Чтение онлайн

****

В этот момент Аглая повернулась к ней — в глазах ее пылали искры гнева.

— С кем ты разговаривала? — спросила Алена; недоумение оказалось сильнее, чем страх перед яростью призрака.

— Надоедливая девчонка! — вместо ответа процедила сквозь зубы Аглая и привычно растворилась в воздухе сизой дымкой.

«Интересно, на кого она так зла? — подумала Алена, в первый момент не в силах сдвинуться с места. — На меня или на того, кто был здесь только что вместе с ней?»

Алена пересекла библиотеку и вышла на веранду. Тотчас поежилась — одета она была легко, а на улице по вечерам уже стало прохладно. Бросив взгляд сначала в одну сторону, потом в другую, Алена ожидаемо никого не увидела. Если бы кто-то вышел из библиотеки на веранду, когда появилась Алена, она обязательно увидела бы этого человека в одном из окон. Если, конечно, он сразу не перепрыгнул через перила во двор.

Подойдя к перилам, Алена какое-то время вглядывалась в сумрак, окружающий ухоженные газоны Альмы: хвойные деревья и кустарники с зелеными шапками. Дотянулась взглядом до ворот — закрыты. Если кто-то и был здесь, то он уже сбежал.

Есть еще, конечно, вариант, что Аглая разговаривала сама с собой, но… Такой себе вариант. Мать Альмы была стервозной, страдала крайней степенью самодурства, но сумасшедшей она Алене не показалась. Чтобы быть сумасшедшим привидением, наверное, с ума сойти нужно еще при жизни. А такие, как Аглая, с ума не сходят — они других сводят, в это легче поверить.

Выходит, что кто-то здесь все-таки был. Буквально только что. Кто-то, кто, как и Алена с Владом, может видеть Аглаю и говорить с ней. Не понятно только, почему Алена не слышала второго голоса.

На ужин Алена опоздала. Сначала она нашла взглядом Влада — он о чем-то разговаривал с Аленкиным папой, и даже не заметил появления Алены. Его тарелка была уже почти пуста. Выходит, она не ошиблась, решив, что в библиотеке только что был не Влад.

«Любопытно, — подумала Алена, садясь за стол после извинений за опоздание, — сколько же еще секретов таит в себе этот дом, а?»

Глава 32. СЕМЕЙНЫЙ АЛЬБОМ И СОН

Алена надеялась, что Аглая появится у нее в комнате в этот вечер. Чутье подсказывало ей, что нет смысла спрашивать, с кем она говорила в библиотеке — Аглая не скажет. А если ей не понравится настойчивость Алены — просто исчезнет и все. Однако у Алены был другой вопрос, который она уже некоторое время хотела задать призраку дома Каффа, но не выпадало возможности: знают ли ее внуки о наложенном на них проклятии безбрачия?

Увы, но возможности не выпало и в этот раз. Ни вечером, ни ночью Аглая не появлялась, хотя была здесь, в доме. Алена ощущала ее присутствие. Но искать ее по всему дому — плохая идея. Если Аглая надумает избегать ее, потому что не хочет, чтобы ей надоедали с вопросами, то и прятаться будет так, чтобы ее не нашли.

Проснувшись утром, Алена почему-то вдруг вспомнила свой разговор с Владом, когда тот рассказал об Аглае. Она тогда в шутку спросила у него в конце разговора: нет ли, случайно, в доме еще одного призрака? Влад не ответил, только улыбнулся. Выглядело так, как будто, раз уж это шутка, то и отвечать вовсе не обязательно.

Но сейчас Алена усомнилась. Может, в доме и вправду есть еще один призрак? Кого-нибудь из других предков семейства Каффа, например. Алена догадывалась, откуда у нее с самого пробуждения такие мысли — ее беспокоил вчерашний случай в библиотеке. С кем же говорила Аглая? Почему Алена никого не слышала и не видела?

Времени до занятий в школе было еще достаточно, и Алена спустилась в библиотеку. Она приблизительно помнила, где лежали альбомы с семейными фотографиями: видела, как доставали их когда-то сначала Артур, потом Влад.

