Секретарь дьявола или черти танцуют ламбаду
Шрифт:
Я ненавижу себя! И убил бы, если бы это могло вернуть мне Рыжика.
– Вылезай! – громкий стук по стеклу пробился к моему помутнённому сознанию и больно ударил по нервам.
– Иди к ангелам, Варин! – недружелюбно послал вампира и замотался в плед на заднем сиденье.
– Хватит упиваться жалостью к себе! Ты дьявол или размазня?
Дверь распахнулась, и жёлтый свет резанул по глазам. Зарычал и замотался сильнее. Вампир не сдавался.
Одним рывком за обе мои ноги я оказался на «свободе», собрав головой порог автомобиля и бетонный пол, но кажется, друга это не сильно заботило.
– Что ты творишь?! – вспылил я, вскакивая на ноги, испытывая ломоту во всём теле от долгого лежания.
– Иди к ней, – коротко приказал вампир. Именно приказал, а не посоветовал. Его глаза полыхали бешеным огнём, он и сам был в шаге от трансформации.
– И что я… скажу? Извини, Рыжик, я ни хрена не смог сделать? Но мы можем быть вместе, я буду наблюдать за твоей медленной смертью, а потом жить вечно после тебя?
– Ты трусишь, потому что бережёшь свои чувства. Сделай шаг, разберёшься потом. На месте. Всегда есть выход и сейчас найдётся.
Меня даже передёрнуло.
– Трушу? Да я, блять, перепробовал всё! Сходил к отцу, уговаривал, убеждал, просил и унижался, ходил к ундинам и колдунам, я бы душу дьяволу продал!.. да я готов кожу с себя снять и станцевать джигу. Но я не готов смотреть, как из моего самого дорогого и любимого человечка утекает жизнь. Быть рядом, не в состоянии что-либо изменить. Это выше моих сил. Я ничтожество и слабак – как угодно, но я не стану смотреть, как умирает Алёна.
– Отец не сделал тебя смертным? – уже спокойнее спросил вампир, видя моё состояние. Куда-то метнулся и через мгновение сунул мне в руку стакан с кофе. Даже кофе напоминает мне о Рыжике.
– Как видишь, – горько усмехнулся я. – Сказал, переродит меня, если только посмею, вырастит, а потом вернёт память, чтобы я заново мучился и больше подобными глупостями не страдал.
– Гуманно… – выдохнул вампир, подпирая капот моей машины.
– Сходи хоть встреться с Гавриилом, – предложил вампир.
Я выдохнул, опускаясь на корточки.
– Чтобы узнать, что она счастлива без меня? Я же не смогу остановиться, буду маячить, как маньяк, возле её ног. И Рыжику жизни не дам и сам доиграюсь. Мне нужно отпустить её – это самый правильный вариант в данной ситуации.
– А вдруг несчастна? Вдруг вспомнила? – не унимался вампир. – Поговори с Гавриилом. Я рядом буду, и если что пойдет не так, я быстро тебя затащу в ад и лично закрою в подвале, а ключи съем.
Я бы усмехнулся, если были бы силы. Неужели и вправду ничего нельзя сделать? Столько раз я задавался этим вопросом…
Есть один единственный вариант, где даже отец не сможет ничего изменить, но он, увы, не выполним.
– Всего один разговор с серафимом и домой, – не отставал вампир. – Я же тебе жизни не дам.
– У меня и так её нет, – отмахнулся я, но поднялся и направился к дверям. – Всего один… – обречённо согласился я, не в силах устоять.
Следующие два часа я отмывался, брился, подстригался и приводил себя в порядок. Как выяснилось, прошло уже полтора месяца, и я изрядно запустил себя.
С каждой минутой руки тряслись всё сильнее. Мандраж охватил всё тело, прерывая дыхание. Я то и дело испуганно замирал, прикрывая глаза. Страшно…
Встреча была назначена в людном месте, чтобы я не смог сорваться. Оделся по-весеннему, прикрыв глаза большими чёрными очками. Варин не стал изменять себе и надел плащ, глаза прятала длинная чёлка. И вообще, вампира принимали за неформала или гота.
Переступив порог людного кафе на Невском, я сразу почувствовал своего давнего приятеля и должника по совместительству. Однажды я сделал Гавриилу пропуск в человеческий мир, и когда к нему обратился, серафим поспешил вернуть долг.
Он сидел в дальнем углу в простом строгом костюме. Лица коснулась старость, но ему очень даже шло.
Мы пересекли зал и устроились за прозрачным столиком.
– Ты похож на джентльмена, – усмехнулся Варин, протягивая серафиму руку.
– На бизнесмена, – улыбаясь, поправил Гавриил. – А вы – на две бледные тени. Что-то ты затянул с появлением, я уже волноваться начал. Решил, что может не так уж тебе и нужен Рыжик.
Я дёрнулся, как от удара, и тут же сжал руки. Кровавая пелена застилала глаза.
– Ты поосторожнее, – предупредил вампир. – Он нервный в последнее время. А тема Рыжика для него болезненная.
– Как она? – хрипло спросил, стараясь унять бешеный ритм сердца.
– Приди да узнай, – усмехнулся серафим. – Хорошая девчонка, как дочка мне стала. И я бы предпочел, чтобы ты со своим адом держался от неё подальше, но есть одно обстоятельство…
Волна адреналина прошлась по телу, и даже сердце перестало стучать.
– Какое? – мой голос стал глухим и жалобным. Совсем размяк.
– Я в шпионы не нанимался, – скривился серафим. – Обещал, что помогу девочке после возращения, присмотрю, подтолкну в нужном направлении, а больше ничего не обещал.
– С чего такой враждебный настрой? – слегка удивился я. Даже голос прорезался.
Гавриил вздохнул и потёр глаза.
– Я полюбил Валентину. Хорошая женщина, добрая… – признался он. – А после того, как ты Рыжика заберёшь… – серафим тяжело вздохнул и откинулся на спинку. – Кто знает, как повернётся? Вдруг она замкнётся, откажется от меня, умрёт от горя. Это ведь её единственная дочь.
Я задумался. М-да… ситуация.
– А с чего ты уверен, что заберу? – насторожился я.
Мужчина криво усмехнулся.
– А что, бросишь? – лукаво спросил он, изогнув бровь. – В таком положении женщин не бросают…
– В каком положении? – хором спросили мы. Варин был удивлён не меньше.
– Пойди и узнай, – спокойно повторил Гавриил. Волнение тугой струной скрутило живот, и я понял, что теперь точно не смогу отказаться. Старый прохвост серафим посадил меня на крючок. И я даже уверен, что он это нарочно сделал!
– Хорошо, – согласился я. – Если действительно получится Рыжика забрать, не волнуйся насчёт Валентины: я сделаю так, что она не умрёт от горя и точно от тебя не откажется.
– Обещаешь? – в серых глазах мужчины появился проблеск надежды.
– Даю слово, – заверил я и пожал руку.
Из кафе вышел на ватных ногах и остановился на тротуаре, подняв лицо к небу. Радостное волнение и трепет охватили душу, так бывает, когда ожидаешь чего-то хорошего. Неужели Рыжик помнит? А может, даже выход нашла?