Чтение онлайн

— Нисколько, — говорит Арес. — Зейн рассказал нам, что ты подошел к Райе и не сказал ей, что ты знал, кто она. Ты уже начал отношения с ошибкой, и ты даже не представляешь, как сложно будет вернуть доверие. Я могу гарантировать, что она будет злиться, как только узнает, что ты фактически водил ее за нос, и ты не будешь знать, как это исправить.

Я немного приподнимаюсь, чувствуя себя неуютно, и бросаю взгляд в сторону Зейна. Я доверился ему, когда попросил помочь с подкупом Адриана Астора, и должен был понять, что он не держит язык за зубами.

— Она знает, и она в ярости. Сказала, что хочет развестись через три года, — говорю я.

Дион лишь вздыхает и запускает свой слайдшоу.

— Думаю, для тебя уже поздно учиться этому уроку, но мы, при любых обстоятельствах, не лжем нашим женам. Есть очень мало случаев, когда ложь приемлема, и я составил для тебя список.

Я нахмурился, увидев, что в его списке всего одно слово: никогда.

— Забавно, — буркнул я. — Очень забавно, какие вы все подкаблучники..

Они обмениваются улыбками, словно знают какой-то секрет, которого не знаю я, и я просто вздыхаю, откидываясь на спинку стула, уже устав от их дерьма.

Ксавьер, лучший друг Диона, протягивает мне бокал виски, и я благодарно осушаю его. Это то, что я заслужил за то, что дразнил каждого из своих братьев, когда они женились, за то, что был настоящей занозой, пытаясь развеселить их. Они не знают, что то, как я с ними возился, было задумано, чтобы отвлечь их, помочь им.

— Лекс, — говорит Арес тихим голосом. — Райя кажется очень хорошей девушкой, и, судя по тому, что я слышал, она идеально тебе подходит. Не отталкивай ее, не дав вашему браку реального шанса, и даже не пытайся врать нам, притворяясь, что она тебе не нравится. У тебя нет времени на преподавательскую должность в колледже Астор — ты занял ее, потому что она тебя интригует.

Нет. Я занял ее, чтобы изучить ее, убедиться, что она не представляет угрозы. Мое сердце сжимается, когда я смотрю на часы моего деда. Я не могу позволить прошлому повториться, несмотря ни на что. Присматривать за Райей — это мера безопасности, необходимость.

— Ладно, — говорю я, хорошо понимая, что мои братья не оставят меня в покое, пока не почувствуют, что я хотя бы выслушал их. — Итак, скажите мне, как сделать мою жену счастливой.

Все мои братья удовлетворенно фыркают. Их довольные выражения лиц только раздражают меня. Я даже не понимаю, что они задумали, пока Ксавьер не закатывает глаза и не повторяет слова моя жена с издевкой. Черт. Я годами подкалывал их за то, как часто они используют эти слова, а теперь я сам неосознанно это повторяю.

Черт побери.

— О, попался, — говорит Зейн, ухмыляясь, явно довольный тем, что я хотя бы готов слушать, хотя у меня и нет особого выбора.

И все же, я обнаруживаю, что меня завораживает, когда они указывают, на что мне следует обратить внимание, вплоть до любимых блюд, бирьяни из баранины, любимых цветов, желтого, и мелочей, которые делают ее счастливой, например, выполнение этого движения из Грязных танцев.

Тревога поселяется глубоко в моем животе, когда я понимаю, что у меня уже есть большинство ответов. Я прикусываю губу, моя нога отбивает успокаивающий ритм.

Нет, Арес не прав.

Я не занял эту преподавательскую должность, потому что она меня интригует. Это было не для того, чтобы увидеть ее снова, потому что я не мог держаться подальше.

Наблюдение.

Вот и все. Это не может быть чем-то большим.

Глава 18

Райя

Я нервничаю до безумия, когда мы с Адамом заходим в аудиторию Лекса, и крепче сжимаю ремешок сумки, чтобы скрыть дрожь в руках. Последние несколько дней пронеслись в водовороте переговоров и юридических формальностей между нашими семьями и адвокатами, и с тех пор, как мы с Лексом говорили в последний раз, я почти его не видела. Теперь кажется странным заходить в его класс, будто ничего не произошло, будто он не тот самый мужчина, за которого я выхожу замуж.

— Ты слишком тихая. Все в порядке? — спрашивает Адам, внимательно изучая мое лицо, в его взгляде читается беспокойство.

Я киваю, чувствуя, как сердце сжимается от боли. Один из первых контрактов, который я подписала, — это взаимное соглашение о неразглашении. Я не могу даже лучшему другу сказать, что выхожу замуж, и винить в этом могу только себя.

— Я просто нервничаю, потому что сегодня, скорее всего, объявят победителей конкурса на дизайн дронов.

Адам тяжело вздыхает. Он знает меня слишком хорошо, чтобы поверить.

— Никто и никогда не выбивал тебя из колеи так, как Лексингтон Виндзор, — произносит он с легким оттенком презрения, когда мы садимся на свои места.

— Он не выбивает меня из колеи, — тут же парирую я.

Адам бросает на меня недоверчивый взгляд, и я сдаюсь, обессиленно опускаясь на спинку стула.

— Ладно, может, чуть-чуть, — признаю я. — Но это только потому, что он Лексингтон Виндзор, генеральный директор Windsor Motors. Ты же знаешь, как долго я изучаю их траекторию роста, Адам. Я всегда надеялась, что компания моего отца сможет повторить успех Windsor Motors. Я уверена, что у нас есть все шансы, и если мы сможем сделать наш солнечный электромобиль коммерчески выгодным, мы, возможно, даже превзойдем их. Так что для меня это возможность учиться у Лекса.

Адам какое-то время молча смотрит на меня, его взгляд становится непроницаемым.

— Лекс, да? — произносит он, криво усмехаясь и доставая планшет из сумки. — Ты всегда была паршивым лжецом, Райя.

— Ладно, — сдаюсь я. — Ладно! Он действительно действует на меня. Доволен?

Адам сердито выдыхает и разворачивается ко мне.

— Вовсе нет, — резко отвечает он. — Меня это чертовски беспокоит. Потому что он не только наш профессор, но и недосягаемый миллиардер, и я не хочу, чтобы ты обожглась.

Я обмякаю и тянусь к его руке через стол, внезапно все понимая. Мать Адама помогала его отцу строить бизнес с нуля, а когда он добился успеха, о котором всегда мечтал, просто ушел из семьи. Адам не разговаривал с ним с тех пор. Он уверен, что деньги меняют людей, и что тем, у кого их в избытке, нельзя доверять.

— Не волнуйся, — говорю я, не зная, как еще его успокоить.

Я прекрасно понимаю, во что ввязываюсь с Лексом, но Адам этого никогда не поймет. Если он узнает, что я выхожу замуж за Лекса по расчету, он никогда больше не посмотрит на меня так, как раньше. А я не уверена, что смогу это пережить.

Адам сжимает мою ладонь, кивая, и в этот момент в аудиторию входит Лекс. Его взгляд мгновенно цепляется за наши сцепленные руки, и его лицо каменеет. Он застывает на месте, его взгляд медленно скользит вверх по моей руке, пока не останавливается на моем лице.

У меня сжимается живот, когда я пытаюсь разгадать выражение в его глазах. Гнев… и что-то еще? Предательство? Что бы это ни было, оно заставляет меня разжать пальцы и прижать руку к груди, прежде чем я делаю вид, что увлечена ноутбуком.