Нашла она их довольно быстро и, сняв с полки, подошла к столу. Села на стул и раскрыла один из альбомов на первых страницах. Фотографии здесь были старые, черно-белые, похоже, еще времен войны. На одной был красивый молодой парень в белой рубашке. У него были светлые волосы и светлые глаза — это все, что можно было сказать по черно-белой фотографии. Он выглядел немного зажатым, как будто стеснялся перед камерой. На другой фотографии была молоденькая черноволосая и темноглазая девушка с косой. Чем-то неуловимо она напоминала Альму и Аглаю. В отличие от парня выглядела она уверенно, совсем не стеснялась, вот только лицо было серьезное.

Алена перевела взгляд на другую страницу. Здесь были те же парень и девушка, но уже повзрослевшие. Молодой светловолосый мужчина с каким-то отсутствующим взглядом сидел на стуле, положив руки на колени, а молодая женщина стояла рядом с ним, соединив кисти рук впереди. По этому фото совершенно нельзя было сказать, кем они друг другу приходятся. Их лица были нерадостными, ни один не улыбался. Однако Алена почему-то могла с уверенностью сказать, что эта женщина очень сильно заботилась о мужчине. Что-то было такое в ее позе и во взгляде… Решительность, твердая и непреклонная — была как будто адресована ему.

Перевернув страницу, Алена рассматривала фотографии дальше. Вот теперь точно можно было сказать, что эти двое пара. Мужчина — здесь он выглядел заметно старше — держал на руках ребенка, а женщина стояла рядом, сдержанно улыбаясь.

«Жаль, что фотографии не подписаны», — посетовала Алена.

По нескольким следующим фотографиям можно было увидеть, как взрослеет ребенок этой пары — еще одна черноволосая девочка в семье. Похоже, она была единственным ребенком — других детей на фотографиях рядом с этой парой не было.

И вот Алена рассматривает фотографии, где эта девочка — уже взрослая женщина — вместе с широко улыбающимся мужчиной держит на руках своего собственного ребенка. Удивительно, но… еще одну черноволосую девочку, в которой Алена к своему собственному удивлению узнала маленькую Аглаю. Не Альму, а именно Аглаю — у нее даже сомнений не возникло. Уже тогда у Аглаи было горделивое и надменное выражение лица.

Аглаи и ее родителей в альбоме было достаточно много. Школьные годы, студенческие, фото с поездок в другие города — туристические фотографии почему-то всегда были хорошо узнаваемы. Судя по фото в этом альбоме, Аглая была любимым ребенком, и единственным, возможно, именно это сделало ее такой избалованной и капризной.

Дальше много фотографий маленькой Альмы, зато со страниц фотоальбома исчез улыбчивый мужчина, отец Аглаи. Видимо, дедушка Альмы рано умер.

Еще дальше Алена смотреть не стала. Не видела смысла. Ни на какие интересные мысли эти фотографии ее не натолкнули. Ничего, кроме очень урывочной, запечатленной фотовспышками, смены поколений семьи Каффа, в этом альбоме не было. Со вздохом разочарования, Алена задумчиво перелистнула страницы альбома в самое начало.

В этот момент послышались шаги, и в библиотеку вошел Родион.

— О! — коротко воскликнул он, завидев Алену. — Ранняя пташка!

Алена озадаченно поморгала. В руках у Родиона было две книги — судя по толщине то ли энциклопедии, то ли справочники.

— Ты тоже рано встал, — неуклюже заметила в ответ Алена.

Как всегда, общаясь с Родионом, она мысленно сбивалась, сомневаясь, должна говорить ему «ты» или «вы». И вроде бы, уже привыкла обращаться на «ты» — как-то с самого начала показалось странным «тыкать» Артуру, который всего на два года младше, и «выкать» Родиону; ну а уж Артуру говорить «вы» у Алены язык бы не повернулся. Но «тыкать» самому старшему из братьев ей до сих пор было слегка неудобно.