Чтение онлайн

Пришла моя очередь протяжно мычать. Плодное яйцо? Сердце задребезжало так, что думала, потеряю сознание, даже в глазах потемнело.

– Я не знаю, – растерянно сглотнула и посмотрела на узистку.

Женщина снисходительно хмыкнула.

– Безалаберные девки пошли, – укоризненно произнесла Наталья. – Ведут беспорядочный образ жизни, а потому удивляются утренней тошноте.

Меня окатило волной гнева, я даже выдернула… хм-м… аппарат и поднялась.

– Этот вопрос лучше задать моему лечащему врачу, – процедила я, хватая штаны. – Потому что восемь недель назад я была в коме. А вы, Наталья, внимательно читайте карту в следующий раз.

Женщина хлопнула глазами и потянулась за историей.

– Я сейчас всё запишу и снимок распечатаю, – виновато произнесла она, усаживаясь за компьютер. Меня откровенно трясло. – Подождите в коридоре, я сейчас всё вынесу.

Беременна.

Беременна… вот, дьявол! Беременна, чёрт! Как такое возможно?

Ноги не слушались.

Выплыла, держась за стену, и сразу угодила в заботливые руки отчима.

– Что с тобой? – подхватилась мама, вскакивая со стула.

Ещё минуту я просто дышала, приходя себя. Реальность подступала медленно. Может, узистка тупая и просто ошиблась? Давай, Стрельникова, бери себя в руки! Где твой внутренний стержень? Вообще всю хватку растеряла, не Рыжик, а мямля.

– Поздравляю, ты скоро станешь бабушкой, – выпалила я и забрала у Эдуарда воду. – Вы, кстати, дедушкой. Кого бы вам больше хотелось, Эдуард: внучку или внука.

Мужчина заметно побелел, а у мамы дёрнулась щека, и она тут же нахмурилась.

– Алёна! Я уже говорила, что твои шутки слишком циничны.

– А я не шучу, – серьёзно ответила, как раз в этот момент вышла Наталья.

– Вот. Я тут всё расписала. В общем, если хотите аборт сделать, то поторопитесь: срок уже немаленький. Можно только до двенадцати недель, – выстрелила узистка, словно из автомата, и скрылась за дверью.

Мама покачнулась, но её поймал Эдуард.

– М-да… – протянул мужчина. И я была с ним полностью согласна.

Стоило маме посмотреть результаты УЗИ, как началась паника.

– Мы обязаны подать в суд! – закричала женщина, распугивая остальных клиентов клиники. – Это же… это же… – она просто не находила слов от возмущения, а я всё думала о своей беременности, держа руку под кофтой, пытаясь что-то почувствовать. От одной мысли, что я стану мамой, приятное тепло разлилось в крови, рождая на моём лице мечтательную улыбку.

– Мы немедленно едем в прокуратуру писать заявление! – мама схватила меня за руку и потащила на выход. – А потом запишемся в лучшую клинику и сделаем аборт.

На этой фразе я затормозила и выдернула руку.

– Спокойно, женщина, – стараясь не заводиться, произнесла я и посмотрела на Эдуарда. Мужчина всё понял без слов и встал на мою сторону.

– Я не стану делать аборт, – уверенно заявила. А мама побледнела ещё больше.

– Не говори ерунды, доченька, – ласково пропела женщина, пытаясь взять меня за руку, но я увернулась. – Тебя могли изнасиловать. Мы ведь даже не знаем, кто отец. Ты не понимаешь…

– Мне плевать, – коротко отрезала. – Мне плевать, кто отец, пусть он трижды ублюдочный извращенец, но аборт сделать не дам, – незнакомое доселе чувство полностью овладело мной. Моё! Моё, хотелось кричать. Я была готова защищать это маленькое восьминедельное существо даже ценой собственной жизни. Видимо, всё это так красноречиво читалось в моих глазах, что мать отшатнулась.

– Алёна… – жалостливо вымолвила женщина. Эдуард обнял её и прошептал:

– Не усугубляй. Пусть сама выбирает, а мы поддержим. Это же ребёнок, в конце концов. Что мы, ребёнка воспитать не сможем?

– Но… как же?.. – в её глазах стояли слёзы, и мне было искренне жаль её, но своё решение менять не собираюсь. При одной только мысли, что я убью существо внутри себя, сердце разваливалось на куски. Нет. Нет. Никогда!

– И смысла идти в прокуратуру тоже не вижу, – произнесла я, уже представляя, как пойду к участковому гинекологу вставать на учёт. Эйфория моментально охватила меня.

– Но как?! – чуть не плача, воскликнула мама.

– Потому что это лишние нервы и беготня. Тем более установить отцовство, смогут не раньше, чем ребёнок родится. Мне не нужны все эти судебные разбирательства, этот ребёнок мой. Решили, что рожаем и воспитываем, значит так и делаем, а не гоняемся за справедливостью, – почему-то мне совсем не хотелось подавать на кого-то в суд.

Я просто хочу почувствовать себя матерью. Сходить к врачу, сделать ещё одно УЗИ, купить полезные книги про материнство, есть мороженое и тошнить по утрам. В общем, делать всё, что делает беременная женщина.

Всю дорогу домой мама смотрела в окно, глотая слёзы. Ей тяжело меня понять, а я не в силах объяснить, почему мне так важно сохранить этого ребёнка. Почему так рада. Так счастлива. И грызущая изнутри грусть, наконец, отступила.

– Дай ей время, – произнёс Эдуард, зайдя ко мне в комнату. Я сидела за компьютером и читала всё про беременность. Как проходит, как должна протекать, на что следует обращать внимание, что меня ждёт и многое другое. Меня просто распирало от эмоций, а улыбка не сходила с лица.

– У неё есть ещё… сколько там? – вполоборота спросила я. – Семь месяцев. Пусть привыкает.

Мужчина усмехнулся и сел на край дивана.

– Самой-то не кажется странным? Не интересно, кто тебе подарочек подкинул?

– Хочется, конечно. Но не хочу, чтобы это был врач, – усмехнулась я. – Всё это не просто странно… – согласилась я, почёсывая кончиком ручки лоб. – Это удивительно и невероятно. Разве можно в коме забеременеть? Но если это произошло… видимо, сам Бог послал.

– Или дьявол, – хмыкнул Эдуард.

– Может и дьявол, – не стала отрицать я, испытывая странное тепло внутри. – Кто бы это ни был, он сделал мне огромный подарок. И если встречу его, скажу спасибо.

Повелитель

Ощущение, что падаю в пропасть, никуда не делось. Стоит только закрыть глаза… хоть на миг. Поэтому я научился держать их открытыми.

Сколько прошло времени? День? Год? Тысяча лет? Не знаю, я просто выкинул все часы, что были в доме, и уничтожил календарь. Я живу в темноте и извожу себя, чтобы потом отрубиться на несколько часов без сна…

Только не сны!

Боюсь, увижу моё рыжее солнце и взорвусь. Слечу с катушек обязательно. А ведь нужно немного подождать, совсем немного…

Невыносимо было жить в доме, где всё пропиталось запахом Рыжика, каждая мелочь: сломанный карандаш, чехол от фотоаппарата, сумка, шарфик и шапка с оленями, – всё напоминает о моём рыжем и безумном счастье. Поэтому я переехал в гараж. Жить в машине не так уж сложно, как выяснилось. Еда? Удобства? Зачем всё это вообще нужно?

Я стал себе напоминать кусок дерьма, но даже это не способно вытащить меня из бездны безысходности. Я сдался, опустил руки, сломался…