Чтение онлайн

– Когда-то давно ваш отец и тетя сильно повздорили из-за ее замужества. Настолько сильно, что оборвали все связи. Они не общались многие годы. Отчасти из-за врожденного упрямства, отчасти из-за огромного расстояния между ними. После свадьбы Елена, так зовут вашу тетку, уехала с мужем в другую страну и жила там все это время.

– Это настораживает.

Рая смерила мальчика снисходительным взглядом.

– Я серьезно, – продолжал Миша. – В чем причина ссоры? Вряд ли им стал какой-то пустяк. Может, эта тетка плохой человек, вот папа и не общался с ней?

– Папина сестра не может быть плохой, – уверенно и деловито заявила Кира. – Она же папина.

– Как всегда верно, милая. Ваша тетя не плохой человек.

– Допустим. Но почему мы не можем остаться с тобой?

– Потому что она – ваш единственный родственник. Кровный родственник. Она сможет о вас позаботиться лучше, чем я.

– Не верю, – пробурчал паренек.

– Придется поверить, – печально ответила бабушка Рая, но, вновь надев маску безразличия, повела детей дальше. – Другого выбора у вас нет.

Наконец, показалась небольшая группа людей, стоящая около двух свежих могил. Миша узнал некоторых из них, а некоторые оказались совершенно не знакомыми. И эти незнакомцы: кто-то высокий, кто-то худой, кто-то бледный или имеющий рыжую копну волос – больше походили на персонажей детских рисунков, чем реальных людей. Было в них что-то карикатурное и неестественное. Миша подметил это сразу, но это открытие лишь напугало его. Незнакомцы стояли кучно, но вместе с тем раздельно друг от друга. Мальчик поймал на себе их взгляд и инстинктивно поспешил отвернуться. Его внимание привлекла стоящая у самых могил пара в черном: невысокая, симпатичная, темноволосая женщина в темных очках безутешно рыдала на груди высокого мужчины. Он стоял, отвернувшись, и мальчик смог разглядеть лишь светлую, кудрявую копну волос, украшавшую его голову. А когда тот повернулся, Миша увидел на его лице большой шрам, проходящий через левый глаз. Да и вообще все его лицо излучало суровость и жестокость. Если и есть на этом свете злодеи, решил для себя мальчик, они выглядят вот так!

Незнакомка заметила их и стала махать, резкими движениями при этом вытирая слезы.

– Рая, ты их знаешь? – удивился мальчик.

– Дети, знакомьтесь, – сухо произнесла она. – Это ваши дядя и тетя. Чета Грифов.

Время, которое Миша провел на кладбище, после показалось ему слишком застывшим и вязким. Тетя Лена, как только увидела своих племянника и племянницу, тут же бросилась к ним с объятиями. Он плохо запомнил этот момент. Она рыдала, утирала слезы себе, ему (отчего-то эмоции предательски прорвались сквозь его защиту именно в этот абсолютно не подходящий момент), трепала за щечки Киру, что-то рассказывала и снова крепко обнимала. Да, все это прошло мимо него. Он не запомнил ни единого слова, сказанного в тот момент тетей. Единственное, что врезалось в его память, так это холодная и крепкая, как камень, рука дяди Рудольфа, и такой же холодный взгляд, которым он одарил мальчика и его сестру. За все время, которое они провели на кладбище, дядя не проронил ни слова. Он стоял, словно огромный каменный истукан, и лишь иногда озабоченно оглядывался по сторонам.

– А ты очень красивая, – беззаботно обратилась Кира к своей тете на обратной дороге.

– Спасибо. Но знаешь, кто красивей всех на свете? – с хитрым прищуром ответила тетя Лена. – Это – ты, солнышко. Знала бы, что у меня такая красивая племяшка, приехала бы раньше. Ты – чудо как хороша!

Миша бросил на нее недоверчивый взгляд.

– А других причин приехать, значит, не было? – хмуро спросил он родственницу.

– Михаил, – укорила того бабушка Рая.

