Чтение онлайн

Через час, когда мои вьющиеся от природы волосы стали лежать на плечах блестящим ровным водопадом, Аттор молча отсчитал эссе нужную сумму денег, и мы ушли. Признаться, я боялась увидеть его реакцию, поэтому плащ надевала так, будто ждала, что зачарованная одежда меня покусает.

В глазах мужчины, темных от тусклого света холла, эржи плясали танго.

— Скажите мне, эсса: за что же вы так ненавидите эту Аби Суак?

— Ужасно себя ведет, — притворно вздохнула я, облегченно улыбаясь: он не обижался на меня. — Вас вот, лэстр, не слушает.

— Я заметил. Наказать бы ее за своеволие, — он плотоядно оскалился, и мне резко перестало хватать воздуха. — Но, увы: работать надо. Идемте, эсса. Следующая «жертва» здесь же — на четвертом этаже.

— А кто она? — отгоняя совсем не нужные мысли о многозначности его слов и взглядов, я постаралась перейти на деловой тон.

— Юрист по бракам и бракоразводным процессам. Как думаете, как лучше подобраться к ней?

— Ну… Для начала запишемся на консультацию.

Аттор хмыкнул.

— Мне, я так понимаю, эсса, снова быть вашим «мужем»?

— Да. Придется вам немного потерпеть, лэстр.

— Ничего. Я переживу.

***

Аттор

Был ли он зол на себя, когда понял, что ситуация выходит из-под контроля? Более чем! Разозлился ли он на Энабетт, когда она неожиданно вмешалась? Конечно.

Но еще ребенком он знал, что злиться на женщин, когда они вдруг творят что-то, выходящее за рамки логики — бесполезно и даже вредно. Потому что его мама, сиятельная маркиза Илина Лэ Реми, совмещая в своей жизни страсть к пению, статусным мужчинам и политическим интригам, постоянно что-то такое творила. А точнее — вытворяла. Но если все другие видели лишь внешнюю сторону ее поступков. То он, как тот, с кем она советовалась, как с равным, даже когда ему было всего пять лет, видел скрытые за игрой в глупышку ум, расчет и, порой, коварство.

Вот и сейчас — стоило только понять, что Энабетт ну никак не могла просто так захотеть подстричься, как злость тут же ушла. А вместо нее он испытал забытое чувство предвкушения спектакля. Уникального, рассчитанного только на одного зрителя. И, сидя в первом ряду, наслаждался действием. Конечно, не забывая, ради чего оно было затеяно.

С первой матерью невесты Энабетт справилась за час. На вторую ей пришлось потратить чуть больше времени. Но и спектакль здесь был сложнее. От Аттора тоже требовалось больше участия.

— Лэстр, — шепотом сказала она, когда они сняли плащи и замерли перед дверью с бронзовой табличкой «семейный адвокат», — представьте, что вы сейчас на балу и вам не нравится то, что вы видите. Ну, вот когда вы на графа вчера смотрели — вот прямо идеальное выражение лица было.

Аттор хмуро глянул на нее.

— Не совсем то, — прыснула она, — но тоже подходит. Вы, главное, лэстр, теперь на каждую мою фразу реагируйте так, будто перед вами нечто ужасно мерзкое. Хорошо?

— Попробую.

— Спасибо, и храни нас нимфа, — выдохнула она, вздернула подбородок и, моментально придав лицу то же выражение, с каким на Аттора обычно смотрела королева, постучала в дверь. А стоило им войти в просторное светло-голубое помещение, как Энабетт начала игру:

— Простите, эсса, что мы к вам без записи. Но Эль сказала, что вы — настоящий специалист и поможете мне развестись с этим чудовищем.

В подтверждение ее слов Аттор презрительно скривил губы, отметив про себя, что надо обязательно спросить, что же это за Эль-то такая. А адвокат просто расплылась в широчайшей улыбке.

И через некоторое время у них на руках были и ответы на вопросы о том, как лучше делить имущество и несовершеннолетнего ребенка в несуществующем браке, и опытное мнение о том, как лучше всего застраховать себя от неприятных последствий возможного развода невесте принца.

Последнее Энабетт получила после того, как со злостью пожаловалась на внешнее сходство с эссой Суак. И что все просто помешались на этом Отборе, но она не верит, что девушкам что-то перепадет. И что принцы наверняка застрахованы от любых ситуаций, чего не скажешь про бедных невест. Причем это звучало настолько искренне, что он поверил бы, если бы она при этом нервно не заламывала руки под столом.

Уходя, для полноты образа мерзавца, которого он старательно придерживался в разговоре, Аттор забрал с собой копию базового брачного контракта:

— …Чтобы обязательно заключить его при женитьбе на своей пышногрудой любовнице! — ухмыляясь, добавил он. И по растерянному виду Энабетт тут же понял, что сказал что-то лишнее. Это было неожиданно. И вызывало в груди непонятное, а от того еще более острое чувство вины.

Какого эржа?

Но спросить не успел. Выйдя из кабинета следом за Энабетт, наткнулся на ее слишком спокойный взгляд. А ее заданный бесцветным тоном вопрос: «Куда теперь, лэстр?» — и вовсе его вызверил. От чего «На фабрику, эсса!» — прозвучало грубее, чем ему хотелось бы. Но она лишь равнодушно кивнула.

На этом их странный так и не начатый толком разговор закончился, но злополучный документ Аттор оставил в холле. И от этого ему почему-то легче дышалось.

— Третья цель — самая знатная и важная из нашего списка. Она жена виконта и коммерческий директор фабрики, — заметил он, выведя ее из здания и, решив, что дело важнее глупых недомолвок. — Часто бывает в командировках. Из-за этого именно она, а точнее, ее дочь, может быть той, кого мы ищем. Поэтому я заранее собрал о ней как можно больше данных. И — вот, эсса, — он протянул Энабетт небольшой матовый серый кристалл, — просмотрите прямо сейчас. Возможно, это даст вам какую-то идею, потому что моя, судя по всему, будет на самой удачной.

— Лэстр, я могу предположить, кого мы ищем? — не сговариваясь, она тоже вернулась к деловому тону. И теперь задумчиво крутила в изящных пальчиках холодный камень, хмурясь от поднявшегося в зенит яркого солнца и оглядываясь по сторонам, ища, куда бы свернуть со ставшей более оживленной улицы.

— Попробуйте, эсса.

— Убийцу Лоди?

— И это тоже.

— Но есть что-то еще?

— Да.

— Но тогда…

Энабетт недоверчиво посмотрела на Аттора, а затем воскликнула, пронзенная догадкой:

— Это из-за покушения на королевскую семью, да?! — она возбужденно схватила его за предплечье с меткой, не замечая этого. Аттора словно тряхнуло током, и он попытался высвободиться, но она в своем порыве держала крепко. — Ваше назначение, Отбор, которым заведует бывший глава разведки, неожиданный для всех магический контракт с тем огромным бриллиантом, про который никому ничего не известно…

Он остановил ее движением руки. Чары на плащах делали их незаметными, но не неслышными. Хотя узнать, как она догадалась, он хотел. Но не здесь и не сейчас.