Чтение онлайн

— А как у тебя сложились отношения с другими братьями и с новой матерью? — спросила Ирина Петровна и добавила: — Не смотри на меня так, я не из праздного любопытства спрашиваю. Эту семью, как и многие семьи своих учеников, я знаю много лет. Конечно, они мне не безразличны. И ты тоже. Ты ведь теперь моя ученица.

Алена и впрямь в какой-то момент подумала: «А вам какое дело? Как отношения в семье связаны с уроками?». Ей даже показалось, что директриса прочитала ее мысли.

— Я к ним еще не привыкла, — увильнула от ответа Алена. — Мы совсем недавно с папой сюда переехали.

— Это понятно. — Ирина Петровна вновь мягко улыбнулась и после короткой паузы, когда Алена уже собиралась сказать «до свидания» и уйти, добавила: — Если у тебя что-то вдруг случится, Алена, я всегда готова тебя выслушать. Хочу, чтобы ты это знала.

Алена на секунду задумалась. У нее возникло странное ощущение, что за словами Ирины Петровны был какой-то подтекст. Может быть, директриса что-то знает о семействе Каффа? Что-то такое, о чем нельзя сказать прямо, но и на самотек пускать тоже нельзя, поэтому она и задает наводящие вопросы? Просто чтобы держать руку на пульсе.

А ведь и правда. В новой семье Алены было много странного. Не может быть такого, чтобы никто, из живущих поблизости достаточно долго, не замечал ничего подозрительного. Папа ничему не удивлялся, потому что был по уши влюблен в Альму, к тому же они приехали совсем недавно. Но по соседству с особняком, всего в одной остановке на автобусе, находилось село, и кто-то из его жителей должен был подметить некоторые странности, связанные с особняком Каффа и его обитателями.

В таком случае, подумала Алена, ей стоит запомнить слова директрисы: «Если что — скажи мне». Запомнить и воспользоваться предложением, если возникнет такая необходимость.

Выходя из класса, Алена размышляла. Прошло почти две недели с тех пор, как у себя в комнате ночью она видела женщину в белом. Женщину, которая говорила с ней. Женщину, которая не была Альмой и вообще не была человеком.

Потому что люди не умеют растворяться сизой дымкой.

Алена никому не стала об этом рассказывать. Смысл? Ей не поверят. Ей не поверили, даже когда она сказала, что видела волка. Хотя волк — пусть даже белый, с красными глазами, в местности, где волки не водятся, — звучит куда правдоподобнее, чем встреча с призраком.

Да, Алена склонялась к мысли, что к ней в комнату уже несколько раз приходил призрак женщины в старомодном белом платье. Призрак, который обитал в особняке семьи Каффа.

С другой стороны, возможно, кто-то прекрасно знает, что в лесу вокруг особняка Каффа бродит волк, а в самом доме живет привидение. Но если так, ей тем более стоит молчать. В лучшем случае — осмеют, чтобы скрыть правду. В худшем — это может быть для нее опасно.

Только одно обстоятельство ее радовало. На следующую ночь после разговора с призраком, Алена так и не смогла уснуть — была слишком напугана, — но не в ту ночь, ни в следующую не было никаких непрошенных визитеров.

Призрак к ней больше не приходил.

Глава 20. ФУА-ГРА ИЛИ ПИРОЖОК С КАПУСТОЙ

Как бы братцу-малолетке… то есть братцу-одногодке не хотелось держаться от своей сводной сестры подальше, обстоятельства складывались не в его пользу. Они встретились на автобусной остановке. Причем вышло так, что больше никого, кроме них, на остановке в этот момент не было. Другие ученики либо жили здесь же, в селе, либо ехали в сторону Гнежина, где вдоль трассы расположилось еще несколько маленьких поселков. Что касается Мити, то у младших классов было меньше уроков, поэтому он ушел из школы раньше их.

Алена подошла и стала рядом. Неприятно, конечно, но остановка одна, и автобус ей пропустить не хочется.

Рядом с остановкой был минимаркет, где Алена купила апельсиновую газировку — жара стояла невыносимая, и хотелось пить. Она открутила крышку на пластиковой бутылке и газированный оранжевый напиток, зашипев, поднялся до самого края горлышка. Сделала пару глотков, после чего посмотрела на дорогу. Интересно, как часто здесь ходят автобусы? Спросить заранее она забыла, а со златовлаской разговаривать желания не было.

И она бы с ним первая не заговорила. Ни за что. Зачем? Чтобы нарваться на очередную грубость с его стороны? Больно надо. Алена так и молчала бы до самого дома, но поговорить внезапно захотелось ему.

— Что в тебе нашел Артур, ума не приложу, — окинул Алену скептическим взглядом Женя. — Наверное, ему надоели красивые актрисы и захотелось разнообразия.

Алена в первый момент опешила. Посмотрела на парня. Это что? Месть? В тот день, когда они впервые разговаривали, она его уела, а он забыть не может? Ай-ай-ай, да он, похоже, злопамятный.

— И что это значит? — хмуро поинтересовалась девушка.

— Ну, допустим, человек все время ест только фуа-гра с красным вином, — сказал Женя. — В конце концов, ему надоест и захочется для разнообразия съесть пирожок с капустой.

— Не поняла, — мрачно посмотрела на него Алена. — Ты хочешь сказать, что я пирожок с капустой?

— Ну не фуа-гра же, — раздраженно цыкнул Женя. — Пирожок с капустой ты и есть.

Тут он прыснул со смеху.

Алена почувствовала, что закипает:

«Меня назвали пирожком с капустой», — мысленно бесилась она.

Почему-то это было очень обидно. Может быть, потому что Алена, хоть и не была разборчивой в еде, капусту никогда не любила — считала, что вкус у нее противный, а запах и вовсе омерзительный. А может быть, Алену взбесило выражение лица этого высокомерного блондинчика. Он смотрел на нее, как на таракана — противное насекомое, — и при этом насмехался.

От раздражения Алена слишком сильно сжала пластиковую бутылку с апельсиновой газировкой, и немного оранжевой жидкости выплеснулось через край. В этот самый момент в голове Алены раздалось зудящее: «Дзын-н-нь!», а дальше все произошло как-то само.

Ее рука поднялась. Сама. Бутылка наклонилась. Сама. Газировка полилась на голову братца. Тоже сама. Алена могла поклясться, что она к этому отношения никакого не имела. Вообще.

— Ты что… — ошалел Женя, когда струйки оранжевой жидкости начали растекаться с его головы по лицу. — Ты что творишь, придурочная!

Несколько секунд самодовольный «прекрасный принц», как называла его «телефонная» Рита, захлебывался апельсиновой газировкой и негодованием, потом резко пришел в себя и отскочил в сторону.