Чтение онлайн

– Девочки, извините за опоздание! На меня с утра кот напал! – Я рассказала всю историю с самого начала, за что получила пару замечаний со стороны.

– Коты так себя ведут, когда предупреждают о смертельной опасности! Они стараются нанести травму посильнее, чтобы хозяин остался дома. Типичное поведение демонских выродков! – заключила Джейн.

– Кого? – Я поперхнулась кофе.

– Не обращай внимания на неё! – Аманда сделала подруге знак глазами, а у меня внутри засело ощущение, что они что-то недоговаривают.

Джейн несмотря на то, как ее активно затыкали, все же прошептала ещё раз:

– Пусть ты считаешь это россказнями и бабушкиными приметами, но будь осторожнее!

Я поспешила согласиться с неожиданным заявлением, тем более прекрасно видела, как старательно Келли давит подруге на ногу, чтобы та заткнулась.

– Обещаю проявить повышенную бдительность.

– Ладно, девочки, давайте уже писать, а то мы и до обеда не выберемся! – Келли нервно перевернула страницу и углубилась в чтение.

Все же подруги у меня странные. Я оглянулась на компанию Киры. И хорошо, что они у меня есть. Может, именно эта особенность не позволяет местным шакалам нарушать их личное пространство.

Я открыла тетрадь, что была заполнена тремя разными почерками. За мной вывод и подведение итогов. Внимательно вчиталась в доклад. Девочки выбрали некую Оливию Ррайк, в скобках указали, что настоящее имя ведьмы и из какого рода она происходит, источники намеренно скрывают, так как опасаются преследований семьи со стороны тех, кому она успела навредить за свою недолгую жизнь. Вот история сожжённой на костре.

В хмурой маленькой деревушке Стольм жила рыжая девчушка, с мамой, папой, дядей и другими родственниками. Двор их считался зажиточным, и скотина водилась, и птица, а шерсть, что добывали главы семейства, делали ее совсем завидной невестой. А где достаток, там и зависть.

С подруг все и началось. Оливию стали избегать, не приглашали на праздники и всячески сторонились, а однажды на праздновании дня Почитания Мёртвых пакостники завели в лес и бросили.

Девушку искали всем городком и уже отчаялись найти живой, как вдруг через неделю, вся грязная, в синяках и ссадинах, Оливия выползла на центральный тракт. То, что вернулось из чащи, навсегда переписало историю Стольма.

Сначала все было как обычно, но по ночам мать стала обнаруживать дочь уставшей, испачканной, словно та только вернулась из леса. Потом неожиданно среди лета слегла от неизвестной хвори заводила тех, кто травил Оливию. Затем одного за другим болезнь скосила всех причастных когда-то к пропаже рыжей красотки. Горячка, страшные видения, монстры преследовали больных во снах и наяву. Заболевшие умерли: кто-то не пережил лихорадки, а кто-то покончил с собой, измученные кошмарными видениями и галлюцинациями. Кроме одной. Та выжила, то ли молитвы родных помогли, то ли проклятие не сработало.

В сердце изуродованной болезнью злоба поднялась на новый уровень, и вот она пошла к святому отцу и сообщила, что Оливия приходила к ней во время болезни и звала поиграть в лесу. Там же, на опушке, перед входом в пещеру, она увидела и своих друзей, каждый из них заходил в глубину на спор, чтобы получить золотой. Но сама заболевшая зайти в страшную пещеру не посмела, побоялась. На основании этого рассказа святой отец выдвинул обвинение в ведовстве. А как ещё объяснить, то, что все причастные к пропаже дети умерли в течение одного месяца? Но думаю, тут не последнюю роль сыграло то, что пастор, как показывала приписка слева от текста, являлся родственником одного из погибших.

– Вот же черт, – воскликнула Аманда, – я забыла эту книгу. – Она ткнула в распечатанный список, что валялся на столе.

– Давай помогу. – Это самое малое, чем я могла отплатить за опоздание.

Поднявшись по лестнице на один этаж, оглянулась на читальный зал. Тихо шуршали переворачиваемые страницы и доносились отдельные слова переговаривающихся. Голова закружилась, а к горлу подступила тошнота. Все от того, что я ненавижу высоту.

Вздохнула, прошла вдоль подвесного второго этажа, прижимаясь поближе к книжным полкам, подальше от края, и поняла, что мне надо ещё выше. Лесенки тоненькими змейками вели в третью, закрытую для обзора с читального зала секцию.

Лампочка нервно помигивала, освещая пятачок стола и несколько шкафов. Пахло влажной бумагой. Впереди маячила чернота неосвещённого коридора, закрытого железными прутьями. Табличка гласила, что в хранилище посторонним вход воспрещён.

Откуда-то подул сквозняк. Я поёжилась. Знаете, иногда появляется ощущение, что за тобой наблюдают, а может, так оно и есть. Надо взять себя в руки, а то произойдёт то же самое, что и на кладбище. Фантазии оживут.

Поторапливая себя, я подошла к разделу 3J. Пока искала литературу, старалась не смотреть в чёрную пасть хода. «История Стольма в период преследования ведьм». Вот она! Я радостно вытянула толстый фолиант. Кожаный переплёт с железными вставками на корешке для укрепления. Впервые видела такой старый экземпляр, в обычных школах работают на перепечатанных современниками источниках. Открыла талмуд, достала специальную подставочку, сделала отметку и поставила закладку на место извлечённой книги.

– Нашла, что искала? – От неожиданности я выронила рукопись.

Незнакомая женщина водила пальцем по столу, что стоял между нами.

– Да. – Мой голос сел, а изо рта вышел пар.

Странная дама улыбнулась, бледная пергаментная кожа растянулась. На вид ей лет сто.

– Марфы вернулись в город....

– Вы знали моих родителей?

– Мы дружили когда-то… с прекрасной художницей.

– Вы здесь работаете? – Стало невыносимо холодно.

Обняла себя и растёрла плечи. Надо спускаться в зал. В здешнем температурном режиме, по-видимому, могли храниться только книги и вот такие дамочки.

– Ты тоже… рисуешь? – Женщина сделала вид, что не расслышала моего вопроса.

В голове вдруг прожужжало предупреждение Джейн.

– Нет.

– Лжёшь! – Мне стало не по себе от хищного оскала странной библиотекарши.

– Я… мне надо идти, меня ждут. – Склонилась поднять книгу, и тут волоски на всем теле встали дыбом.

У этой женщины не было ног! От слова вообще! Я судорожно поискала глазами: вот коричневые резные ножки стульев, ковёр и пустота коридора. Посмотрела поверх столешницы на улыбающуюся маску и отпрянула, выставив фолиант перед собой. Можно подумать, он способен спасти.

Женщина двинулась вперёд, прошла насквозь деревянную преграду. Я наблюдала, как полупрозрачная дама движется в моем направлении. Крик застрял в горле. Ноги отяжелели. Я не могла пошевелиться, да что там, я даже моргнуть не могла. Холод, что явно исходил от безногой, сковал тело, и только сердце ещё отчаянно трепыхалось.

– Чоп, чоп, чоп… – Ее образ на глазах менялся, волосы обвисли паклями, а кожа местами облезла, оголяя зубы и куски черепа. – Вопрос всегда в силе, кому она принадлежит, тому принадлежат и миры! Ты умрёшь! Тебя надо убить раньше, пока тобой не завладели они…