Секретарь
Шрифт:
— Тссс, Шон, не дергайся, — прошептал я, ласково прикасаясь к его лбу. Черт, он весть в этом дурацком молоке. — Сейчас я дам тебе таблетку, выпей ее. А потом я отнесу тебя в душ.
Шон:
Мое сознание ко мне окончательно вернулось, я чувствовал, как заботливые руки поднимают меня, несут, омывают теплой водой, голова, как каменная, но пошевелится я был в состоянии, немного при этом спина побаливала…
— Где я? Рэндом, ты? Я дома?
Рэндом:
— Дома, — я не могу сдержать улыбку, хотя ситуация совсем не располагает к веселью. — У меня. Я же не знаю, где ты живешь… Тут тебе будет удобнее, и я присмотрю за тобой.
Пока я мою его и говорю, руки исследуют его тело — я ищу последствия падения. На затылке нащупываю небольшую шишку. Ясно, он же ударился головой. Наверняка, заработал сотрясение. И спину, наверняка ушиб. Пара ссадин на лопатках… Может, вызвать к нему врача?
Шон:
— Хорошо, — я согласно кивнул, сил спорить сейчас не было. — Что, со мной все в порядке? Кажется, я ударил спину, — шепчу пересохшими губами. — И голова болит, я посплю немного, ладно?
Рэндом:
— Поспи, малыш, — я завернул его в полотенце и отнес в свою спальню, уложил на кровать. — Я вызову врача, пусть осмотрит тебя.
Я вышел из комнаты и позвонил своему врачу. Извинился за поздний звонок и попросил приехать, пообещав хорошо оплатить визит.
Шон:
Я как–то неуютно чувствовал себя в его доме, а спальня такая большая, кровать под стать. Я разлепил глаза и осматриваюсь, пока Рэндома нет рядом… Вскоре приехал врач и осмотрел меня, но мне ничего не сказал, только Рэндому, кажется, пару слов…
Рэндом:
Поговорив с врачом, я вошел в спальню.
— Привет, малыш, — я присел возле него на кровать, погладил по щеке. — Как самочувствие? Кушать хочешь?
Шон:
— Вроде, в порядке, — я чуть приподнялся на локтях. — Кушать ужасно хочется, — почему–то при этих словах я покраснел, мне стало не очень удобно, по–моему, я его немного стесняюсь, или себя…
Рэндом:
— Что тебе принести на завтрак? — я наслаждаюсь ситуацией, мне нравится видеть его в моей постели, мне нравится заботиться о нем.
Шон:
— Что хочешь, я съем все, — я гляжу на него. — Чего ты такой довольный? Тебе что, хорошо, когда мне плохо? — шутя спрашиваю… и тяну к нему руки…
Рэндом:
— Не так уж тебе и плохо, — улыбаюсь я ему и склоняюсь навстречу его рукам. — Раз уж у тебя хватает сил на упреки. Будешь горячие бутерброды, жульен и сок с круассанами?
Шон:
— Я буду все, а на десерт тебя съем, — я притягиваю его ближе, — А может, сразу к десерту приступим, — спина начала отдавать болью. — Ай, блин, больно, — я рухнул обратно на мягкую постель…
Рэндом:
— Завтрак немного подождет, — Я перевернул его на живот, — и десерт подождет, — я поцеловал его между лопаток, легонько провел костяшками пальцев по позвоночнику. — Расслабься, сейчас я сделаю тебе массаж, и боль пройдет.
На тумбочке возле кровати лежит мазь, оставленная врачом. Я выдавил на ладони немного, положил руки на поясницу Шона.
Шон:
— Ммм… Рэндом, — простонал я, когда он начал водить руками мне по спине. — Как приятно, когда ты меня касаешься, я больше никому не позволю себя касаться… Рэндом, — я стонал его имя в подушку, выгибаясь под его умелыми руками, выпячивая попку назад. Как приятно, боли почти нет… — Рэндом…
Рэндом:
Он такой чувствительный. Я же действительно делаю ему массаж… Ммм, а если провести ладонями вот так вдоль позвоночника, сжать в руках упругие ягодицы? «Стоп, Рэндом, — командую я себе, — мальчику нужен покой». Но его тело, подставлющееся под мои руки, заставляет забыть о благоразумии…
Шон:
— Ммм… Рэндом, ниже, — я еще больше выгибаюсь, как было бы здорово почувствовать его руки там… между… какой же он умелый, его руки такие теплые. — Погладь меня…
Рэндом:
— Не могу отказать тебе, мой ангел, — я склоняюсь над ним, шепчу это в самое ушко. Руки мягко и сильно гладят его по спине, спускаются ниже. Пальцы словно невзначай скользят в ложбинку между ягодицами, кружат около входа… — Чего ты хочешь еще?
Шон:
— Ну не мучай меня так… — пытаюсь поймать его пальчик в плен своей попки, крутя ей в разные стороны, — …ты прекрасно знаешь, что я хочу… Рэндом, мучитель…
Рэндом:
— Чего ты хочешь? — я дразню его, не позволяю поймать себя. Пальцы чуть сильнее надавливают, но не проникают в него. Второй рукой пробираюсь под его тело, нащупываю горячий твердый член. — Скажи мне, мой ангел, что мне сделать с тобой?
Я готов исполнить его желания, я хочу ласкать его, хочу слышать его стоны.
Шон:
— Рэндом… Рэндом… делай со мной все, что хочешь, — я невольно приподнимаюсь, позволяя его руке проползти к моему желанию. — Только делай… Рэндом… Ммм… — начинаю покачивать бедрами, толкаюсь в его руку и назад… — Ну где он… — я уже почти встаю на колени… ища его пальцы…
Рэндом:
Шон приподнимает бедра, упираясь коленом в кровать. В этой позе столько желания и покорности, что я не могу больше играть, захлебываясь от собственного желания. Позволяю ему поймать мой палец, почти сразу же нахожу маленький бугорок внутри…
Шон:
— Ах, Рэндом… — я вздрагиваю при каждом его прикосновении внутри, начинаю интенсивнее двигать бедрами… — Глубже, хочу тебя глубже, — свою руку кладу на его, которая вовсю гладит мой член, и сильнее надавливаю, больше не могу терпеть…
Рэндом:
Я добавляю второй палец, легонько покусываю Шона в поясницу. Позволяю его руке указывать мне, как ласкать его. Собственное возбуждение делает брюки мучительно тесными. Я невольно отвечаю легким стоном на каждый его стон.
Шон:
— Рэндом, ты тоже хочешь? — я поворачиваюсь, смотрю на него, замечаю его выпирающий бугорок. — Раздевайся, я тебя поласкаю, хочешь? — тянусь к его пиджаку…
Рэндом:
Я выскальзываю из одежды, опускаюсь на кровать рядом с юношей. Поворачиваю его спиной к себе, покусывю плечи и шею, пальцы вновь проникают в него, вторая рука ласкает член.
— Хочу, — шепчу ему в спину, — хочу тебя…
Шон:
Я прижимаюсь к его груди спиной, поворачиваю к нему голову, пытаюсь поймать губы,
— Да, Рэндом… — я тоже тебя хочу… хочу, хочу безумно. — Возьми меня сейчас, — я убираю его пальцы из себя, нащупываю рукой его восставший член, пристраиваю его к своей дырочке. — Ну же, Рэндом, начинай… двигайся… войди туда…
Рэндом:
Я медленно начинаю движение бедрами вперед. Не могу сдержаться и вскрикиваю, ощутив его жар. В нем восхитительно, я замираю на миг, и начинаю обратное движение.