Чтение онлайн

Улыбка, раздвинувшая его губы, добралась и до глаз.

– А ты способная ученица. Вот такой постельный разговор мне по душе.

– Поверь, я сама об этом догадалась.

Прижиматься вспотевшей кожей к кожаной обивке дивана оказалось, как обнаружила Джули, не слишком приятно. Все равно что лежать голой на постели из клейкой ленты: каждое движение причиняет неудобства. Макс, должно быть, догадался об этом: он передвинулся, сам лег на диван, а она удобно растянулась поверх него.

С минуту Джули просто наслаждалась новым положением. Потом приподняла голову и задумчиво посмотрела на него.

– Макс…

– А?

Его руки поглаживали ее ягодицы, и она ощущала, как возбуждение вновь охватывает Макса. Джули инстинктивно заерзала, и его руки стиснули ее сильнее.

– Ты ведь только что сказал, что любишь меня? – спросила она.

Он поморщился, и его руки замерли.

– А ты внимательно слушала?

– Конечно.

Несколько мгновений Макс пристально изучал ее лицо, не говоря ни слова, потом усмехнулся:

– Я так сильно тебя люблю, что мне даже становится страшно. С той самой минуты, как я впервые тебя увидел, надо мной будто взошло солнце. Стоит мне бросить на тебя взгляд, как у меня земля буквально уплывает из-под ног. Ты улыбаешься, и у меня на душе светлеет. Ты плачешь, и у меня разрывается сердце. Ты получила ответ на свой вопрос?

– Такого я не ожидала, – ошеломленно призналась Джули.

– Я стараюсь.

– Это правда? – В ее голосе прозвучала нотка сомнения.

– Правда, – засмеялся Макс.

Все еще растянувшись голышом на его груди, опираясь подбородком на сложенные руки, Джули задумчиво уставилась на него.

– Ладно. Даю тебе один шанс. Объясни, почему ты мне лгал и использовал меня, чтобы добыть информацию на Сида, но объясни так, чтобы у меня не возникло желания тебя убить.

Макс вздохнул:

– Я обнажаю перед тобой свое сердце и душу – не говоря уж о теле, – а ты все еще мне не доверяешь? Я сражен.

– Будешь сражен, если сию же минуту не начнешь говорить, – грозно пообещала Джули.

– Ладно, – кивнул, сдаваясь Макс. – Как я уже говорил, изначально у Дебби не было с тобой ничего общего. Я…

Раздался стук в дверь. Джозефина вихрем выскочила из-под стола и бросилась к двери с яростным лаем. Макс и Джули обменялись взглядами. Макс, нахмурившись, выбрался из-под нее и схватил свою одежду. Джули лихорадочно последовала его примеру.

Снова раздался стук – громкий и бесцеремонный. Джули в тревоге взглянула на Макса. Разве наемные убийцы стучат в двери? Конечно, нет! Они входят без стука.

Макс хмурился. Он уже успел натянуть джинсы и надевал рубашку.

– Кто там? – крикнул он, и взял свой пистолет со столика у изножия дивана.

Джули, торопливо справившись с бельем, застегивала юбку. Макс медленно двинулся к двери, держа пистолет в правой руке дулом вниз. Джозефина продолжала лаять как безумная.

– Откройте, полиция!

Джули застыла в недоумении. Полиция? Полиция – это ведь хорошо, так? А может, и нет, судя по выражению на лице Макса. Она поспешно натянула футболку и оглянулась в поисках туфель.

– Это ты, Дорси?

– Да, это я. Открывай, Макуорри.

Макс оглянулся на Джули. Она уже была одета и обута, сжимала в одной руке сумку и торопливо проводила щеткой по волосам.

В конце концов, ей не хотелось предстать перед полицией в таком виде, будто она только что встала с постели, хотя в действительности так оно и было.

– Ничего страшного. Я знаю этого парня. Он придурок, но он честный придурок.

Джули кивнула, переводя дух. Макс сунул пистолет за пояс джинсов, прикрыл его рубашкой навыпуск и открыл дверь.

На пороге стояли два полицейских в форме. Они окинули взглядом Макса, потом взглянули через его плечо на Джули, которая только что подняла с полу Джозефину. Почувствовав себя в безопасности на руках у друга, Джозефина сразу успокоилась.

– Чем могу помочь? – спросил Макс не слишком дружелюбно.

Более высокий из двух полицейских поморщился, как от зубной боли.

– Ты арестован, Макуорри.

– Не может быть. Ты шутишь.

Макс ошеломленно смотрел на Дорси. Второй полицейский, когда-то служивший вместе с Максом, покачал головой:

– Никаких шуток. Оружие имеется? Ну, ясное дело. Давай-ка его сюда по-хорошему, окей? – Дорси вошел в помещение и протянул руку. Второй полицейский, маячивший за его спиной, вытащил пистолет.

– Вы не можете меня арестовать. За что?

– Оскорбление действием. У нас есть ордер. Ты…

– Что?!

– ..имеешь право хранить молчание. Если ты…

– Я знаю свои права, – прервал его Макс. – Черт возьми, Дорси, я при исполнении. Видишь эту леди? – Он дернул головой в сторону Джули, следившей за происходящим широко раскрытыми глазами. – Ее «заказали», ясно? Кто-то пытается ее убить. Я работаю ее телохранителем.

– Как же, как же.

Дорси вытащил наручники, и не успел Макс опомниться, как один стальной браслет уже щелкнул у него на запястье. Прикосновение холодного металла означало, что это не сон и все происходит наяву. Дорси уже поворачивал его кругом, тянулся за вторым запястьем и, глотая слова, договаривал его права, а его напарник подтолкнул Макса к письменному столу и начал обыскивать.

– Не трогайте его! – Джули выступила вперед, прижимая к груди Джозефину.

– Мы не делаем ему ничего плохого, мэм. А вам лучше бы держаться от всего этого подальше, – посоветовал второй полицейский.

Уворачиваясь от Дорси, не давая заковать второе запястье, Макс лихорадочно соображал, что можно предпринять.

– Черт бы тебя побрал, Макуорри… – Дорси снова схватил его за руку, а его коллега вытащил у Макса из-за пояса «глок».

– Макс, может, позвонить кому-нибудь? Кто может помочь? – в панике спросила Джули.

– Хинклу, – ответил он и продиктовал ей номер, продолжая уворачиваться от стального браслета.

– И почему ты не можешь сдаться по-тихому, никому не осложняя жизнь, Макуорри? – со вздохом сказал Дорси и двинул Максу коленом в поясницу.

Макс застонал и согнулся пополам. Дорси воспользовался этим и схватил его за руку.

– Что вы делаете? Ему же больно! – Джули уже стояла у стола, бледная, с расширившимися от страха и отчаяния глазами. – Макс, Хинкла нет дома. У него включен автоответчик.

– Расскажи ему, что происходит. Скажи, чтобы бежал в 74-й участок.

Ему не удалось сдержать прорвавшееся в голосе отчаяние. Если бы мыслительные способности можно было измерять в ваттах, мозгов Дорси не хватило бы на питание самого слабенького карманного фонарика. Раз уж он решил действовать, отговорить его было невозможно, а если его не отговорить, Джули останется наедине с тем, кто за ней охотится.