Чтение онлайн

Если хуа-тоу становится расплывчатым, вы можете широко открыть глаза и спокойно приподнять грудь. Это поднимет ваш дух. В то же самое время его нельзя удерживать слишком свободно, оно также не должно быть слишком утонченным, потому что это вызовет падение в пустоту и отупение. Если вы падаете в пустоту, вы будете воспринимать только неподвижность и ощутите оживление. В этот момент, хуа-тоу не следует упускать, ослабляя хватку, с тем, чтобы вы смогли сделать шаг вперед после того, как достигли "вершины мачты".{28} В противном случае, вы упадете в тупую пустоту и никогда не достигнете конечной цели.

При свободном захвате вами легко овладеют ложные мысли. Если ложные мысли возникают, их трудно подавить. Поэтому резкость должна сочетаться с утонченностью и утонченность с резкостью, чтобы достичь успеха в практике и осознать единство изменяющегося и неизменного.

В былые времена я был в Цзинь-шане и других монастырях, и когда кармадава{29} получал благовонные палочки, заказанные им накануне, его обе ноги бежали{30} быстрее. Ему казалось, что он летит по воздуху и монахи, его сопровождающие, тоже бежали быстро. По сигналу они становились автоматами. Таким образом, откуда могли у них взяться неправильные мысли? В настоящее время, хотя мы также ходим после сидения в медитации, какая большая разница между теми временами и нашими!

Когда вы сидите в медитации, вы не должны выталкивать хуа-тоу наверх, так как это приведет к его помутнению. Его не следует держать в груди, так как это вызовет боль в груди. Не нужно давить на него, опуская вниз, потому что от этого раздуется живот, и вы опуститесь в царство пяти совокупностей (скандх){31}, в результате чего будут всякого рода сбои.

С невозмутимостью и самообладанием нужно оставить объектом своего глубокого внимания только слово "Кто", проявляя ту же заботу, с которой курица сидит на яйце или кошка набрасывается на мышь. Когда хуа-тоу должным образом удерживается, жизненный корень автоматически отсекается.

Этот метод, очевидно, не прост для начинающих, но вы должны постоянно и неустанно стараться. Сейчас я приведу вам пример. Самореализацию можно сравнить с добыванием огня при помощи куска кремня. Мы должны знать метод добывания огня, и если мы его не знаем, мы никогда не разведем огонь, даже если разобьем кремень на куски. Метод состоит в использовании кусочка трута и стали. Трут помещают под кремнем, а сталью ударяют по верхней части кремня так, чтобы направить искры на трут. Это всего лишь метод разведения огня при помощи кремня. Хотя нам хорошо известно, что Ум – это Будда, мы все еще не способны принять это как факт. По этой причине используется предложение хуа-тоу в качестве огонь высекающей стали. Все происходило таким же образом, когда в древние времена Всем Миром Чтимый достиг совершенного просветления, глядя ночью на звезды. Мы не имеем ясного представления о внутренней природе, потому что мы не знаем, как добыть огонь. Наша сокровенная внутренняя природа и Будда не отличаются друг от друга. Просто из-за своего извращенного мышления мы еще не достигли освобождения. Таким образом, Будда все еще Будда, а мы все еще мы.

Теперь, когда мы знаем метод, если сможем вникнуть в суть вопроса, это будет поистине непревзойденное совместное мероприятие! Я надеюсь, что каждый, здесь присутствующий, сделает, прилагая все усилия, шаг вперед с вершины мачты в сто футов и станет избранником Будды в этом зале, и сможет отплатить долг благодарности Будде на небесах и освободит живые существа здесь на земле. Если Буддадхарма не приводит к появлению способных людей, то это потому, что никто не хочет напрячь все силы. Сердца наши наполняются печалью, когда мы говорим о таком положении вещей. Если наша вера в клятвенные слова Учителей Юн-цзя и Юань-мяо действительно глубока, мы непременно также постигнем истину. Теперь пора приступить к делу!

Время проходит поистине быстро. Мы только что открыли чаньскую неделю и сегодня идет уже третий день. Те, кто должным образом удерживал хуа-тоу в своем уме, получили возможность угомонить свои страсти и ложные мысли.

Они могут теперь идти прямо домой.{32} По этому поводу один древний Учитель сказал:

В самопознанье есть один лишь метод,

Одно лишь нужно – знание пути.