Прогремел гром. Вдалеке сверкнула молния. Елена замялась и остановилась, а вслед за ней и остальные. Она посмотрела на мальчика и грустно улыбнулась:

– Ты прав. Их было миллион. И теперь я корю себя за то, что не воспользовалась ни одной из них. Корю за то, что не была рядом, когда во мне нуждались близкие.

Она говорила искренне, и Мише стало стыдно за свой укор.

– Но теперь все будет по-другому, – продолжила тетя Лена, положив свою руку ему на плечо. – Я и дядя Рудольф намерены сделать все возможное, чтобы вы не чувствовали себя одинокими. Знаю, вам нелегко, но позвольте нам быть рядом, и, обещаю, вы не пожалеете.

Миша отвел глаза и молчаливо кивнул головой.

– Вот и славно, – Елена пригладила его волосы. – Ты очень похож на своего отца. На Виктора.

– Да, мама мне говорила.

– А на кого похожа я? – вмешалась в разговор подбежавшая Кира.

Елена задумалась, внимательно разглядывая детское личико.

– Это же очевидно. На маму, – пробурчал Миша, но мягче добавил: – У тебя ее глаза.

Елена вопросительно посмотрела на него, а потом перевела свой взгляд на девочку, а вернее на ее глаза, имеющие необычный янтарный оттенок.

– И, правда, – в голосе читалось изумление. – Почему я раньше этого не заметила.

Елена хотела наклониться, чтобы рассмотреть их, но бабушка помещала ей, взяв за руку и одернув. Та с легким возмущением посмотрела на нее, а Рая, словно в оправдание сухо добавила:

– Дождь вновь усиливается. Давайте поспешим домой. Никто же не хочет промокнуть, промерзнуть и заболеть?

Миша заметил особенную настойчивость во взгляде бабушки. Тетя Лена, должно быть, тоже.

– Ты права. Извини, – все же неохотно согласила она. – Я вызову нам такси.

Высоко в небе прогремел раскат грома. И вновь Мише показалось, что задрожала земля под ногами. И вновь, казалось, никто не придал этому значения.

– Будь так любезна, – произнесла Рая в ответ отошедшей в сторону тете Лене, тут же переводя свое внимание на сопровождавшего их мужчину. – Рудольф, пожалуйста, возьми Киру на руки. Так у нас будет больше шансов добраться до выхода быстрее, чем польет дождь. И без приключений.

Мужчина не без испуга посмотрел на девочку, которая в свою очередь смотрела на него с нескрываемой радостью, но противиться чужой воли не стал. Он с легкостью подхватил Киру под восторженный писк последней и усадил на левой руке.

– Отлично, – устало прокомментировала Рая и, развернувшись, двинулась вперед, отстукивая каблуками по мощенной кладбищенской дороге. Дядя Рудольф с Кирой на руках и тетя Лена проследовали за ней, а вместе с ними Миша. Мальчик старался не отставать. Если с новоприобретенной теткой он немного смирился, то дядя все еще вызывал у него боязненные подозрения. Чего нельзя было сказать о Кире. Судя по всему, сестру дядя Рудольф нисколько не пугал. А скорее наоборот завораживал и интриговал. Девочка долго вглядывалась в его лицо, пока любопытство не взяло над ней вверх:

– А, откуда у тебя этот шрам? – с детской непосредственность неожиданно для всех спросила она у дяди.

Миша затаил дыхание в ожидании ответа. Чего скрывать. Он сам задавался тем же вопросом и жаждал услышать ответ не меньше, чем сестра.

– Ты тоже спасал страну единорогов, как и мама с папой? – продолжила девочка, не дождавшись ответа.

Не столь наивного, конечно.

С нетерпением мальчик посмотрел на дядю. Ход за ним, но тот не спешил с ответом.

– Да, милая, – наконец, после некоторого раздумья ответил Рудольф, голос которого оказался совсем не таким грубым, как представлял себе мальчик. Он был бархатистым, ровным и тягучим. Дядя говорил на хорошем русском с легким акцентом. Иностранец?