У нее отличное настроение, еще бы! Никаких ссор, и с не людьми удалось договориться, да еще и время отлично провели.

— И что же ты понимаешь?

Сфайрат улыбнулся ее словам, все-то она понимает.

Как начать разговор о том, что случилось вчера? Это обязательно будет ссора. И она отгородится от него.

«Отгородится, да и отойдет. Ну хоть ты не уподобляйся ее отцу и Тристу, что все скрывал от нее, и не мог признаться по долгу службы. Отца еще можно понять, он боялся за жизнь дочери, но не эльфа этого. Трус он, вот как это называется! И еще ты! Я говорил тебе вчера, пытался достучаться, что не торопись, поговори сначала с ней, договорись, но нет, ты решил договориться с ее отцом. Ведь так вернее! Пить меньше надо! Завтра она будет чувствовать себя дурой, что поверила тебе и отцу. Пусть лучше почувствует дурой себя сейчас, чем завтра при огромной толпе народа».

Гнетущие и терзающие мысли снова заполнили его сознание, стоило только вернуться из дома гостеприимной пары. За разговорами о некроманте и о магии, нелюди (это прозвище гораздо лучше, чем «иные» и, похоже, приклеится к ним, у него так точно) продолжили задавать вопросы об их мире, просили рассказать о войнах, и из-за чего они возникали, интересовались существами, что населяли их мир, приводили примеры из книг и фильмов, спрашивая было ли что-то подобное у них. Даже обвинили их не в каноничности, но, скорее, шутливо, объяснив им, что они и сами вне канона и совсем не походят на то, какими их рисуют люди.

— Я все-таки дам тебе почитать ту книжку, — пообещала Вэл в ответ на его первое недоумение.

Любопытная компания, в которой сразу чувствуешь себя своим и не испытываешь отчужденности, как бывает при только что оформившемся знакомстве и возникающих первых неловких вопросах, больше касающихся чего-то общего, чем на самом деле интересного, что-то по типу: «Дракон? Ммм…вы и правду огнем плюетесь?» Нет. Не плюется. Он воспитанный дракон и поливает пламенем, даря легкую смерть.

«С каких пор ты вообще трусишь? Начни этот разговор, а дальше будь, что будет.»

Она сняла туфли, уменьшившись на несколько сантиметров, с явно читающимся на лице выражением облегчения и удовольствия.

— Боги! Наверняка, эта пытка была придумана вами, чтобы мы чаще вспоминали вас и восхваляли ваше существование, — она прикрыла глаза на мгновение, чтобы тут же распахнуть их и посмотреть на него с улыбкой, — ты хочешь услышать, что он мне не нравится. Так ведь?

Он не трусил, он просто хотел продлить момент перемирия. Всего несколько часов прошло с того момента, как все успокоилось, и она потянулась к нему. Всего несколько часов, как он принес ей извинения. Сфайрат мог найти и находил тысячу причин, почему ей не стоит говорить этого. Неделю назад он так и сделал бы, но не сейчас.