И если только ты найдешь дорогу,

То смерти и рождению конец.

Наш путь состоит из освобождения от ноши{33}, а дом наш очень близко. Шестой Патриарх сказал:

"Если предыдущая мысль не возникает, это ум.

Если следующая мысль не кончается, это Будда"{34}.

В основе своей наши четыре элемента пусты, а пять совокупностей (скандх) не существуют. Только вследствие ложных мыслей своих, ухватывающих все, нам нравится иллюзия непостоянства мира, а потому мы в рабстве. Следовательно, мы не в состоянии постичь пустоту четырех элементов и осознать, что рождения и смерти не существует. Однако если наша мысль сфокусирована, мы можем иметь переживание, связанное с тем, что не рождено. И тогда отпадет необходимость в тех дверях дхармы, о которых говорил Шакьямуни Будда. Если так, то можно ли все еще сказать, что с рождением и смертью покончено? По этому случаю, свет нашей школы дхармы действительно освещает бесконечные просторы пространства в десяти направлениях.

Учитель Дэ-шань был уроженцем города Цзянчжоу в Сычуини. В миру его звали Чжоу. Он покинул дом в возрасте 20 лет. После полного посвящения в духовный сан, он изучал Винайя-питаку{35} которую он освоил. Он был очень хорошо начитан в вопросе ноуменального и феноменального, излагаемого в сутрах. Он читал лекции об Алмазной Праджне и получил прозвище "Алмазный Чжоу".

Своим школьным товарищам он однажды сказал:

Когда волосок океан{36} поглощает,

Утрата есть ноль в океане, что в нас{37}.

И если горчицы зерно вам метнули,

Иглы острие{38} не трясется тогда.

Я знаю все о сайкше и асайкше{39},

Лишь я один, который одинок.

Когда он услышал, что на Юге процветает чаньская школа, он не мог сдержаться и сказал: "Всем, кто покидает дом, необходимы тысячи эпох, чтобы узнать внушающие уважение манеры{40} Будды и десять тысяч эпох, чтобы изучить добродетельные поступки Будды. Несмотря на это, они все еще не в состоянии достичь совершенства Будды. Как эти демоны с Юга смеют говорить, что прямое указание на ум ведет к постижению внутренней природы и достижению совершенства Будды? Я должен поехать на Юг, стереть с лица земли их логово и уничтожить это отродье, чтобы отплатить долг благодарности Будде".

Он покинул провинцию Сычуань, взяв с собой Комментарий Цин-луна{41}. Когда он добрался до Ли-яна, он встретил старуху, продававшую дянь-синь{42} (дословно освежитель ума) у дороги. Он задержался, снял ношу и намерился купить несколько пирожных, чтобы освежить свой ум. Старуха указала на его ношу и спросила: "Что это за литература? " Дэ-шань ответил: "Комментарий Цин-луна". Старуха спросила "Комментарий, к какой сутре?". Дэ-шань ответил: "К Алмазной Сутре". Старуха сказала: "Я хочу задать тебе один вопрос. Если ты сможешь на него ответить, я предложу тебе освежитель ума. Если не сможешь, тогда, пожалуйста, уходи. В Алмазной Сутре сказано: "Прошлый, настоящий и будущий ум не могут быть найдены". Что ты хочешь освежить?

Дэ-шань лишился дара речи. Он покинул это место и направился в монастырь Пруда Дракона (Лун Тань). Он вошел в зал дхармы и сказал: "Я давно хотел увидеть Пруд Дракона, но прибыв сюда, не обнаружил ни пруда, ни появления дракона". Услышав это. Учитель Лун-тань подошел к нему и сказал: "Ты на самом деле прибыл в Пруд Дракона{43}. Дэ-шань ничего на это не сказал. После этого он решил остаться в этом монастыре.

Однажды поздним вечером, когда он стоял в качестве помощника около Лун-таня, последний сказал ему: "Уже поздно. Почему ты не идешь к себе?" Пожелав Учителю спокойной ночи, он ушел, но вскоре вернулся и спросил: "На дворе очень темно". Лун-тань зажег бумажный факел и передал его ему. Дэ-шань уже было собирался взять факел. но Лун-тань задул пламя.{44}