Чтение онлайн

— Я выполнил уговор. Как насчет твоей части?

— Ты допустил ошибку, приятель, — холодно ответил Денис. — Я насчет Валерии.

Поэтому договор расторгается. Тебе придется посидеть в тюрьме. Лет пятнадцать-двадцать. Это нормальный срок для такого ублюдка, как ты.

На другом конце провода наступила тишина. Зловещая тишина склепа.

— Я пришью тебя, стукач поганый! — наконец прохрипел Курлов. — Я разобью твою подлую башку трубой! Я…

— Попробуй, камерная падаль, — ответил Денис и положил трубку.

Постоянные привычки очень вредны, если у человека есть враги. Но майор Агеев не анализировал полезность своих привычек и не думал о врагах. Как всегда, он пришел отобедать в пельменную, с учетом зимнего времени расположился в специальном крохотном кабинетике, оборудованном в подсобке. Молоденькая подавальщица принесла пельмени, пожелала приятного аппетита. Агеев проводил взглядом ее ноги. Вика здесь уже не работала. Майор сказал заведующему, и тот рассчитал суку в два часа. Пусть знает.

Его неприятности не закончились. Отозвали из Москвы, проводят служебное расследование… Утечка информации, провал операции «Чистые руки»… Будто именно он, Агеев, все и провалил! Пельмени были вкусными, но удовольствия не доставляли. А может, просто надоели. Когда он сунул в рот последний, дверь в кабинет приоткрылась. Все шло по плану: именно в этот миг новенькая и должна была принести кофе. Майор поднял голову, но в дверях стоял звероподобный агент Курлов по прозвищу Кирпич. И целился ему в голову из огромного пистолета.

Пельмень застрял в горле, и майор лихорадочно пытался его проглотить, будто от успеха этого важного дела зависело то, что произойдет впоследствии. Но в его жизни уже ничего не могло произойти.

Курлов выстрелил: раз, второй, третий, четвертый… Обливаясь кровью, Агеев опрокинулся навзничь вместе со стулом. Убийца сунул оружие под куртку и беспрепятственно вышел на улицу. Никто из посетителей, да и из обслуги не попытался его удержать.

Через полчаса Курлов позвонил на работу Петровскому и сказал только два слова:

— Ты — следующий.

Денис интуитивно понял, что это значит. Позвонив в милицию и наведя справки о последних происшествиях, он убедился, что его догадка верна.

— Видишь, не всегда свиньи берут верх, — весело улыбался Мамонт. — Прикрикнешь — они и отбегают от своего корыта…

— Плохо то, что кричать некому, — задумчиво ответил Денис. — Один считает, что так и надо, второй — что он ничего не изменит, третьему все по фигу, четвертый боится, пятый с похмелья, шестой из того же корыта хлебает, седьмой…

— Но если все-таки крикнешь — отбегут, — повторил Мамонт и перестал улыбаться. — Правда, через несколько лет вообще не станут бояться. Хоть кричи, хоть стреляй… Хотя если стрелять…

— Ладно! — прервал он сам себя. — Значит, ты определился. И правильно.

Посмотришь заграничную жизнь, в языках натаскаешься. Потом с этой линии тебя уже никто не снимет. Если не проколешься на чем-нибудь.

— Я не за красотами. Просто здесь мне все надоело. Слишком много пришлось тереться между свиней. И потом, этот идиот…

— Да-а-а… — Мамонт задумчиво почесал щеку. — За что он Агеева-то… И где прячется? Мы весь город перешерстили, милиция ищет… А его нигде нет!

— Так часто бывает, — кивнул Денис. — Один месяц в подвале сидел, сырую картошку ел, компоты пил. Чем ближе человек спустится к животному, тем легче ему скрываться.

— Когда едешь?

— Следующий поток заезжает в конце февраля. Подготовка полгода, потом распределение. Но у меня уже определено направление: Европа.

— Видно, Смирнов постарался, — кивнул Мамонт. — Молодец, память не потерял…

Поужинав, они сидели в «Космосе», неторопливо потягивая по второй чашке кофе.

— Кстати, ты помнишь Мадлен? — неожиданно спросил Мамонт. — Французская группа по культурному обмену, прогулочный теплоходик…

Денис кивнул.

— Конечно. Очень приятная женщина. Реставратор из Лиона.

— Может, женщина она и приятная, но никакой не реставратор. Наши люди в Лионе ее не нашли. Даже следов нет.

— И что это значит? — озадаченно спросил Денис.

Мамонт пожал плечами.

— Скорей всего ты имел контакт с французской разведкой. Имей это в виду, когда будешь работать в Европе.

Денис кивнул. Он совершенно не представлял, как это можно «иметь в виду».

— А в прокуратуре как? — сменил тему Мамонт.

— Сдаю дела. Где бумажку допечатать, где подшить, пронумеровать. Завтра закончу.

— Оружие так и не вернули?

— Нет. Два рапорта написал Побеленному. Как камни в колодец.

Мамонт нахмурился.

— Это плохо. Когда этот гад у тебя на «хвосте»…

— Ничтяк, прорвемся! — усмехнулся Денис.

— Будь осторожен.

— Еще бы…

Допив кофе, они встали, Денис снял с вешалки пальто и осторожно надел, чтобы восьмисотграммовый предмет в правом кармане не ударил с размаха по бедру. За последние месяцы он повзрослел, возмужал и многое понял. Главное — надеяться можно только на себя.

Выйдя из «Космоса», они попрощались. Мамонт предложил проводить, но Денис отказался: у каждого свои дела.

— Я не боюсь, — сказал он вслух.

И это была правда. Курлов — загнанный волк-одиночка, за ним никто не стоит. В его пистолете было восемь патронов. Один он сжег при имитации побега Дениса, четыре истратил на Агеева. Осталось три. В отобранном у подрывника «ТТ» полный магазин, и Денис не снимает руки с рукоятки. Он очень внимательно осматривается, выходя на улицу, постоянно контролирует обстановку вокруг и очень осторожно входит в подъезды. Когда-то он поражал пять силуэтов за пять секунд. Если бы шла игра и зрители делали ставки на каждого, то шансы оценивались бы как равные.