Секретарша для мистера Колдера
Шрифт:
— Интересно, что бы ты сказала, если бы я привел тебя в костехранилище? — Усмешка едва тронула губы Колдера.
— Хранилище чего? — переспросила Аня.
— Человеческих костей, моя милая! Здесь недалеко есть часовенка, где весь интерьер сделан из костей. Хочешь посмотреть?
— Нет уж, уволь. Я потом ночью спать не смогу.
— Убедила. Идем дальше?
Чем дольше они бродили по узким мощеным улочкам, тем сильнее Аня ощущала себя вне времени, и только кое-где запаркованные автомобили возвращали ее в конец двадцатого века. С каким-то детским восторгом она прикасалась к массивным кованым воротам домов, к каменным оградам с полуразрушенными статуями, хранившими тайны своих средневековых владельцев, чтобы убедиться, что все это не сон. Улочка повернула направо. И Аня остановилась как вкопанная. В лучах заходящего осеннего солнца стоял прекрасный собор. Три серо-синих остроконечных купола венчали его главу.
— Я предполагал, что ты испытаешь тот же восторг, что и я, при виде собора Святой Барбары. — Лоуренс взял девушку за руку. — Это чудо возводили более пятисот лет, и сейчас он занесен в книгу памятников ЮНЕСКО.
Миновав террасу, украшенную скульптурами святых, Колдер подвел Аню к высокой массивной двери собора.
— Простите, но мы закрываемся. — Молодой парень преградил дорогу, когда они перешагнули порог храма.
Лоуренс вложил в его руку стодолларовую купюру и произнес:
— Прости и ты нас, но я специально вез свою девушку из Праги, чтобы показать ей этот собор.
Парень немного помялся, а потом кивнул:
— Ладно, смотрите. На каком языке вам дать путеводитель?
— На русском. — Лоуренс взял со стола заламинированный листок бумаги. — Держи, моя дорогая.
Аня сделала несколько осторожных шагов по ровным каменным плитам пола и взглянула вверх. Над ней высился ребристой свод, украшенный множеством гербов.
— Необычное ощущение, правда? — Лоуренс подошел сзади и обнял девушку за талию. — Высокие своды готических соборов заставляли людей чувствовать себя ничтожными существами по сравнению с Богом.
— Странно, но я не ощущаю этого. Мне этот собор кажется уютным. Здесь так светло.
Побродив еще немного и полюбовавшись на фрески, украшавшие капеллы храма, они вышли на улицу, взявшись за руки, не спеша стали спускаться вдоль старой крепостной стены к речушке Врхлице. Ее мягкое журчание убаюкивало, и Аня красноречиво зевнула.
— О, да мисс Ларионова уже захотела спать. — Лоуренс ласково привлек девушку к своей груди.
— Спасибо, тебе, — еле слышно произнесла Аня, запустив пальцы в его густые волосы.
— За что?
— За эту сказку, — ответила она, не убирая рук.
Растерянная улыбка тронула уголки его губ. Неужели, чтобы завоевать сердце его строптивой секретарши, потребовалась всего лишь поездка в средневековье?
Его губы заскользили по ее губам. Застонав, Аня приоткрыла рот. Его бархатистый язык раздвинул ее губы и проник внутрь. Каждое его движение выдавало жадность. От этого поцелуя горело все ее тело. Грудь сладко покалывало, будто от Лоуренса исходил слабый ток. Аня притянула его к себе и страстно ответила на поцелуй, сомкнув горячие губы вокруг этого ненасытного языка.
Пришел черед Лоуренса застонать.
— Аня, девочка моя, я готов вечно стоять на берегу этой речушки и целовать тебя, но нам пора ехать, — с сожалением произнес он, отрываясь от ее ароматных губ.
— Да, конечно, поедем, — Аня отвела взгляд.
Но мужчина осторожно взял ее за подбородок, и заставил снова посмотреть в свои глаза.
— Мы сейчас едем ко мне, верно?
— Верно, — повторила она вслед за ним.
К чему бороться с ветряными мельницами? Она желала этого мужчину, как никого еще в своей жизни. Она хотела ощутить его тепло не меньше, чем он хотел этого от нее.
12
Мощный автомобиль Лоуренса стремительно летел по ровному полотну дороги. Припарковав машину у высокого крыльца, мужчина помог Ане выйти и, не выпуская ее руки из своей ладони, повел к дому. Открыв дверь, Лоуренс запечатлел на губах девушки чувственный поцелуй.
— Я хочу, чтобы ты поняла одно: мне нужно либо все, либо ничего. Это не легкий флирт на один вечер… — тихо произнес он, не отводя взгляда от ее припухших от поцелуя губ.
— Я знаю это, Лоуренс, — так же тихо отозвалась она.
Аня шагнула за ним в полумрак прихожей. Каждой клеточкой своего тела она ощущала, как бешено колотится его сердце. Горячая рука Лоуренса по-прежнему крепко сжимала ее ладонь, словно он боялся, что это всего лишь наваждение, сон, который скоро закончится.
Над лестницей, ведущей на второй этаж, раздались шаги. Легкий стук каблучков приближался, и полный недоумения Колдер громко спросил: «Моника?»
Но это была не Моника. На верхней ступеньке широкой лестницы, покрытой темно-синей ковровой дорожкой, стояла невысокая женщина в светлом брючном костюме, выгодно подчеркивающем ее хрупкую фигуру.
— Синди? — Брови мужчины удивленно взлетели вверх. — Ты же сказала, что прилетишь завтра? Я бы встретил тебя…
— Я прилетела в Прагу пару часов назад. Позвонила из аэропорта, но в твоей приемной никто не брал трубку. — Синди многозначительно оглядела Аню. — Я позвонила тебе на мобильный, но он, по-видимому, был отключен.
— Меня не было в офисе после обеда, — холодно отозвался Лоуренс. — Да, кстати, Синди, познакомься, это мой новый секретарь — Анна Ларионова. Она из России.
Колдер немного отступил, пропуская Аню вперед.
— А мы уже знакомы, — улыбнулась Синди, протягивая Ане руку. — Немножко, — добавила она. — Вы наверное, замечательный секретарь, раз мой муж пригласил вас аж из России.
— Если ты успела заметить, у меня все сотрудники замечательные. А уж из каких стран я их приглашаю, никого не касается, — произнес Колдер, увлекая опешившую Анну в свой кабинет.
Когда дверь за ними закрылась, девушка еле слышно прошептала:
— Я хочу домой, Лоуренс.
Ее бил озноб, руки мгновенно превратились в ледышки.
— Прости, я не знал о приезде Синди, — прошептал мужчина, целуя белокурую макушку Ани.
— Надо полагать, — с горечью заметила она. — Не совсем же ты обезумел, чтобы тащить любовницу в дом, где ждет жена!
— Аня, милая, успокойся. Мне жаль, что все так нелепо вышло.
— А я даже рада, мистер Колдер, — с вызовом глядя в глаза мужчины, сказала она. — Мне очень нравится работать с вами. Я не могла бы пожелать себе более умного и талантливого начальника. Пусть наши отношения и дальше строятся на взаимном уважении и понимании.